Факультет интриг и пакостей. Книга 2. Охота на Мавку - Александра Черчень

А ведь он предупреждал эту упрямицу! «Это не ваше дело, наставник Нар-Харз!» — мысленно передразнил мавку лис. К стыду своему, что происходит, кицунэ понял не сразу, а когда понял, отменять прогулку было уже поздно.

Мавочка осознала свободу, ощутила свою силу и расправила крылья. Манящая, будоражащая аура окружала ее облаком, клубилась невидимым туманом, текла полутонами призыва и расслаивалась оттенками соблазна. И новорожденная сущность купалась в своей силе. Наслаждалась ею. Звала, дразнила лиса — и ослабляла поводок, отпускала.

Скопившаяся от момента зарождения мощь была такова, что всплеском накрыло если не весь Торговый Квартал, то ощутимую его часть, а мавка двигалась, не стояла на месте, перемещала эпицентр выброса чар… На нее оглядывались. И болотная прелестница плыла в этих взглядах — восхищенных или потрясенных, благоговейных или вожделеющих. Мужских. И попытка загнать ее в дом, вновь запереть в четырех стенах, закончилась бы катастрофой. Мавка бы не далась — и на ее защиту встали бы добровольцы, из тех, кого зацепило шлейфом зова. И кицунэ шел рядом или чуть сзади, подавал руку, помогал обойти препятствие, открывал двери и изо всех сил старался хоть как-то удержать ситуацию под контролем.

Кстати, в лавку нижнего белья «Кружева и подвязки» Нар-Харз за Подкоряжной не пошел сознательно. Струсил. Честно признавался себе — за Невиаей нормальной и вменяемой пошел бы всенепременно. Давал бы советы, отпускал саркастические комментарии — и наслаждался бы зрелищем. А за мавкой… Осознав пределы своей привлекательности, убедившись, что здесь для нее нет ни преград, ни соперниц, мавка успокоилась, подобрала шлейф силы неосознанным усилием воли и, приглушив очарование, сосредоточилась на изучении одной конкретной добычи.

В последующее время лис узнал очень много нового и неприятного. Он узнал, с какого расстояния ощущает ее запах. И до какого момента способен его игнорировать. Прочувствовал, как влияет на него невзначай замеченный абрис груди и мелькнувшая в декольте ложбинка. Выглянувшая из-под подола щиколотка. Выяснил, что зрелище открытой и беззащитной шеи — убивает наповал, не хуже заклинаний запрещенной некромантии, а дрожь ресниц и движение губ именно этой мавки — превращает в идиота надежней, чем полный круг магов-менталистов. Боги севера в свидетели, да он прочувствовал, что даже на изменение ритма ее дыхания возбуждением реагирует! И бесило Алинро больше всего то, что он прекрасно видел: она тоже исследует. Постигает его… и себя. Зацепила остатки приворота и ищет границы своей власти. Мавка ставила на нем эксперименты, как на лабораторной мыши, с интересом изучала спектр его реакций — и при таком раскладе идти за ней в лавку Нар-Харз побоялся. Это закончилось бы… Ну, либо изнасилованием вертихвостки, либо убийством ее очередного поклонника! А так — ничего, сдержался…

Сейчас, вспоминая яркую, довольную и счастливую мавку, Алинро был вынужден признать, что поход за покупками удался. По крайней мере, в любом другом случае таких скидок они бы точно не получили! Оглушенные выплеском Силы торговцы охотно уступали даме в том, чего она желала. Дарили скромные подарки. Делали небольшие презенты на память. А паршивка купалась в их внимании. Какие, к северным демонам, защитные амулеты, личные или стационарные? Они рассчитаны на точечное воздействие, максимум — на концентрированный удар по конкретному объекту, но никак не на волну цунами, смывающую все на своем пути!

Подавленные разницей уровней, охранные артефакты даже не пикнули… И слава всем Богам, Демонам и духам-хранителям, что мавочка (как и сама Нэви!) оказалась не меркантильна. Куда больше, чем вещи и подарки, ее интересовало внимание. Пылкий восторг молодого торговца натуральными камнями. Отеческое любование пожилого гнома, держащего лавку с артефактными кристаллами. Яркое, без труда ощутимое вожделение варвара. Темно-тягучая, как смола, похоть цверга в шмотках мелкого купца, стряхнутая девчонкой не задумываясь, мимоходом. Отстраненно-созерцательное восхищение торговца тканями. Эмоции, опасные в своих последствиях и безопасные. Полезные и вредные, бесполезные и безвредные, перспективные и сиюминутные, глубокие и мимолетные…

Чужие чувства окружали ее всем богатством палитры ароматов. Лис видел: новорожденная училась ощущать и различать сотни оттенков чужого внимания. Впитывала его, как губка. Пила, как пьет весной дожди земля. И наливалась внутренним сиянием. Осознавала свою неотразимость. Пытливо проверяла ее границы — и откатывалась волной назад, к источнику своей силы. Наращивала мощь — и развеивала свое влияние до неощутимого флера, вуалью оплетшего гибкую девичью фигуру.

Невиая не сознавала себя, но в этом потерянном состоянии естественно и непринужденно познавала свою суть. Изучала свой предел. В этом сакральном, таинственном процессе познания самое себя ее не интересовали материальные блага. Иначе не миновать бы им возмущенного воя и исков очухавшихся торговцев.

Академия, конечно, отбилась бы, стихийная инициация — не шутка, а все эти дельцы о рисках жизни вблизи Академии и ее обитателей были извещены заранее. Значит, пришли сюда осознанно и добровольно. И все же это привлекло бы внимание. Лишнего внимания к девочке привлекать не хотелось. А так Лис имел возможность видеть и ощущать редкое, удивительное зрелище.

И многое бы отдал, лишь бы его не видеть и не ощущать!

Сам поход за покупками прошел лучше, чем он ожидал. К тому моменту, когда они добрались до лавок готового платья, Алин уже понял, что происходит, и смирился с тем, что большинство из сделанных мавкой покупок Невилика носить не будет. Мысленно махнул рукой на этот факт, но решил — Невилике при случае обязательно припомнит. И ошибся. Часть покупок, предназначавшаяся для вампира, вообще прошла без сучка без задоринки — новоявленная соблазнительница не спорила, не препиралась, как данное приняла тот факт, что за нее платят, и с интересом наблюдала за выбором лиса. Внимательно слушала разговоры с продавцами, модистками, тут же подгонявшими вещи по фигуре, с консультантами — и перенимала его опыт. Когда пришла выбирать вещи для ее личного пользования, его отстранили. Мягко, но непреклонно. И приятно удивили выбором. Глубокие, благородные тона. Гармоничное соотношение длины, вырезов и отделки. Приятные материалы и изумительное качество кроя. Сдержанное достоинство аксессуаров. Эта мавка считала своим главным украшением саму себя и не желала, чтобы платья ее затеняли. И, кажется, древним, глубинным чутьем знала то, к чему иные приходят с годами. Обнаженное — выглядит доступным. Целомудренно прикрытое — будит воображение…

Лис сжал зубы и тихо выругался.

Замечательно все складывается! Просто выше всяких похвал. И да, это была ирония.

Белохвостый стремительно шагал по улицам столицы и не ловил экипаж, несмотря на то что доехать было бы гораздо быстрее.

Алинро Нар-Харзу хотелось проветрить голову, остудить мозги, принять решение. И твердо ему следовать.

Расставить приоритеты, осознать, что ему нужно. И сможет ли он обходиться без этого. Вернее, сможет, в этом даже нет сомнений. Когда это женщина становилась для лиса центром личной вселенной? Это даже мысленно смешно произносить. Поэтому, разумеется, все будет отлично. Но вопрос: а надо ли лишать себя настолько желанной женщины, да и чувств, если уж на то пошло?