Сказки Города Времени - Диана Уинн Джонс

На сей раз Джонатан подготовился как следует. Он раздобыл квадратную коробку на веревке, очень похожую на противогазную, и положил в нее яйцо-пульт. Из коробки он достал тоненький тюбик смазки и смазал большие старинные петли двери с цепью, чтобы не скрипела. Когда все они, захватив одежду, на цыпочках двинулись по каменному коридору, Вивиан подумала, что даже если для Джонатана это просто развлечение, он относится к нему очень серьезно.

Джонатан припас в коробке и мощный фонарик. У замурованной арки он посветил на камни и нашел белый след, который оставила его сандалия накануне вечером. Пнул в то же место. Фальшивая дверь плавно повернулась, и они протиснулись в лазы. При более ярком свете спускаться оказалось гораздо легче. Когда они очутились в каменной комнатушке внизу, Джонатан пристроил фонарик на ступеньку, чтобы светил, пока они переодеваются в одежду двадцатого века.

Сэм, разворачивая свой сверток, от волнения пыхтел на всю комнатушку. А Вивиан, развернув свой, онемела от ужаса. Кто-то, наверное, Петула, постирал ее одежду в той же машине, что и пижамы, которые носили в Городе Времени, и все погубил. Пальто село на два размера, школьный берет превратился в тряпку. Вивиан решила, что не станет их надевать, наденет только юбку, а вместо блузки сойдет верх от пижамы. Юбка вроде бы осталась прежнего размера, но, когда Вивиан ее натянула, оказалось, что она стала тесной и непривычной на ощупь, а когда Вивиан закатала пижамные штанины, чтобы спрятать под юбку, и пристегнула их подвязками от чулок, стало только хуже. Верх пижамы в свете фонарика сиял ядовитыми красками. Вивиан сообразила, что в 1939 году никто не ходит в желто-фиолетовых полосатых блузках, да еще чтобы полоски извивались сами по себе. Пришлось затолкать руки в рукава темно-синей вязаной кофты, которая села примерно так же, как пальто, а потом собраться с силами и застегнуть ее на все пуговицы. Во всем этом Вивиан чувствовала себя просто ужасно.

Сэму тоже пришлось нелегко. Костюмерша из Временного Дозора выдала ему серые шорты с красными подтяжками, и он запутался в подтяжках. На ногах у него были грубые шнурованные ботинки со стальными набойками, и с ними пришлось еще тяжелее. Поэтому Вивиан изо всех сил помогала Сэму, пока Джонатан в сером фланелевом костюме и очках и с пультом-яйцом в руках нетерпеливо топтался рядом.

Ей удалось распутать подтяжки. Потом она встала на колени и зашнуровала ботинки, причем, зная Сэма, каждый завязала на двойной бантик. Но затолкать волосы Сэма под полосатую школьную кепку было просто немыслимо. Пришлось Вивиан разыскать в кармане севшего пальто аптечную резинку и затянуть ему волосы в узел на макушке, как у Вековечного Уокера.

– Мерзопакостные одежки! – ныл Сэм.

– Сам ты мерзопакостный, – сказал Джонатан. – Ну что, готовы? – Он поднял серое яйцо повыше. – На станцию в тот момент, когда я нашел В. С., – скомандовал он.

В проем на месте сланцевой плиты хлынуло жаркое предвечернее солнце – а следом за ним прямо им в лицо повалили густые клубы желтого дыма, вонявшего рыбой. Сэм закашлялся.

– Стало по-другому! – сипло проговорил он, когда дым развеялся.

Вивиан подумала, что они, наверное, опоздали на минуту-другую. Поезд не спеша отходил от перрона, заволакивая его густым желтым дымом. В чем, собственно, разница, было трудно сказать, но Вивиан увидела себя и Джонатана далеко впереди, гораздо ближе к спуску с перрона, как будто она только что вышла совсем из другого вагона.

Кругом толкались эвакуированные, но толпа по сравнению с тем, что помнила Вивиан, заметно поредела. Отцу Сэма, который смутно виднелся сквозь дым, на сей раз мало кого пришлось распределять по семьям.

– Пошли, пока нас не видно из-за дыма! – приказал Джонатан, торопливо заталкивая яйцо в коробку.

Сэм двинулся вперед, Вивиан следом. Их окутал дым. Гвозди в подметках Сэма звякали по перрону. Вивиан обернулась и обнаружила, что сзади будто из ниоткуда вынырнул Джонатан. «Да что ж такое! – подумала Вивиан. – Теперь он один с противогазом! Только бы нам не попался уполномоченный по гражданской обороне!»

– Куда нам теперь? – шепнул Джонатан.

Вивиан продумала подробности гораздо хуже Джонатана. Надо было соображать, и быстро. Если они пойдут к выходу, то натолкнутся на отцов Сэма и Джонатана. Вивиан повернула в противоположную сторону.

– Здесь тоже должен быть спуск, – сказала она.

Они прошли мимо каких-то молочных бидонов. Когда поезд ушел, дым рассеялся, и они очутились на ярком желтом солнечном свете у дальнего конца перрона, где был пологий спуск на полосу травы вдоль рельсов. В проволочной ограде очень кстати нашлась белая калиточка с табличкой «БЗЖД. Служебный выход». Они прошли туда – ну и ничего, что служебный, – и очутились на дороге, по которой уже уходили редкие группы детей с противогазами и чемоданами и приютившие их взрослые.

– Сейчас дадим тебе славную кружечку чаю, – донеслось до них. – А поселим тебя в комнате нашего Уилла, сам-то он сейчас на фронте.

– У меня вот мифка, – объявил кто-то из детей. – Пвавда, квасивый?

Джонатан обернулся на станционное здание.

– Может, пойдем найдем твою кузину Марти? – предложил он. – Она, наверное, уже переволновалась. Или лучше подождем здесь, пока она сама не пройдет мимо?

– Я не знаю, как она выглядит, – призналась Вивиан. – Я даже не совсем уверена, что она кузина Марти, а не кузен Марти. Знаю только адрес на обратной стороне бирки: М. Брэдли, Гладстон-роуд, пятьдесят два. Придется пойти туда и подождать, пока она вернется домой. Или он.

– Что же ты раньше не сказала? – вспылил Джонатан. – Я бы раздобыл карту!

– Это деревня. Тут должно быть близко, – успокоила его Вивиан.

Они двинулись за толпой эвакуированных и хозяев по типичной улице, ведущей к станции.

– Ужасные домишки! – пробурчал Сэм, тяжело звеня подметками по мостовой.