Видоизмененный углерод - Ричард Морган

Одеваясь вечером перед зеркалом, я никак не мог избавиться от резкого ощущения того, что мою оболочку надел кто-то другой, а меня низвели до роли простого пассажира в туристической кабинке.

Это называется психоцелостным отторжением. Или просто расслоением. Даже опытного человека, сменившего немало оболочек, порой охватывает неприятная дрожь. Я же мучился так, как не приходилось мучиться много лет. Какое-то время я в буквальном смысле боялся думать, опасаясь, что человек в зеркале обнаружил моё присутствие. Застыв в ужасе, я смотрел, как он закрепил нож «Теббит» в ножнах с нейрозащелкой, взял «немекс» и «филипс» и поочередно убедился, что оба пистолета заряжены. Метательное оружие продавалось в дешевых фибергриповых кобурах, при нажатии приклеивающихся энзимами к одежде в любом месте. Незнакомец в зеркале закрепил «немекс» под мышкой левой руки, где пистолет был спрятан под пиджаком, а «филипс» убрал сзади за пояс. Он проверил, насколько свободно оружие достается из кобуры, целясь из него в свое отражение в зеркале, хотя в этом и не было необходимости. Клайв не обманул: диски виртуального обучения оказались тем, что нужно. Незнакомец был готов убивать из обоих пистолетов.

Я поежился от его взгляда.

Неохотно отстегнув ножны и кобуры, он положил оружие на кровать. Затем постоял немного, дожидаясь, когда пройдет необъяснимое ощущение наготы.

Вирджиния Видаура называла это «слабостью к оружию», и с первого дня обучения в Корпусе чрезвычайных посланников считалось смертным грехом подпасть под действие этого недуга.

«Оружие — любое оружие — является лишь инструментом, — говорила наша наставница, ласково поглаживая метатель заряженных частиц „Санджет“, — сконструированным для выполнения определенной работы, как и любой другой инструмент, и пригодным только для неё. Вы назовете дураком человека, таскающего с собой силовой молоток только потому, что он инженер. А то, что справедливо в отношении инженеров, вдвойне справедливо в отношении чрезвычайных посланников».

Джимми де Сото, стоявший в строю, кашлянул, выражая свое веселье. В тот момент он высказывался от лица большинства. Девяносто процентов новобранцев Корпуса чрезвычайных посланников поступили из регулярных вооруженных сил Протектората, в которых оружие имело статус чего-то среднего между игрушкой и личным фетишем. Морские пехотинцы ООН не расставались с оружием никогда, даже отправляясь домой на побывку.

Услышав кашель, Вирджиния Видаура остановила взгляд на Джимми.

— Мистер де Сото, кажется, вы не согласны. Джимми переступил с ноги на ногу, немного смущенный тем, как легко его обнаружили.

— Если быть честным, мэм… мой опыт говорит, чем больше оружия носишь, тем уважительнее к тебе относятся.

По строю пробежала рябь согласия. Вирджиния Видаура дождалась, когда она утихнет.

— Действительно, — сказала она, поднимая метатель обеими руками, — это… устройство способно наносить удары. Будьте добры, подойдите ко мне и возьмите его.

Поколебавшись немного, Джимми вышел из строя и взял метатель. Вирджиния Видаура отступила назад, чтобы Джимми находился в центре внимания выстроившихся новобранцев, и расстегнула форменный китель. В комбинезоне без рукавов и тапочках для хождения по палубам космолета она выглядела хрупкой и беззащитной.

— Как вы можете убедиться, — громко произнесла она, — переключатель уровня энергии поставлен на тест. Если вы в меня попадете, все окончится небольшим ожогом первой степени, и только. Я нахожусь приблизительно в пяти метрах от вас. Я безоружна. Мистер де Сото, не хотите попытаться попасть в меня? Стреляйте без предупреждения.

Несколько опешив, Джимми тем не менее послушно взял «Санджет» и проверил установку переключателя, затем опустил его и посмотрел на стоящую перед ним женщину.

— Стреляйте без предупреждения, — повторила Вирджиния Видаура.