Свободное падение - Александр Афанасьев

– За что? – не понял Сэммел.

– Я думал… таких уже нет.

– Каких – таких?

– Таких, как вы, сэр. Кому не все равно.

И пока Алекс Сэммел думал, что бы это обозначало, голландец закрыл за собой дверь…

* * *

Местное отделение подразделения полиции особого назначения квартировало на окраине города, в каком-то неказистом и невзрачном двухэтажном здании. Ворота были выкрашены синей краской, и на них желтым был нарисован герб России. Он был пробит пулями в двух местах, и на стенах тоже были видны следы от пуль.

Когда они подъехали – а теперь их конвой состоял еще из одной бронированной «Тойоты» и тяжелого пикапа «Форд» с турелью для установки «ДШК», но пока без самого пулемета (он лежал в кузове), – на воротах отреагировали. Стоящий у ворот БТР в черно-белом городском камуфляже повернул башню и уставился на них рыльцем спаренной пулеметной установки. Этот тип БТР был вооружен не обычным пулеметом пятидесятого калибра, а «КПВТ», русским крупнокалиберным пулеметом особой мощности. По пробивной силе «М1» он превосходил вдвое.

– Сэр…

– Стоять на месте… – скомандовал Сэммел.

Незримая и безмолвная дуэль длилась несколько минут, после чего ворота открылись и вышли двое. Один – ему можно было Халка играть без проблем – остался у ворот, держа на весу русский пулемет «Печенег», а второй – придерживая автомат, направился к ним. На обоих были типичные для русских серо-синие камуфляжи, чем-то похожие на камуфляжи ВМФ США, только цвета не такие яркие.

Ловко придерживая автомат, боец – судя по погонам, первый лейтенант – постучал в окно «Ленд Крузера».

– Заблудились или чо, бесы? – сказал он без особой злобы.

Сэмммел приоткрыл дверь – в ответ на щелчок первый лейтенант сноровисто отступил, придерживая приклад автомата локтем.

– Пригласите старшего по званию…

– Чо? Ты кто такой?

Очевидно, в воспитании русского были пробелы. Если бы полицейский SWAT любого округа так бы разговаривал с посетителем, его бы уволили. В этом полицейский специального отряда ничем не отличается от обычного патрульного.

– Пригласи старшего по званию, – сказал Сэммел, – поспеши.

– А еще ничо не хочешь?

Сэммел полез в карман.

– Э, руки!

Ствол автомата смотрел прямо на него.

– Спокойно. Просто передай это старшему.

Боец с сомнением посмотрел на небольшой носитель информации – размером с ноготь. Сэммел не сразу сообразил, в чем дело, – обычно в таких вот формах ваххабиты передавали требование платить, это называлось «флешка», хотя использовали не флешку, а карту памяти мобильного телефона, еще меньше по размерам. Он просто мало имел с таким дело и не помнил всего.

– Что там?

– Выполняй приказ, боец…

Боец хмуро посмотрел на американца, но флешку взял и направился обратно к воротам. Удочка была закинута.

Поклев состоялся ровно через десять минут, когда из ворот вышел тот самый боец, а с ним еще четверо. Двое остались у ворот, трое направились к машинам. Сэммел держал дверь закрытой и открыл, только когда постучали.

Хмурый бородатый офицер глянул внутрь машины, сказал – отбой. Двое сопровождающих отступили.

– Что надо?

Сэммел отодвинулся на соседнее сиденье. Русский полез внутрь.

– Что надо, спрашиваю.

– Майор Колесников?

– Он самый.

Русский нервничал – и Сэммел понимал почему.

Новый менеджер «Глобал Секьюрити» достал из кармана тонкую пачку пятисотевровых купюр и передал ее русскому. Тот, поколебавшись, взял.

– До этого был другой человек.

– Он уехал на юг. Теперь буду я.

Конечно же, остаткам русской власти в городе платили. Густаффсон с истинно скандинавской педантичностью зафиксировал, кому и сколько он платил. За просто так – чтобы ни во что не вмешивались. Теперь в этом гребаном мире полезные ископаемые стоили так дорого, а честь так дешево, что проще было иметь некую сумму наличными и каждый месяц раздавать ее по нужным рукам. Так все и делали. Поразительно – но, по словам Густаффсона, те, кто представлял реальную, силовую власть в регионе, обходились поразительно дешево. Ни в одной другой стране, где они были, такого не было – в Эй-стане любой командир дивизии считал себя на своей земле царем и богом. А тут – царями и богами чувствовали себя бандиты. И мусульмане.

– Обычно позже платили.

– Решил познакомиться.

Майор замолчал с какой-то неловкостью.

– А адреса… зачем дал?

– Адреса?

– Информацию на бандитов.

Сэммел хмыкнул:

– Потому что я хочу, чтобы кто-то ответил мне – кто хозяин на этой земле.

Русский майор сразу не нашелся что сказать.

– Не так давно я участвовал в застолье с группой бандитов. Они мне сказали, что эта земля принадлежит им. И предложили тридцать процентов доходов от добычи нефти – за охрану и работу по добыче и транспортировке. Это так? Они и в самом деле тут хозяева?

Майор толкнул коленом дверь.

– Да пошел ты!

– Постой!

Сэммел выбрался из машины с той же стороны, двое омоновцев взяли его на прицел.

– Тебе не нравится слышать правду?

– Да пошел ты! Козел заморский! Думаешь, купил нас, так можешь в душу плевать?

– Мне просто нужны люди. Я хочу дать бой этим гадам.

– Ты…

– С пятого по девятый. Морская пехота, Кандагар. Потом Ливия, Таджикистан, Узбекистан, Казахстан. Понимаешь?

– Я понимаю, когда вынимаю, – непонятно выразился майор. – Не лез бы ты лучше, пиндос. И без тебя справимся.

– Вам не нужна информация? Каждый день я выбрасываю ее в мусорную корзину. Потому что не имею права действовать. Я спрашиваю, майор: чья эта земля? Если их, то я пошел.

Майор вытер пот со лба. Сплюнул.

– Пошли. Поговорим…

* * *

На экране компьютера зарождалась, корчась в муках, звезда. Изображения не было, русские открыли звуковой файл старой коммерческой программой воспроизведения звука. Но голоса были слышны четко.

Гортанные, чужие голоса.

– Чокуев?

– Он самый… тварь. – Еще один офицер, в такой же форме, без знаков различия, с усталым лицом повернулся к американцу: – Откуда у тебя это?

– Данные прослушивания. Аппаратура.

Сэммел знал правила и не сказал русским всего. Эти данные он, как и руководители некоторых других «приближенных» американских компаний безопасности, получали из своего вашингтонского офиса, где готовили сводки по регионам присутствия в режиме реального времени. А в Вашингтоне их получали из баз данных НТС и АНБ. За последние двадцать лет АНБ США разработало и внедрило более десятка систем электронного перехвата и прослушивания, оно могло подключиться к любому каналу связи в мире. Задачу облегчало то, что большая часть современных коммуникационных компаний либо была родом из США, либо использовала американское оборудование или американские хранилища данных. Сводка содержала в себе данные перехватов звонков с мобильников, информацию из форумов, чатов, социальных сетей, данные анализа, сопоставляющего сотни и тысячи сами по себе непримечательных фактов и сообщений, отыскивая угрозу или элементы угрозы. Основой информации служили данные из легендарного Эшелона – глобальной системы перехвата данных, анализирующей любое электронное сообщение в мире. Анализом занималась TrapWire, национальная система слежения за подозрительной деятельностью, работа которой в связи с необычайно высоким уровнем террористической угрозы теперь распространялась и на весь мир.