Выжившие - Ханна Джеймесон

Я пошел к Томи, но она не открыла дверь. Возможно, ее не было в номере. Или она не хотела видеть меня.

Вернувшись к себе за связкой ключей, чтобы возобновить расследование, я вдруг почувствовал, что украденные чемоданы подорвали мой моральный дух и невозможно прямо сейчас добавить к ним еще и неудачные поиски в остальных номерах.

Однако после беседы с Софией меня заинтересовал владелец отеля. Возможно, стоило разузнать о нем побольше.

Запасные батареи для ноутбука, принесенные из супермаркета, похоже, не работали. Подключив портативное зарядное устройство, я также не обнаружил признаков жизни ноутбука, поэтому оставил его на кровати. Понимая, что не могу выйти в Интернет, я боролся с отчаянием – так хотелось увидеть фотографии моей семьи.

Когда я уже собрался уходить, в дверь постучали.

Это была Томи в сопровождении детей Иобари – девочки Рёко, ей семь лет, и мальчика Акио, ему шесть лет. По правде говоря, раньше я избегал даже смотреть на них. Каждый раз, когда я видел детей Иобари или до меня доносились их голоса, я едва сдерживал слезы. Вряд ли они понимают, что происходит. Интересно, вспомнят ли они, когда станут взрослыми, что-нибудь из нашего прежнего мира?

– Хочешь пойти погулять с детьми? – спросила Томи, как ни в чем не бывало.

– А где их родители?

– Хотели отдохнуть немного, а французские сучки заняты. Да все нормально, я и раньше присматривала за ними.

– Боже, Томи, они же дети, как ты можешь ругаться при них, – понизив голос, сделал я ей замечание.

– Расслабься! Они не знают, что такое «сучки».

– Сутьки! – радостно воскликнула Рёко.

Я не удержался от смеха:

– Ладно, только куртку надену.

Мне пришло в голову, что, возможно, у Томи найдутся ответы на мои вопросы о владельце отеля.

Запирая дверь, я почувствовал, как чья-то крошечная ручка обхватила мои три пальца. Это была Рёко. Я чуть не отдернул руку. Будто пол ушел у меня из-под ног. Сердце ёкнуло, и на глаза навернулись слезы.

Я посмотрел на Томи, которая ждала вместе с Акио ближе к лестнице. Она улыбнулась.

Собравшись с духом, я взял Рёко за руку, и мы вчетвером вышли на улицу. Дети почти не говорили по-английски, но, к моему удивлению, Томи немного говорила по-японски. Мы сидели на траве у кромки леса и смотрели, как Рёко и Акио гоняются друг за другом.

– Не знал, что ты любишь детей, – заметил я.

– Во всяком случае, больше, чем взрослых, – ответила Томи.

На мой взгляд, у Рёко немного странные черты лица. Непонятно почему, но оно казалось не совсем симметричным.

Когда дети нашли на земле что-то интересное и принялись копать яму, я расслабился. Это занятие удерживало их на одном месте.

– Слушай, как раз хотел спросить… – неуверенно начал я. – Ты говорила, что, когда собирала материал для своего проекта, практически ничего не нашла о его владельцах.

– О Балоше Брауне.

– Кто это?

– Последний владелец. В остальном доступной информации очень мало. Даже когда отелем владели компании, я обнаружила, основательно покопавшись, что этих компаний не существует или они обанкротились. Понимаешь, какое-то странное отсутствие бумажного следа. И оно не давало мне покоя. Именно поэтому я и взялась за такой проект. – Она искоса взглянула на меня: – Ты понимаешь, о чем я?