Факультет интриг и пакостей. Книга 2. Охота на Мавку - Александра Черчень

Пока я неторопливо шла, подивилась тому, что охрана периметра Академии все еще не явилась из своего загадочного путешествия по не менее интригующему хыр-ли шеру. Право, мне даже захотелось потом кого-нибудь расспросить, как там было. Правда, я почти уверена — подробностями меня не порадуют! Народ не особо любит распространяться об унижениях. Почему об унижениях? Лично я сомневаюсь, что хыр-ли шер расположен на островке в теплом море в санатории с полным пансионом!

Дошла до общаги. Почти все девушки реагировали нормально и ровно, хотя некоторые сверлили нехорошими взглядами и демонстративно теснили к стене, если мы пересекались в узких коридорах. Вот поганец Грэг, а?! Когда он столько баб осчастливить успел?!

Но это было еще не все.

Знакомые и не очень парни уступали мне дорогу и даже придерживали дверь перед «сладуркой Грэгори!».

«Сладурка» медленно, но верно бесилась. За такую подставу жутко хотелось проредить пакостнику шикарную шевелюру! Короче, если остальные студенты жили весело только от сессии и до сессии, то я, чувствую, стану «веселиться» круглый год! Если выживу, конечно.

Наконец дошла до нашей двери и, быстро закрыв ее изнутри на замок, с облегченным вздохом прислонилась к стене.

— Привет, Нэви, — раздался сосредоточенный голос Айлири и скрип перьевой ручки по бумаге. — Как отдохнула?

Я честно задумалась, соображая, как же покорректнее обозвать рандеву с навью и нечистиком.

— Эм-м-м… информативно и познавательно! — наконец определилась с характеристикой недавней встречи я. — А ты что делаешь?

На столе перед дриадой лежал большой свиток, исписанный мелким почерком. Такой… смутно знакомый свиток.

— А я пополняю список требований к моему парню.

— Пятидесяти четырех пунктов оказалось недостаточно?!

— Ну… я решила их пересмотреть! Что-то вычеркнуть, что-то добавить…

— Интересно. — Я прошла к столу и, по дороге кинув на постель плед, но так и не выпустив из рук книжку, встала около подруги. — Ты собралась на свидание?

— Пока нет, — старательно выводя новый пунктик договора, ответила Айлири. — Но вдруг пригласят, а я не готова?!

Я глубокомысленно промолчала. Да… все нормальные девчонки прихорашиваются, наряжаются и красятся, а соседушка у меня составляет списочек. Ладно, у каждого свои завихрения в мозгу! Кто я такая, чтобы осуждать чужие?

В этот момент Айлири наконец отложила перо, свернула свиток и уставилась на меня. Потом на мою книжку с поэтическим названием «Эльфийская страсть в терновнике». Почему в терновнике, я так и не поняла. Этот куст рос на дальнем конце воображаемого автором сада и фигурировал лишь один раз. Когда охваченный страстью Энрикоэль попытался туда завалить финансово несостоятельную, невинную и очень-очень несчастную горничную Машузэль. И Энрикоэль и Машузэль проиграли битву колючему кусту и вырвались от него с потерями и боевыми ранами, оставляя на иголках растения куски одежды. Романтика, короче! А потом еще бедный Энрико получил от своей зазнобы пощечину, после чего бедная Маша унеслась в слезах, а эльф остался нецензурно выражать отношение к ситуации.

На этом моменте я поняла, что книжка все же написана с некоторой долей реализма! Не бывает воспитанных и тактичных остроухих! Разумеется, если они не политики или дипломаты. Я слышала, в Вечном лесу есть даже специальные курсы, называются: «Как обманывать и скрывать свое честное мнение». Их проходит вся эльфийская молодежь перед выходом в большой мир.

Но вернемся к «Страсти в терновнике»!

— Нэви, что ЭТО такое?!

— Ну-у-у… литература?

— Думаешь?!

— Думаю, — решительно заявила я, крепче прижимая к себе потрепанную книженцию. — Айли, ну это для отдыха мозга. Что плохого?

— Это для разжижения мозга, — категорично заявила девушка.

— С моим все в порядке, — примирительно ответила я и скорее спрятала романчик от греха подальше.

— У меня есть некоторые сомнения на сей счет!

— Айли, глядя на твой договор в пятьдесят четыре с гаком пункта, меня тоже терзают смутные сомнения!

— Это разумная предосторожность, — наставительно подняла она вверх указательный пальчик, и в свете солнца на розовом ноготке блеснул лак и какой-то странный узорчик.