Метро 2033. Подземный доктор - Андрей Буторин

– Не надо, Тим, – вмешалась Сашка. – Он никуда не пойдет.

– Это еще почему? – почувствовал нарастающее раздражение мутант.

– А ты сам подумай. Ты собираешься идти извиняться, ведя за собой охранника с автоматом. Еще прикажи Макусину встать лицом к стене, положив на затылок руки. И скажи: «Или прости меня, или я тебя расстреляю».

– Скажешь тоже, – буркнул Глеб. – Я ведь уже говорил, что один хочу пойти, без Тима.

– И без меня, конечно же?

– Разумеется.

– Щас! Уже сходил.

– Не думал, что у меня будет такая сварливая жена.

– Что?!. – вспыхнула Сашка. – Никто тебя насильно не женил!

Девушка повернулась и зашагала к лодке. Глеб только скрипнул зубами. Настроение испортилось окончательно. Разрядил, называется, обстановку!..

Послышался подозрительный треск.

– Что это?.. – недоуменно уставился куда-то в сторону Тим.

Глеб повернул туда голову. Трещала охваченная пламенем хвоя молодого ельника, росшего шагах в двадцати от них.

– А вот, – раздраженно тряхнул головой мутант, – такой я кудесник. Уничтожаю любого врага на расстоянии. Об елку ведь можно уколоться? Значит, враг. Сейчас и реку спалю, чтобы не утонуть.

– Я, если честно, не верил, – пробормотал Тим. – Думал, байки.

Глеб впервые видел провожатого не хмурым, а удивленным, даже растерянным. Это его невольно позабавило, злость сразу прошла.

– Что, и про реку поверил?

– А кто тебя знает, – с опаской посмотрел Тим на мутанта.

– Вот-вот, – кивнул Глеб, – правильно опасаешься. Так что будь аккуратней, не зли меня попусту. – Он подмигнул провожатому и пошел к лодке, просить прощения у Сашки.

В Ильинское, конечно, заезжать не стали. Глеб даже в ту сторону смотреть не стал, ему было откровенно стыдно. Не столько за то, что спалил тогда приютившему их с Пистолетцем Макусину сеновал вместе с хлевом – в конце концов, он сделал это и впрямь не специально, не подозревая еще о своих пирокинетических способностях, – сколько за то, что начал теперь этот нелепый спор, также закончившийся пожаром, по счастливой случайности не принесший никому вреда. Хорошо еще, что Сашка его, идиота, простила. Нет, ну в самом деле, что на него нашло? Прям какая-то шлея под хвост попала!.. Надо учиться себя сдерживать, не дело это – срываться на окружающих, особенно на Сашке, она-то уж точно ничем такого к себе отношения не заслужила.

Неизвестно, на сколько бы мог затянуться процесс самобичевания, только вскоре на берегу, чуть поодаль от реки, вновь показались жилые постройки, и двигатель лодки стал сбавлять обороты.

– Палема? – крикнул мутант провожатому.

Тим кивнул. Глеб посмотрел на жену и виновато улыбнулся.

– Скоро увидим Лика… Пистолетца, – сказал он, чтобы хоть что-то сказать; чувство вины перед Сашкой еще не прошло. Но она, похоже, и впрямь больше не сердилась, улыбнулась в ответ:

– Волнуешься?

– Есть немного.

Собственно, недавно они эту тему уже обговорили, так что продолжать разговор не имело смысла. Да и лодка уже причаливала к берегу, на который, кстати, вышло несколько местных жителей – услышали, видать, звук мотора.

Глеб пробежал по встречающим ищущим взглядом, и хотя очень надеялся увидеть среди них Лика, не сразу его узнал. Лишь когда один из мужчин – а вышли на берег только мужчины – приветственно вскинул беспалую руку, мутант понял: так вот же он, Анатолий Денисов! И времени вроде прошло совсем мало, а его друг и учитель изменился. Немного, почти неуловимо, но всё же. То ли взгляд стал другим, то ли осанка… Конечно, если сравнивать этого серьезного, с затаенной в глубине глаз печалью человека с бестолковым шутом Пистолетцем, разница была поистине разительной. Но даже и от учителя Лика мужчина теперь отличался, по-видимому оттого, что сейчас ему не приходилось таиться, играть роль, притворяться. С плеч свалился тяжелый груз постоянного обмана, вины перед доверчивым учеником, который считал его не только наставником, но и другом. Теперь он был самим собой, оттого и показался Глебу незнакомым. А еще мутанту стало вдруг очень страшно. Что, если Лик и впрямь стал совсем чужим? Что, если он вовсе не считает его другом? Немного утешало одно: раз уж Денисов пришел на берег, значит, их приезд ему все-таки небезразличен. Впрочем, откуда он мог знать, кто именно прибыл, пока не увидел их уже здесь?

Пока Глеб предавался тревожным размышлениям, Сашка уже выпрыгнула из лодки и, раскинув руки, помчалась к Лику.

– Пистолетец! – завопила она, бросившись обнимать недавнего спутника.

Тот поначалу недоуменно отпрянул, не сразу признал бывшего Сашка́, но, вспомнив, видать, рассказ Глеба, быстро всё понял и с радостью ответил на объятия.

У Глеба отлегло от сердца. Если бы Лик не хотел его видеть, вряд ли он обрадовался бы и его жене. Хотя, кто его знает… Но бывший учитель, которого Сашка наконец-то выпустила из объятий, вновь призывно поднял руку:

– Ты чего там застыл-то? Иди сюда, черт мохнатый!

Глеб почувствовал, как улыбка сама, помимо его воли, раздвинула щеки. Мутант быстрым шагом, с трудом сдерживаясь, чтобы не помчаться, как Сашка, подошел к Лику.

– Сам ты черт, – буркнул он, сглатывая подступивший к горлу ком, и обнял друга.

– Эй-эй! – воскликнул Денисов. – Аккуратней, слоняра, раздавишь же!..

Лик и правда не отличался могучим телосложением – был невысоким и щуплым. В роли Пистолетца он и вовсе казался субтильным, но Глеб хорошо помнил, каким выносливым и стойким был Анатолий на самом деле, так что объятий не разжал, разве что слегка ослабил хватку.

– Между прочим, – улыбаясь во весь рот, сказала стоявшая рядом Сашка, – ты знаешь, Пистолетец, кого из животных больше всего боится слон?

– Наверное, мамонта, – пропыхтел из-под Глебовых лапищ Лик. – Или саблезубого тигра. Только я не тот и не другой – они уже вымерли, а я пока жив. Хоть и ненадолго, наверное.

– Неправильно, – покачала головой девушка. – Слон боится…

– Мышей он боится, – решил блеснуть эрудицией Глеб. – Они прогрызают ему кожу между пальцами. А еще в хобот залезают, и слон задыхается. Я читал где-то.

– А вот и неправильно! – торжественно заявила Сашка. – Я тоже про это читала, а еще читала, что это всего лишь мифы. Слон мышку раздавит – и не заметит. А если бы в хобот она забралась, то ему стоит лишь дунуть – и мышка вылетит пулей. А вот на самом деле слоны очень боятся пчел!

– Где же я сейчас пчел возьму? – прохрипел Пистолетец. – Разве самому зажужжать… но лучше ты, Глеб, меня все-таки выпусти, пожить-то еще хочется. Или уже не придется? – стал он вдруг серьезным. – Вы не по приказу Святой приехали? Передумала, может, решила меня всё же в расход пустить?

Руки мутанта разжались сами собой. Упоминание о матери заставило потускнеть радость от встречи с другом. Впрочем, Сашка вспомнила то, что быстро вернуло ему хорошее настроение.