Сталкер от бога. Дороже жизни - Дмитрий Луценко

— Минус два.

— Молодец. Теперь напротив. На этот раз я захожу.

Но осуществить задуманное капитан не успел, поскольку через мгновение безымянная дверь сама открылась, и на пороге показался с помятой после сна физиономией очередной наёмник. Увидев чужаков, он тут же попытался отпрянуть. Конечно, от пули он не убежал, но первые два слога слова «ТРЕВОГА!» выкрикнуть успел. В едва освещённом затемнённой лампой пространстве угадывалось два ряда двухуровневых армейских кроватей — очевидно, это помещение являлось комнатой отдыха караула. И сейчас, судя по звукам множественного шевеления, там с коек повскакивало энное число врагов. Недолго думая, Николай рванул гранату с разгрузки и швырнул её в уменьшающуюся по вине дверного доводчика щель проёма. Сразу за этим товарищи открыли огонь наугад сквозь пластик, повышая внутри накал хаоса и не давая противнику тем самым возможности что-либо предпринять. Причем, судя по вскрикам — они ещё и умудрились несколько раз в кого-то попасть. Когда сталкеры, прижавшись спинами к стене, начали менять магазины, дверные панели взрывом выбило в коридор. Жердев вошел в комнату, впотьмах которой в воздухе висела образовавшаяся после подрыва мутная взвесь из пыли, газов и размельчённой штукатурки. Включив спецфонарь, капитан без эмоций добрал всех, кого не отправила к праотцам лимонка. Меченый, оставаясь снаружи, тоже не прохлаждался. Едва из-за поворота коридора высунулся ещё один обладатель чёрно-синего комбинезона, сталкер тут же уложил его короткой очередью.

— Сергеич, я так смотрю, местные пассажиры тут совсем расслабились.

— Не сглазь, Коля, — сказал сталкер и трижды сплюнул через плечо.

— Ты же вроде набожный и не должен на приметы заморачиваться?

— Так оно и есть. Я-то верующий, а вот подсознание, чёрт его подери — суеверное. Говорят, всё тёмное и иррациональное, все слабости и пороки в человеке начало там берут. Пока не получилось в себе это полностью забороть. На нервах, видишь, выскакивает.

Дойдя до угла, где коридор сворачивал, Меченый достал из накладного кармана на рукаве маленькое зеркальце для бритья и высунул его наполовину, чтобы увидеть происходящее за поворотом. Не прошло и секунды, как пуля разнесла вдребезги этот примитивный перископ. Однако сталкер до этого уже успел тренированным взглядом увидеть всё, что нужно.

— Примерно через пятнадцать метров металлическая дверь. Перед ней за контрфорсами по одному стрелку с каждой стороны. До них справа и слева ещё по пластиковой двери.

В этот момент послышался цокающий звук и к ним припрыгал металлический шарик наступательной гранаты. Трудность заключалась в том, что спрятаться товарищам некуда, а чтобы откинуть смертоносный презент, надо подставиться под огонь противника.

— Сергеич, прикрой! — скомандовал Жердев и, высунув ствол за угол, не глядя отправил из подствольника гэпэшку вдоль по коридору, после чего практически сразу за разрывом прыгнул к лежащей гранате. Облако осколков не убило наёмников, но и не позволило им прицельно стрелять по Николаю. Когда Меченый высунулся за угол и открыл огонь, то один из противников лёжа корчился с посечёнными ногами, которые оказались не прикрытыми бронёй, а второй, более везучий или лучше оснащённый, не рискнул высунуться из укрытия. Жердев швырнул гранату в сторону её владельцев и, не поднимаясь, боком откатился за угол. Четыре секунды как раз вышли и раздался взрыв. Меченый высунулся снова — у металлической двери теперь лежало два неподвижных тела. Сталкер тем не менее «прощупал» их для надёжности из ВАЛа.

— Да, можешь считать меня параноиком, — сказал он после, обернувшись к капитану. — Ты чего морщишься?

— Руку жжёт. Похоже, осколок рикошетом прилетел, — ответил Николай, прижимая к телу левое предплечье.

— Потерпи минуту и подстрахуй пока мне спину.

Меченый метнулся к пластиковым дверям убедиться, что там не затаился враг. В принципе, обострённое на опасность чутьё подсказывало ему, что там пусто, но вдруг внутренний голос ошибается? В одном из помещений оказались продуктовое хранилище и морозильные камеры, а в другом вещевой склад. Наёмников по эту сторону металлической двери больше не осталось, что позволило заняться врачеванием Николая. Закатав окровавленный рукав напарника, Меченый после осмотра и прощупывания поставил диагноз:

— У тебя лучшее из того, что могло случиться: мягкие ткани навылет. Антисептик, бинт, обезболивающее — и можно дальше воевать. Сейчас обработаю рану.

Когда закончили с перевязкой и подошли к двери, которую защищали наёмники, то в углу, рядом с одним из тел, обнаружили наполовину сожжённую карту доступа.

— Что-то мне подсказывает, что вторую такую мы тут не найдём, иначе никакого смысла её уничтожать не было.

— Согласен. Наверное, это тот самый случай, когда пора опробовать пасту.

Вздохнув, как заправский скряга, которого вынудили раскошелиться, Меченый, надавливая на тюбик, провёл белую полоску почти по периметру двери и отошёл в ожидании эффекта, не заставившего себя долго ждать. В местах нанесения почти сразу начал выделяться дым, а затем по краям линии стало видно свечение оплавляющегося металла, при этом паста как бы проваливалась внутрь двери. Через пять минут выжженная сердцевина заскрежетала, что говорило о том, что пошло смещение не закреплённого более металла под собственной тяжестью. Жердев тяжеленным фронткиком выбил её внутрь и сразу предусмотрительно отпрянул в сторону. Это оказалось отнюдь не лишним, поскольку в образовавшееся отверстие тут же ударило несколько очередей. О том, чтобы высунуться и вести прицельную стрельбу при такой плотности огня, не могло идти и речи — не спасла бы никакая броня. Попытались закидать наёмников лимонками, но более сложная, чем по эту сторону двери планировка, позволяла противнику обстреливать единственную точку входа с трёх сторон. К примеру, в то время как обороняющиеся прямо по коридору, прятались от взрывов внутрь комнат, засевшие в ответвлениях справа и слева, продолжали держать дыру на мушке. В ответ наёмники тоже попробовали засылать гостинцы из подствольников, но они пролетали мимо и срабатывали через полтора десятка метров у поворота стены, не причиняя никакого вреда атакующим.

— Придумай что-нибудь, Сергеич, иначе этот запор сам не рассосётся.

— Мне в этой обстановке не фантазируется, отступаем.

Общались, понятное дело, по встроенным в бронекостюмы рациям по кодированному каналу и с выключенными внешними динамиками, так что не приходилось опасаться, что их подслушают. Отойдя за поворот на безопасное расстояние, Меченый обвёл взглядом всё вокруг, словно на потолке или где-нибудь на стене мог быть написан правильный ответ от их задачки.

— Покарауль этих нехристей, вдруг осмелеют и в гости к нам намылятся. Сам только не высовывайся, не ровен час у них там снайпер найдётся. А я пойду, посмотрю, что они там в оружейке припасли. Авось гаусс-пушку найду и разнесу здесь всё к чёртовой бабушке!