Бегущий по лезвию бритвы - Филип Киндред Дик

Голосование проходило в нарочито торжественной обстановке.

– Мы должны остаться, – объявила Ирмгард и уточнила: —В этой квартире и в этом здании.

– Я за то, чтобы убить мистера Изидора и перебраться в другое место, – заявил Рой Бати.

Рой, Ирмгард и… Джон Изидор… повернулись к Прис, напряженно ожидая ее решения.

– Я голосую за то, что мы должны остаться здесь, – тихо произнесла Прис. И добавила чуть громче: – Дж. Р. знает окружающий мир, и это перевешивает опасность, которая от него исходит. Совершенно очевидно, что мы не можем жить среди людей, оставаясь незаметными: так прихватили и Полокова, и Гарленда, и Любу, и Андерса. Это то, что погубило их всех.

– Они поплатились за свою беспечность, и мы повторяем их ошибку, – заспорил Рой Бати. – Каждый из них поверил человеку, посчитав, что этот человек отличается от остальных людей.

– Откуда нам знать, что произошло в действительности, – возразила Ирмгард. – Мы можем только догадываться. Я считаю, что они, что… – она неловко взмахнула руками, – они слишком свободно разгуливали среди людей, как будто они… Даже пели со сцены, как Люба, например. Мы полагаемся лишь… да, я уверена! Рой, мы полагаемся на первопричину собственной гибели! Нас убивают из-за того, что мы – будь оно все проклято! – чрезмерно умны! – Ирмгард посмотрела на мужа, ее дыхание резко участилось, маленькие груди – и в такт дыханию, и в такт гневу – стремительно поднимались и опускались. – Мы слишком сообразительны… Рой, ты даже сейчас, прямо сейчас, прямо здесь, черт тебя побери, совершаешь все ту же ошибку!

– Думаю, Ирм права, – согласилась Прис.

– И поэтому мы вверяем наши жизни в руки субстандартного, насквозь изъеденного пылью… – начал спорить Рой, но резко остановился. – Я очень устал, – тихо добавил он. – Мы слишком долго и трудно добирались сюда, Изидор. А здесь мы еще не прижились. К сожалению.

– Надеюсь, – радостно заверил Изидор, – я смогу сделать ваше пребывание на Земле более приятным. – Он действительно почувствовал уверенность. И прилив сил. Ему показалось, что наступил кульминационный момент всей его жизни – тем более что утром он вернул свой давно утраченный авторитет, справившись с разговорами по видеофону.

Вечером, как только истекло рабочее время, Рик Декард полетел через весь город в район, где несколько кварталов занимали крупные зоомагазины: огромные стеклянные витрины, заманчивые вывески, красочные проспекты, рекламирующие товар.

Жуткая депрессия, захлестнувшая Рика, вот уже несколько часов не выпускала его из своих сетей. Он прилетел сюда посмотреть на животных, поболтать с торговцами; он надеялся, что только здесь ему помогут увидеть – во тьме ужасной депрессии – светлую точку, вернее, выход из лабиринта подавленности. По крайней мере, все предыдущие визиты в небольшой зоомир, насыщенный красотой и элегантной естественностью животных, их натуральными, вызывающими благоговейный трепет запахами, заканчивались для Рика на мажорной ноте. Он очень надеялся, что добьется положительного результата и в этот вечер.

– Слушаю вас, сэр, – опрятно одетый молодой продавец непринужденно поздоровался с Риком, который мутно-стеклянным взглядом вперился в одну из витрин. – Кажется, вы выбрали для себя то, что вызывает у вас благоговейный трепет.

– Мне нравится буквально все, – признался Рик, – а трепет в большей степени вызывают цены.

– Если вы в растерянности, – предложил продавец, – просто назовите сумму предполагаемой покупки. Подумайте, что именно вам хочется, как предполагаете оплачивать. Потом мы обсудим условия с товароведом и получим его разрешение на заключение сделки.

– У меня три тысячи наличными, – сообщил Рик, правление выдало ему премиальные в конце рабочего дня. – Сколько стоит вон та семья кроликов? – спросил Рик.

– Сэр, позволю себе заметить: если вы готовы внести аванс – три тысячи наличными, я настоятельно предложу вам: подумайте над тем, чтобы стать владельцем крупного животного, а не пары кроликов. Скажем, козла.

– Дело в том, – признался Рик, – что я никогда не задумывался, хочу ли иметь козла.

– Могу ли я задать вам один, возможно не очень скромный, вопрос?

Рик кивнул.

– Желание сделать покупку означает улучшение вашего финансового положения?

– Да. Я не каждый день выхожу из дома с тремя тысячами в кармане, – подтвердил Рик.

– Извините, сэр, но я так и подумал, когда вы упомянули кроликов. Дело в том, сэр, что кролика может купить любой человек. Только крупное и дорогое животное позволит вам почувствовать себя в своей тарелке.

– В чем же основные достоинства козла? – заинтересовался Рик.

– Главное достоинство в том, что животное поддается дрессировке. Вы легко научите его бодать любого незнакомца, который, возможно, попытается украсть ваше животное.

– Если только в козла не выстрелят гипно-дартом, а потом не втащат, с помощью каната и лебедки, в ремонтный фургон. – Рик был наслышан о кражах животных.

Продавец продолжал расхваливать товар так, будто не слышал замечания клиента.

– Козел предан своему хозяину. Он своенравен и вольнолюбив: никакие клетки ему не нужны. И еще одна существенная деталь, о которой не следует забывать. Случается, что, вложив в покупку деньги, хозяин, проснувшись утром, обнаруживает, что животное умерло, потому что в пищу попала радиоактивная пыль. Козел машинально съедает все, что ему дают, козлу не страшна зараженная квази-пища, включая продукты с такими дозами отравы, которые валят с ног и коров, и лошадей, и в особенности котов. Как долгосрочное денежное вложение, козлы – тем более козы – дают владельцам животных несомненные преимущества.

– Это… коза? – Рик указал на крупное черное животное, которое стояло в центре клетки, вытянув морду в их сторону: Рик направился к животному, продавец двинулся следом. Козел, как показалось Рику, был поистине прекрасен.

– Да, это коза черной нубийской породы; обратите внимание – очень крупный экземпляр. Основной претендент на звание лучшего животного, которое выставили на рынке в нынешнем году. И мы предлагаем купить вам козу, сэр, по заманчивой, удивительно низкой цене.

Вытащив из кармана потрепанный каталог «Сидни», Рик открыл его на странице «Козы», нашел породу – черная нубийская, изучил цену.

– Вы внесете аванс наличными? – спросил продавец. – Или предложите, в качестве дополнительной компенсации, ваше нынешнее животное?

– Наличными, – кивнул Рик.

На небольшом прямоугольнике – бумажки нарезали специально для таких «переговоров» – продавец написал цену, а затем быстро, почти украдкой, показал Рику.

– Много. – Рик покачал головой и написал свой вариант цены; теперь запротестовал продавец:

– Мы не можем себе позволить отдавать козу почти задаром. – Он нарисовал новую сумму. – Козе еще нет года, ее потенциальная продолжительность жизни очень велика.