Запасной мир - Анатолий Дроздов

– Почему не сказал?

– Ты не спрашивал.

Родж засопел и негромко выругался.

– Идем! – сказал я Оли.

…Место для засады наши противники выбрали грамотно. Лес, которым мы шли, стал редеть. Зато с обеих сторон к дороге подступили высокие холмы. Склоны крутые – верхом не взберешься. Да и без коней сложно – я попробовал и убедился. Ладно, мы-то влезем, но вот Бетти придется втаскивать на веревках. Засаду мы обойдем, но останемся без лошадей. А до Нима – десятки миль. У нас оружие, снаряжение, провиант… Тащиться придется несколько дней. К тому времени засада поймет: пташка упорхнула. Что станет делать? Снимется и пойдет в Ним. А на дороге – мы. Драться бесполезно: пешему с конным не совладать…

Засаду мы услышали прежде, чем увидели. Из-за придорожного кустарника доносился стук топоров и громкие голоса. Я сделал Оли знак и, пригнувшись, скользнул к кустам. Сын лесника бесшумно последовал за мной. Родж дал мне доброго спутника: подкрадываться Оли умел.

У кустов я лег и осторожно ввинтился меж веток. Оли полз рядом. Из-за того что мы находились на склоне, происходившее внизу было видно как на ладони. Там кипела работа. Поселяне валили на склонах тонкие деревья, обрубали с них ветки и тащили вниз. Там сооружали рогатки, которыми преграждали дорогу. В стороне, восседая на небольшом стульчике, наблюдал за происходящим офицер. На нем был расшитый золотом камзол и шляпа с таким же галуном. Вокруг стояли, сидели или лежали солдаты в красных мундирах.

Диспозиция ясна. Отряд гвардии пригнал из близлежащего селения пейзан для обустройства засады. Самим лениво – они же благородные. Рогаток много, значит, работают с утра. К полудню закончат. После чего пейзан отправят обратно и станут ждать нас. Похоже, у Дигганов все схвачено. Они не зря снабдили Роджа графиком. Зная день его прибытия в Иорвик, легко просчитать и время обратного выезда. Они не учли одного: мы скачем быстро. Ждут нас позже, поэтому беспечны: часовые не выставлены, солдаты занимаются своими делами, мушкеты – в козлах. Лошади – и те расседланы и пасутся в отдалении. Фузилеров гвардейцы не заметили, иначе суетились бы. Славно!

Я пересчитал красномундирников. Восемнадцать. Не так много. С другой стороны: зачем больше? Дело-то щекотливое. Больше солдат, больше свидетелей. Каждому нужно заплатить: если не деньгами, то титулом. Не напасешься… Двух десятков врагов для нас – с лихвой. Залп из мушкетов, и уцелевших добивают из пистолетов или холодным оружием.

Внезапно двое из гвардейцев встали и направились в нашу сторону. Заметили? Мой напарник дернулся и попытался отползти.

– Лежи! – прошипел я.

Оли замер. Гвардейцы двигались к нам не спеша и выглядели беспечно. Не похоже, что заметили лазутчиков. Мое предположение подтвердилось. Не доходя кустов, гвардейцы повернулись и почти синхронно спустили штаны. Присели. Характерный звук и не менее характерный запах…

– Пора бы и обед привезти, – сказал один из восседавших в позе орла. – Пип с Рэдом не торопятся.

– Простолюдинок щупают! – хохотнул другой.

– Нашли кого! – хмыкнул первый. – Тощие и грязные. У меня вон свидание сорвалось.

Он вздохнул.

– С черрой Элли? – спросил второй.

– С ней. Месяц осаждал, столько серебра потратил! А когда согласилась, нас – сюда!

– Дождется! – сказал второй. – Сказал, что вернешься лэндом?

– Не успел.

– Сама узнает. На шее повиснет.

– Нам бы только эту сучку поймать! Не поедет она этим путем.

– Рилли считает наоборот, поэтому здесь. У съёрда чуйка, словно у охотничьего пса. Поймаем!

– Она хоть хорошенькая?

– Говорят, рыжая.

Первый сплюнул.

– Зато королевской крови! – хохотнул второй. – После того как прикончим фузилеров, попроси девку в пользование. Рилли даст. Будешь рассказывать потом, кого мял.

– И попрошу! – хмыкнул первый. – А что? Все равно убивать – не пропадать же добру!

Он заржал, затем встал и подтянул штаны. Второй последовал его примеру. Гвардейцы зашагали вниз, а я, тронув Оли, дал знак отползать.

– Что предлагаешь? – спросил Родж, когда я поведал о засаде.

– Выхода два. Бросить коней и пробираться пешком или напасть на гвардейцев. Я – за второе.

– Гвардейцев восемнадцать! – покачал головой Родж. – К обеду подтянутся еще. Вдвое больше, чем нас. Не справимся.

– А мы не будем атаковать их в лоб. Подкрадемся и выстрелим в спины.

– Это неблагородно! – возразил Родж.

Я мысленно вздохнул. Вот ведь осел! В России с заблуждением, что следует воевать по правилам, покончили в 1812 году. Тебя собираются убивать, а ты строишь из себя лорда.

– Расскажи, Оли! – велел я. – Все, что мы слышали от гвардейцев.

Солдат, косясь на Бетти, заговорил. По мере рассказа лица фузилеров каменели. У Роджа вдобавок побагровело. Ноздри Бетти затрепетали. Оли закончил и смолк.

– Еще возражения будут? – спросил я. – Нет? Тогда распределим роли…

* * *

Всадник показался на дороге в разгар обеда, поэтому заметили меня не сразу. Я разглядел, что простолюдины, закончив работу, ушли, а красномундирные расположились на траве, жуя и прихлебывая из кувшинов. Ласка встала перед рогатками, и только в этот момент на меня соизволили обратить внимание.

– Стой! – заорал один из гвардейцев, бросаясь ко мне. Следом устремился другой. Часовые, епть!

– Я и так стою! – сообщил я олухам. – Уберите рогатку, мне нужно ехать.

– Это мы будем решать: ехать тебе или нет! – рявкнул один из гвардейцев, вытаскивая из-за пояса пистолет. – Слезай!

– Я черр Айвен, лэнд Данли! – возмутился я. – Как смеете?!

– Очень даже смеем! – ухмыльнулся гвардеец. – Шевелись! Не заставляй повторять дважды. Съёрд Рилли не любит ждать.

Изобразив на лице обиду, я спрыгнул на землю. Гвардейцы немедленно вытащили у меня из-за пояса пистолет и сняли перевязь со шпагой. Вот и ладненько. Шпагой я владею, как медведь зубочисткой, а пистолет и вовсе кремневый. Одолжил его у Роджа для антуража. Мой «Дерринджер» – за поясом под полой камзола. Достаточно сунуть руку…

Меня отвели к главарю – по-иному я звать его не хотел. Пусть он съёрд и старший брат вдовствующей королевы, но, по сути, – бандит. Его гвардейцы такие же. Хладнокровно готовить убийство и изнасилование девочки… Стоп! Что-то я завожусь. Пожалуй, рано.

Рилли даже не встал со своего стульчика. Когда меня подвели, уставился на меня. Я сделал то же. Мы молча сверлили друг друга взглядами. Брату Карри на вид было под сорок. Обрюзгшее лицо с густой сеткой капилляров на щеках и носу – пьет много. А вот глаза, маленькие, будто у кабана, умные. Рожа – хитрая. Царедворец и интриган. При жизни Харри отирался у трона, изображая преданного соратника. Когда король умер, свернул его реформы. Сестра и племянник стали игрушками в его руках. Официальный титул: первый съёрд Алитании, второй человек в королевстве после короля. Де-факто – первый. Жаден, коварен и очень предусмотрителен. Убедиться, что дочь Харри мертва, прибыл лично. Чрезвычайно опасен. Оставить его в живых – все равно что пустить черную мамбу в свою постель.