Разведчик. Заброшенный в 43-й - Юрий Корчевский

У женщины в глазах метнулся страх:

– С чего вы решили, что у меня есть драгоценности?

– Полагаю, что подсвечники – не последнее, что у вас есть. Дам хорошую цену.

Женщина окинула Игоря внимательным взглядом, видимо – он не произвел на нее впечатления солидного покупателя. Голытьба!

Игорь вытянул из кармана рейхсмарки, продемонстрировал их женщине и небрежно вернул в карман:

– Это не оккупационные марки.

На этом же базаре за рейхсмарки можно купить любые продукты – от деревенского сала до муки в мешках, сахара или тушенки. Конечно, можно было просто обменять одно на другое, что некоторые и делали. За золотое обручальное кольцо – полмешка муки. Продукты стоили дорого.

Женщина явно колебалась. Она боялась прогадать и опасалась, что ее элементарно обманут. Игорь мужчина, что ему стоит просто отнять понравившуюся вещь?

– Сами понимаете, такой обмен на базаре невозможен – посторонние глаза, полицаи.

Подозрительные личности по рынку шныряли – это были воры, карманники, полицейские в штатском.

– Скажите адрес, я приду поглядеть.

– Все равно я ничего не продам, идемте. – Женщина собрала вещи в саквояж.

Идти пришлось недалеко. Дом был старый, трехэтажный, дореволюционной постройки, красного кирпича.

В подъезде женщина заколебалась – она опасалась вести незнакомца в квартиру.

– На лестнице тоже опасно, – подтолкнул ее к решению Игорь. – Поверьте, я не грабитель.

Они поднялись на второй этаж, и женщина отомкнула дверь:

– Проходите.

Из соседней с гостиной комнаты вышел, держась за стену, дряхлый старик:

– Мария, у нас гости?

– Папенька, отдыхайте.

Старик вернулся в комнату.

Мария – имя скорее польское, у них Мария Магдалина в чести.

Женщина подошла к столу:

– Вот! – и выложила на стол две золотые вещицы: портсигар массивный, в углу рубин, и золотой перстень, судя по размеру, явно мужской.

Игорь повертел вещи в руках. Тяжелые, золота ушло много, но нет в них изящества, благородства происхождения. Австрияк на такие явно не купится.

– Простите, это все? Я думал увидеть нечто более изысканное.

Золото в квартире явно было.

Женщина обидчиво поджала губы, забрала со стола перстень и портсигар и удалилась.

Вернулась она с золотыми карманными часами.

У Игоря дыхание перехватило, когда он откинул крышку. Заиграла мелодия, вместо цифр на циферблате – маленькие бриллианты. На крышке часов – парящий ангел, на обороте – название известной швейцарской марки.

– Сколько же лет этому чуду?

– Не меньше ста. Еще мой прадед их носил.

– Я беру их. Сколько вы за них хотите?

– Право, я даже не знаю.

Речь дворянки, явно благородных кровей мадам.

Часы стоили дорого, но сколько, Игорь и сам не знал – даже приблизительно, он полагал, что цену назовет продавец. Игорь для вида собирался поторговаться, но купить.

И вдруг раздался голос старика:

– Они стоят не меньше трех тысяч!

Игорь опешил – это годовая зарплата лейтенанта вермахта! Он повернулся к старику:

– Вы о каких деньгах говорите? О какой валюте?

– О рейхсмарках, естественно.

Игорь полагал, что старик глуховатый, подслеповатый и выжил из ума. Однако тот разговаривал вполне трезво.

– Когда я был поручиком австрийской армии, мне именно столько предлагали, – пояснил старик. – Правда, тогда деньги имели совсем другой вес.

– Три тысячи – много! Часы в хорошем состоянии, но они не новые, – попытался поторговаться Игорь.

– Молодой человек, они ни разу не были в ремонте и вас не подведут. А если три тысячи для вас дорого, не берите, – и старик удалился в свою комнату.

«Хм, – подумал Игорь, – он что, при эрцгерцоге служил, еще до Первой мировой войны?»

– Хорошо, вечером ждите. Только я в другой одежде буду.

– Договорились, – кивнула женщина.

Игорь крутился по городу, нырял в проходные дворы, проверяясь, нет ли за ним хвоста. Золото всегда притягивает зло, и за всеми старыми фамильными драгоценностями зачастую тянется кровавый след.

Чисто! Игорь немного волновался – как-то капитан воспримет столь крупную сумму за золотую безделушку? Ему отчитываться за расходы.

Любая разведка мира на работу требует денег, и зачастую немалых. Но если деньги потрачены с умом, то они окупают расходы. Это верно и с военным, и с промышленным, и с политическим шпионажем.

Капитан, услышав сумму, на которую он должен был пойти, на несколько минут потерял дар речи.

– Ты что, корону Российской империи задумал купить?

– Всего-навсего часы.

– Ха! Ты решил, что сможешь удивить австрияка часами?

– Часы старинные, швейцарские.

– За старье такие деньжищи я отдавать не буду.

Ну как объяснить капитану, что с годами антикварные вещи только растут в цене, как коньяк многолетней выдержки?

Игорь уселся напротив него и попытался доходчиво растолковать.

Однако капитан был неумолим:

– В СССР за такие деньги легкий танк построить можно. Как мне начальству объяснить?

– Скажи – деньгами отдал. Столько австрияк за сведения попросил.

– Сведений еще нет, и неизвестно, будут ли. А расходы – вот они…

– А что наша страна потеряет? Бумажки в обмен на золото – выгодная сделка!

– Ладно, уговорил.

Деньги капитан считал долго, время от времени слюнявя палец и перекладывая каждую купюру.

– Держи! – он протянул стопку купюр Игорю. – Когда за часами пойдешь?

– Вечером.

– Немецкую форму надень. Немцы молодых парней в Германию на принудительные работы в трудовые лагеря отправляют, целыми эшелонами. Подозревают молодых – или окруженец, или партизан.

– Понял.

– И без нужды не рискуй.

Около восьми вечера, с началом комендантского часа, Игорь уже стучался в знакомую дверь.

Женщина, когда открыла и увидела немца, в ужасе отшатнулась.

Игорь шагнул за порог и прикрыл за собой дверь.

– Я же предупреждал, что в другой одежде буду…

– Вы полицай? – прошептала женщина и прижала ладошку ко рту.

– Мадам, я не изменник Родины, у полицаев другая форма. Я немец.