Скажи машине «спокойной ночи» - Кэти Уильямс

– Что?

– Может, он есть на твоем экране. Как же он называется? Стандартный вариант.

Перл нажала на раздел «Сигналы и звуки». Каллы замерцали, сменившись списком, и вот он рингтон, между «Бетховеном» и «Фортепиано», под названием «Калла».

– Я нашла, – сказала она Ретту с трепетом в голосе.

– Включи его.

– Нет, они услышат.

– Кто услышит?

– Я в офисе, – снова солгала Перл. – Кроме того, думаю, я догадываюсь, как это звучит.

– Ага, это крик.

– Значит, в этих фильмах, играх и прочем она просто… орет?

– Нет, она играет. У нее, типа, разные персонажи.

– И все в опасности.

– Ну, конечно. В смысле, ведь должно быть что-то, чтобы ее узнавали.

– «Крикунья». И она так популярна из-за этого?

– Очень. Я вроде как не могу поверить, что ты никогда о ней не слышала.

– Ты же знаешь, я не смотрю такие фильмы.

– Мама, да это все виды фильмов. О, тебе это понравится – ее поклонники делятся на две группы: «Калла выживет» и «Калла умрет».

– Не поняла…

– «Калла выживет» и «Калла умрет». – В голосе Ретта звучало невероятное наслаждение и бесконечное удовольствие от того, что он повергает мать в шок. – Как ты и сказала, она всегда в опасности, и поэтому некоторые ее поклонники любят фильмы, в которых она выживает, а другим больше нравится, когда ее мочат.

– Мочат, – повторила Перл.

– Введи в поиске «Диаграмма Каллы Пэкс».

– Ты уверен, что я хочу это видеть?

Но она все равно произнесла эти слова для голосового поиска, и внезапно перед ней завертелось яркое разноцветное колесо – диаграмма, в каждом секторе которой было изображение крошечной мультяшной Каллы с крестиками вместо глаз. Одна из Калл тяжело дышала с мулятяшным ножом в груди, другая болталась на веревке, затянутой вокруг шеи, у третьей между мультяшными ногами катилась отрубленная голова. Диаграмма отслеживала не только то, как часто герои Каллы выживали или умирали, но и когда они умирали и каким образом. Перл заметила один сектор диаграммы, где Калла стояла неподвижно и спокойно, с глазами-точками вместо крестиков.

– Она выживает только в двадцати процентах? – спросила Перл.

– Похоже на правду. Когда выходит новый фильм с Каллой, люди начинают делать ставки. Размах как в Вегасе.

– Люди ставят деньги на то, умрет ли ее персонаж?

– Ага. Это серьезное дело. Ее съемочные площадки блокируют. Прячут страницы сценариев. Заставляют всех подписывать какие-то бумаги, где указано, что на них могут подать в суд, если произойдет утечка информации.

– СОН.

– Что?

– Соглашение о неразглашении, – пояснила Перл.

Вот она, причина всей секретности. Продюсеры не хотели разводить шум вокруг фильмов, которые они снимали, не хотели разрушать серию ставок.

Перл начала читать из диаграммы:

– В тридцати шести процентах фильмов она была зарезана, в восемнадцати процентах – задушена, в семи процентах – застрелена. Что такое «смерть от орлиного пера»? – В этом секторе происходило какое-то сумбурное движение, но было слишком сложно разобраться в том, что происходило с мультяшной Каллой.

– О, да. Это отличная тема. Понимаешь, она пошла с друзьями в турпоход, ну типа, на скалу, но есть одна старая легенда… Подожди-ка. А почему ты спрашиваешь о Калле Пэкс? Ты же не собираешься испытывать ее на Apricity?

– Нет, нет, нет, – зачастила Перл.

– Но ты же сказала, что на работе…

– Ее рассматривают для рекламы. – Перл села на край кровати и повторила информацию из СОН, которое она подписала.

– Серьезно? Для Apricity? Странно. Ну, у вас же должны заниматься счастьем, верно? А Калла Пэкс – это вообще-то ужас, смерть и прочее. Или это какая-то ирония?

– Да, – сказала Перл, возвращаясь к «Сигналам и звукам». Ее палец завис над кнопкой, которая воспроизведет рингтон Каллы. Она представила себе, как этот хриплый голос переходит в крик. – Я думаю, что это должно быть иронично.

На обоях в комнате для гостей, как она теперь заметила, на самом деле не было классического викторианского орнамента. Там были изображены широко раскрытые человеческие рты.

– Вчера вечером я посмотрела несколько ваших фильмов, – сказала Перл Калле. Они сидели друг напротив друга на диванах в гостиной возле фойе, встретившись (не слишком рано) следующим утром. Фигуры медуз лениво вращались над головой Каллы, помахивая щупальцами; на камине позади нее игрушечные солдатики охраняли свое гнездо, направив винтовки на Перл.

– Правда? – просияла девушка. – Какие?

– Названия, так… посмотрим…

– Это были боевики? У них всех похожие названия. «Последняя Пуля», «Чистая месть», «Смертельная капля».

– «Смертельная капля». Я смотрела этот. И еще тот, где вы играли дочь дипломата. В Японии.

– «Восход Запада, Кровь Востока».

– И первую «Косу для кожи».

Калла подняла брови:

– Ого. Тройной сеанс. Только не говорите, что вы не спали всю ночь и смотрели фильмы.

Перл посмотрела не три, а семь фильмов с Каллой Пэкс. Хотя она смотрела только до того момента, когда персонаж Каллы умирал, что обычно происходило через тридцать минут после начала, а иногда было первой же сценой. Единственным фильмом, который Перл посмотрела целиком, был «Восход Запада, Кровь Востока», где Каллу похитили, избили, прижгли железом и чуть не изнасиловали якудзы, прежде чем ее спас отец-дипломат. Ему пришлось отбросить глубоко укоренившиеся пацифистские убеждения и применить боевые искусства в особо жестокой форме, чтобы спасти честь и (во вторую очередь, похоже) жизнь своей дочери. В заключительной сцене Калла заключена в объятия отца, тела ее похитителей сложены у их ног, а за ними встает красный шар солнца.

– Вы хорошо сыграли, – сказала Перл. – Очень трогательно.

Перл не лгала. Хотя сами фильмы, особенно если смотреть семь подряд, казались лишь нелепым набором сцен из града пуль и расчлененки, серийных убийц и расчлененки, самолетов и расчлененки, Калла Пэкс все же трогала за душу. Когда ее преследовали по лесу (или по ветвящимся улочкам иностранного городка, или по катакомбам древней расы мышелюдей), у зрителя перехватывало дух. Когда ее, в конце концов, загоняли в угол, руки хватались за одеяло. Когда она умирала, руки взлетали ко рту. Когда она кричала своим знаменитым криком Каллы Пэкс, зрителю казалось, что это его собственный крик.

– Я пытаюсь оживить персонажей для себя, чтобы они казались живыми вам, – скромно сказала Калла. Выучив целые страницы из методички по Apricity, Перл стала узнавать заученный ответ, когда слышала его.