Сказки Города Времени - Диана Уинн Джонс

– А я все равно обвиняю! – За ними под арку протопал Сэм. Увидел призрака и остановился. Голос упал до громкого шепота. – Ой, жуть, совсем как настоящий!

Джонатан переглотнул.

– На самом деле нет, – проговорил он. – Если попытаешься до него дотронуться, ударишься рукой о стену.

Рот шута расплылся в широченной улыбке.

– Коснитесь и узнайте, – сказал он.

Голос был далекий и неразборчивый, будто доносился из соседней комнаты. Шут протянул длинную сумрачную руку почти что в лицо Джонатану. Джонатан тут же отпрянул. В результате Вивиан осталась впереди одна. Втянула побольше воздуху.

– Сейчас.

Она двинулась навстречу вытянутой руке, напряженно выставив вперед ладонь, будто лунатик. И ладонь на что-то натолкнулась. От этого Вивиан вздрогнула – ее охватил ужас, какой чувствуешь, внезапно оказавшись нос к носу с огромным свирепым псом. Нет, призрак был не злой. Просто у нее возникло ощущение, что он терпеть не может, когда его трогают. Рука, на которую она натолкнулась, была не то чтобы плотная, но и не бестелесная. Она была прохладная, а ткань рукава – грубая. И хотя рука Вивиан не погрузилась в тело призрака, Вивиан понимала, что и плоть, и прикрывающая ее ткань состояли из чего-то более разреженного, чем обычное вещество.

– Я тебя чувствую, – выдавила она и поняла, что говорит шепотом. – Так, значит, ты не голый грамм?

– О нет, я существую в самом деле, – ответил призрак своим диковинным приглушенным голосом. – Коснитесь и убедитесь.

Улыбка его погасла, взгляд стал печальным, но он терпеливо стоял, вытянув руку, пока сначала Джонатан, а потом Сэм подходили и трогали пальцами грубую ткань рукава. Сэм потыкал несколько раз, и призрак это стерпел. Сэм попятился, глаза у него стали круглые от изумления.

Джонатан прокашлялся, но все равно получилось придушенно:

– Ой… вроде плотный.

Призрак убрал руку, и они несколько секунд смотрели друг на друга, будто всем, в том числе и призраку, надо было немного прийти в себя после пережитого.

– Что тебе нужно? – спросил наконец Джонатан.

– Поведать миру о своей беде, – сказал призрак. Цепочка слов словно бы взвилась под арку и вернулась к ним сразу с нескольких сторон. Вивиан подумала, что голос у него, наверное, такой же разреженный, как все остальное. – Я хотел, чтобы жители города вняли мне, – продолжил он, – но без ковчега моего стал почти невещественным, и меня сочли привидением.

– Вообще-то, людей можно понять. Ты же ворвался в толпу в разгар церемонии, скакал туда-сюда и играл на волынке, – заметил Джонатан.

Призрак с печальной растерянной улыбкой помотал головой:

– Неужели? Память подводит меня. До вчерашнего вечера я не помнил ничего, кроме того, что мне следует обратиться к вам. Я оказался здесь и нашел вас, но тот могучий кудесник отослал меня прочь именем Хронолога, и мне пришлось уйти.

– Ты хочешь сказать, что ищешь именно нас? – Джонатан не поверил своим ушам.

– А если ты не призрак, – встрял Сэм, – тогда кто?

– Я – это я, – ответил призрак. – Тот, кого приставили Стражем Железного ковчега, а я его не уберег. Вы видели, как это было. Вы видели, как ковчег извлекли из-под земли, где ему полагалось быть, и похитили.

– Ой! – сказали они все, а Вивиан подумала: «Точно!»

Это был тот самый длинноногий человек, который так легко взбежал на вершину Тора и крикнул, что надо спешить. Тогда он был гораздо вещественнее с виду. Вивиан посмотрела вниз, на почти плотную ногу, стоявшую на брусчатке. И узнала остроносые башмаки.

Судя по лицам Джонатана и Сэма, они тоже его вспомнили.

– А почему ты взял и исчез? – спросил Сэм. – И дал мальчишке добраться до верха и украсть ковчег!

Страж Железного ковчега беспомощно раскинул большие бледные руки:

– Я сделал все, что мог. Когда я увидел, что замышляется кража, я вернулся в первые дни Железного века, а оттуда – в последние его дни и по дороге тянул все нити истории. В первые эпохи существования Города Времени это побудило бы всех горожан броситься мне на помощь, но дни города сочтены, и потому почти никто не ответил мне. Только вы откликнулись на мой призыв.

Сэм с Джонатаном смущенно переглянулись.

– И потому, – невнятно продолжил разреженный голос Стража, – я опутал похитителя нитями истории и обвил ими всех обитателей Железного века, кто был готов помочь мне, чтобы свести их вместе. Но на зов мой явилась только одна девица – и вы все же опоздали.

Узкое лицо потемнело от горькой печали.

– А зачем ты пришел сюда? – спросила Вивиан.

– Я не знал, куда еще пойти, – признался Страж. – Раз Железный ковчег исчез из тайника, значит Железному веку конец, а мне следует вернуться в город. Вот я и вернулся, уповая на то, что мой ковчег возвращен на подобающее место в Гномоне. Но его там нет. Его похитили.

– Мы знаем. У нас ничего не получилось, – сказал Джонатан. Он так огорчился, что стал очень похож на Вековечного Уокера. – А что, Городу Времени и правда скоро настанет конец? Мы можем что-то сделать?

Страж печально посмотрел на него:

– Он доживает последние дни. Да, Великий год подходит к концу. Но если удастся предупредить Стражей остальных трех ковчегов и они сумеют вернуть Серебряный, Золотой и Свинцовый ковчеги в Гномон и уберечь их от вора, тогда, возможно, снова настанут первые дни.

– Тогда нам надо… – начал было Джонатан, но Вивиан поспешно его перебила:

– Кто украл ковчег? – спросила она. – Владычица Времени?

Узкое бледное лицо Стража обратилось к ней с видом горчайшего упрека. Страж помотал головой, медленно и грустно, и при этом растаял в воздухе, будто впитался в стену арки. Перед Вивиан, Джонатаном и Сэмом остались только ряды узких красных кирпичей и светящееся пятно в виде унылой долговязой фигуры на их фоне. Вивиан готова была влепить себе пощечину.

Ей стало одновременно жарко и холодно, а ноги подкосились, как бывает, когда ляпнешь ужасную глупость. Ну почему, почему она не догадалась вовремя, что это будет ужасная глупость? Тем временем Джонатан жевал кончик косы, и взгляд у него стал такой же страдальческий, что и у его отца, а Сэм, кажется, давно позабыл дышать.

И теперь вместо выдоха у него получился рев:

– Чего стоите? Делайте что-нибудь!

– Только сначала надо придумать, что делать! – Джонатан хмуро двинулся в сторону площади Эпох, жуя кончик косы.

Вивиан последовала за ним. По шлепанью шнурков было ясно, что Сэм не отстает.

– Если это и правда был Страж Железного ковчега, а не очередной студенческий розыгрыш, – сказал Джонатан.

– Да нет, он был такой грустный, – сказала Вивиан. – И совсем настоящий.