Запасной мир - Анатолий Дроздов

– Спасибо! – поблагодарила Бетти и присела. – Как тебя зовут, фузилер?

– Близ! – смутился солдат.

– Что у нас на обед, Близ?

– Каша с салом. Это солдатская пища, Ваше Величество. Вам, наверное, нужна другая, но я не умею готовить для королев.

– Обойдусь и кашей, – улыбнулась Бетти. – Я ведь тоже солдат, – она кокетливо ткнула пальцем в свой мундир. – Похожа?

– Настоящий фузилер! – с готовностью подтвердил Близ, и я услыхал за спиной одобрительное покашливание Роджа. К огню стали подтягиваться солдаты. По знаку королевы они расселись на траве и по очереди назвали свои имена. Бетти стала расспрашивать: откуда они родом, давно ли служат, есть ли семьи? Солдаты охотно отвечали. Выглядели они при этом довольными. Еще бы! Королева не гнушается говорить с ними! Поспела каша. Близ предложил принести миску, но Бетти отказалась и под одобрительные взгляды солдат принялась есть из котла со всеми. Она зачерпывала кашу ложкой, дула на горячее и отправляла в рот. Я присоединился. Каша у Близа получилась отменная. В меру посоленная, горячая, приправленная пряностями и копченым салом, она пахла дымком и таяла во рту. Я догадался, что у фузилеров Близ – постоянный повар. Пока солдаты занимались лошадьми, таскали воду и дрова, Близ не отходил от котла. Родж – толковый командир. Хорошая еда – залог боеспособности подразделения.

– Вкусно! – сказала Бетти, завершив обед. – Спасибо, Близ! Приедем в Ним, возьму тебя поваром! Пойдешь?

– Не знаю… – засмущался Близ, и я разглядел, что он совсем молоденький – лет восемнадцати.

– Оставьте его нам, Ваше Величество! – вмешался Родж. – Хороших поваров во дворце много, а Близ в роте один.

– Пусть будет по-вашему! – согласилась Бетти и вытащила из кошелька золотую монету. – Это тебе, Близ! За вкусную кашу.

Солдат трясущимися руками принял монету. Остальные фузилеры вскочили и, окружив счастливчика, стали разглядывать подарок. Родж остался на месте, но одобрительно крякнул и расправил усы.

– Замечательно! – сказал я, когда мы с Бетти пошли к лошадям. – Теперь они умрут за вас.

– Я всего лишь послушалась вашего совета, Айвен.

– Про монету не говорил, – возразил я.

– Я сделала что-то не так?

– Наоборот. Теперь они будут знать, что королева щедра.

– Мне просто понравилась каша, – сказала Бетти. – И сам Близ. Он влюблен в меня, заметили?

– Нет, Ваше Величество.

– Разумеется! – вздохнула. – Вас больше интересовала еда. Каким будет ваш следующий совет, Айвен?

– Продержаться в седле до вечера, – сказал я.

…Отряд встал на бивак уже в сумерках. К тому времени Бетти едва не падала с лошади. Выглядела соответствующе. Спрыгнув с Ласки, я стащил королеву на землю и, придерживая ее за талию, повел к роднику. Родж подсказал, где его найти. Я уложил Бетти на траву, умыл ее, затем стащил с нее штаны. В этот раз она не возражала. Потертости выглядели плохо. Шелк помог, но раны сочились сукровицей. Неудивительно: постоянное раздражение. Бетти наверняка было очень больно. Почему она не сказала! Я бы дал ей обезболивающее. Зачем было терпеть?

Я стащил испачканные трусы, смазал потертости мазью, а затем воровато достал из сумки баллончик с аэрозолью. Пряча его в кулаке, несколько раз пшикнул на кожу. Клей растекся по ранам и, превратившись в пленку, заблестел. Сделать это требовалось еще днем, но я поостерегся. Бетти обязательно бы спросила, что это?

– Как там? – спросила Бетти, когда я закончил. Моих манипуляций с баллончиком она не видела. – Плохо?

– К утру раны возьмутся коркой. Вам станет лучше.

– Зачем вы сняли трусы?

– Они пропитались сукровицей и, когда высохнут, станут натирать. Я постираю их. Можно сшить новые, шелк есть, но уже темнеет – не успею. В другой раз.

– Спасибо, Айвен! – сказала она. – Вы такой заботливый. Я плохой наездник.

– Нет, Ваше Величество. Сегодня мы проскакали не менее двадцати миль. Это немало даже для опытного кавалериста. У женщин кожа нежная, особенно – на внутренней поверхности бедер, неудивительно, что вы стерли ноги. Но вы держались молодцом. Настоящая королева!

– Льстец! – вздохнула она.

– Ничуть, – возразил я.

– Можно мне не идти к солдатам? – спросила Бетти. – Нет сил.

– Сейчас необязательно, – согласился я и натянул ей штаны. – Полежите.

Пока я умывался и занимался стиркой, она уснула. Я сунул влажные трусы ей в сумку и поднял Бетти с травы. Она не проснулась. Я вышел к биваку с королевой на руках. Ко мне метнулись встревоженные солдаты.

– Спит, – шепотом сказал я. – Устала.

– Идемте за мной! – таким же шепотом отозвался ближний фузилер. – Мы поставили Ее Величеству шалаш.

В шалаше были разостланы попоны, я уложил на них Бетти и задом выполз наружу. Фузилер топтался у входа.

– Не видел моего зверька? – спросил я.

– У костра! – показал он рукой. – Там Близ поросенка разделывает. Подстрелили…

Я вспомнил, что, хлопоча возле Бетти, различил вдали выстрел, но не обратил на него внимания. Тоже устал…

Подойдя к костру, я увидел занимательную картину. Мирка терзала печень, а фузилеры, сгрудившись вокруг, с интересом за этим наблюдали. Один из них потянулся к горностайке рукой.

– Не нужно! – упредил я. – Укусит.

Мирка, словно услышав, издала горловое рычание. Солдат испуганно отдернул руку. Остальные засмеялись. Я сел и стал смотреть, как горностайка насыщается. С печенкой она покончила быстро: поросенок солдату попался небольшой. Облизавшись, Мирка задрала хвост и устроила привычное шоу. Я выдал: «Боюсь! Боюсь!» Мирка под смех солдат потопталась по моей голове и скользнула на руки.

– Смешной зверек! – сказал появившийся из темноты Родж. – Для забавы возите?

– Для защиты.

– От кого? – ухмыльнулся капитан. – От мышей?

«Подглядывал! – догадался я. – Видел, как Бетти испугалась».

– Весной этот забавный зверек загрыз двух гленских солдат.

Фузилеры переглянулись. Лицо Роджа приняло недоверчивое выражение.

– Как это было?

– Пятеро дезертиров напали на карету съёрда. Застрелили слуг, кучера, ранили самого съёрда. Я как раз проходил мимо. Миранда перекусила двоим дезертирам жилы, и они истекли кровью.

Горностайка на моих коленях победно стрекотнула.

– А другие солдаты? – спросил Родж.

– Одного дезертира при нападении убили слуги, остальных – я.

– Застрелили?

– У меня не было пистолетов. Одного заколол, второго зарезал.

Фузилеры переглянулись вновь.