Темный Паладин. Книга 3. Рестарт - Василий Маханенко

– Давай. Сейчас любой бред лучше, чем ничего. А у нас с тобой уже давно «ничего».

Веснин обернулся удостовериться, что рядом никого нет, и протер линзы.

– Это не простой преступник, – слова он подбирал с трудом.

Несмотря на все предосторожности, Арчибальд мгновенно оказался рядом, проявив интерес к разговору. Майор потупился, не ожидая нового слушателя, но я успокоил его и поддержал:

– Майор, прекращай краснеть! В твоем опыте и знаниях никто не сомневается. Сам понимаешь, любая зацепка, даже самая странная, после коллективного «мозгового штурма» может выстрелить.

– Он двуликий… то есть я хотел сказать… этот человек, он вроде и не человек. У него два лица, облика в смысле… – вконец смутился майор.

– Психически больной человек с несколькими независимыми личностями? – подсказал ему Арчибальд.

– Да, – с облегчением выдохнул Веснин. Он обрадовался, что «фээсбэшники» не приняли его за сумасшедшего.

– Почему ты так думаешь? – насел Арчибальд, но на лице майора уже появилось сожаление о собственной болтливости. Толстяк неловко топтался на месте и пожимал плечами, больше не желая сотрудничать. Наставник задал еще несколько вопросов, но слышал в ответ от замкнувшегося Веснина, что так ему подсказала интуиция.

– Сергеич, я заберу Веснина на сегодня? – каторианец повернулся к Ливанову, вышедшему за оградительную ленту. – Нужно отработать с ним одну версию!

«Сергеич» к тому времени уже был готов доверить ушлому каторианцу и Веснина, и самые страшные тайны страны. Без лишних вопросов мы отбыли на генеральской машине, потому как прыгать порталами с иммунным НПС слишком рискованно для его психики. Веснин нам был еще нужен.

В машине Арчибальд приказал водителю двигаться в центр. Майор заволновался и вновь попытался убедить каторианца, что ничего конкретного не знает, и интуиция всему виной. Однако Арчибальд его не слушал, погруженный в свои мысли, он смотрел на дорогу.

Стоило выехать на Садовое кольцо, как наставник дал новое указание водителю – найти приличный кабак. Три пары глаз уставились на каторианца в недоумении. Водитель со знанием дела возразил, что все приличные кабаки к шести утра закрываются. Да и мы с Весниным не настолько были расстроены отсутствием результатов, чтобы пить с утра пораньше. Но каторианца не убедили наши вялые доводы, и он любезно согласился на любое питейное заведение поблизости.

Через пятнадцать минут мы входили в почти пустой стриптиз-бар. Посетителей уже не было, как и работающих девушек. Служба безопасности проверяла помещение перед закрытием, а уставшие официантки убирали последние столики и заканчивали смену. Рассудив, что для его планов столик не нужен, Арчибальд двинулся к барной стойке. Молодой высокий парень НПС встретил нас сонным взглядом и сообщил, что заведение закрывается и он не может нас обслужить. Для убедительности он позвал охрану на случай непонимания с нашей стороны. Каторианец не стал церемониться, наклонился к бармену и что-то ему тихо сказал. Глаза парня стали стеклянными, он махнул охране «отбой», и перед нами появились три рюмки с водкой.

– Пей! – приказал наставник и взял свою рюмку в лапы. Я последовал его примеру, начиная догадываться, чего добивался Арчибальд.

– Я не пью, – сопротивлялся толстяк, но наставник насильно всучил ему стакан. Потом последовал вопрос о наличии важных чувств к Арчибальду в частности и ФСБ в целом.

– Уважение в нашем деле – залог успеха. Правда, майор? – Арчибальд поднял рюмку выше и произнес тост: – За успех расследования!

Веснину ничего не оставалось, как признаться в глубоком и искреннем уважении к названной структуре и начать пить.

Каждый мой бывший соотечественник знал разницу между «пить» и «выпить». «Выпить» у нас можно было часто, но понемногу, в особых случаях для настроения, расслабления, от тяжкого стресса или же от радости. А просто «пить» надо было без повода, от безнадеги или слабости характера, но обязательно много, очень много, до синих чертей на потолке. Наша с Арчибальдом задача состояла в том, чтобы заставить майора пить. Каторианец рассуждал так: раз игровая магия не действовала на майора и насильно допросить его не получилось, в дело нужно пускать магию спиртного. Потому как самая болтливая женщина – это пьяный мужик.

Первым опрокинув в себя без всякой закуски сто грамм, Арчибальд довольно крякнул и наигранно попенял нам с Весниным за нерасторопность. Как и Веснин, я грел рюмку собираясь с духом. Еще с пубертатного периода жизни НПС у меня сложились отвратительные отношения с крепкими напитками. Я был больше по пивку, но сейчас не до капризов. Обжигающая жидкость потекла в горло, оставляя огненный след и даруя тепло всему телу. Мне хватило половины минуты, чтобы почувствовать хмель – с непривычки сто граммов на голодный желудок подействовали, как все триста. На внутреннем интерфейсе зажглось предупреждение, Степана зашатало и заплетающимся языком он предупредил, что скоро нам будет плохо. Послышалось жужжание, комплект Даро оправдал свою уникальность – легкий укол в затылок восстановил ясность разума и нормализовал состояние Степана. Встроенный медицинский анализатор определил мое состояние как алкогольное отравление и произвел чистку. Тепло никуда не делось, даже легкая эйфория присутствовала, но опьянения я уже не чувствовал.

Веснин как-то разом осунулся и, крепко выругавшись, опустошил стакан. Пряча взгляд, он встал со стула, пытаясь спрятать свой стакан в карман, и попросился в туалет. Но Арчибальд не желал выпускать его из поля видимости. Насильно усадив майора обратно, он поставил перед ним новую рюмку и сам разлил по следующей. Процедура распития повторилась. Затем еще раз. Майор больше не сопротивлялся и просто вливал в себя стакан за стаканом, стоило Арчибальду его наполнить. На третьей бутылке в стакан Веснина полилась эльфийская мазь, чтобы майор преждевременного не отключился. Когда Веснин расслабился от спиртного настолько, что забыл о нашем разговоре, Арчибальд впервые с момента застолья заговорил:

– Почему ты думаешь, что убийца двуликий?

– Думаю? – изрядно осоловевший Веснин смерил нас гордым взглядом. Его идиотские очки снова сползли на нос и сильно мешали образу «орла». Пьяной рукой он водрузил их на место и после паузы покровительственно произнес: – Я не думаю! Я знаю!

В этот момент справа распахнулась штора кабинки для приватных танцев, и мимо нас проплыла прекрасная, почти обнаженная богиня. Подмигнув открывшему рот Веснину, она скрылась за дверью с надписью «Служебное помещение», майор грустно посмотрел на меня и жалобно произнес:

– Может, пойдем отсюда?

Вместо ответа снова послышался звук наливающейся водки. Видимо, майор еще не дошел до нужной каторианцу кондиции, раз просил пощады.

– Как ты нашел первое место преступления? – После неудачной попытки Арчибальда разговорить Веснина за дело взялся я. Ко мне майор был настроен более доброжелательно.

– Так что его находить, когда знаешь, где оно будет? – махнул рукой Веснин. Опьянев, он уже не контролировал свое тело и излишне жестикулировал. – Только тс-с! Ни слова начальству!