Холодные звезды (сборник) - Сергей Лукьяненко

Офицера, только что прибывшего с культурной, большой планеты, от наших служак отличить было легко. Вроде бы и форма та же, и выправку Огарин может продемонстрировать такую же, а то и лучшую. Внешность самая обычная – высокий, темноволосый, скуластый, азиатского типа. У нас таких половина в общине.

И все-таки дух какой-то, атмосфера вокруг него. Вот как вокруг Эн Эйко, когда я ее впервые увидел, мерцало защитное поле, так и вокруг офицера – аура, дыхание огромных штабов, заполненных адмиралами и порученцами, величественных кораблей, плывущих сквозь пространство, резких приказов и героических поступков. Эх, почему мне так не повезло? Почему не ушел в имперские силы?

– Добрый день, граждане. – Офицер в легком поклоне склонил голову. – Лао Тораки, офицер особых поручений при штабе адмирала Лемака.

Конечно, его имя нам ничего не говорило. А вот должность – офицер особых поручений при прославленном Лемаке. Все наши как выдохнули, так и забыли вдохнуть.

– Я буду краток. – Офицер, убедившись, что внимание достигнуто, даже не счел нужным отходить от двери. – Распоряжением адмирала, согласованным с Императором…

Если кто-то и намеревался перевести дух, то снова передумал.

– …звездная система Ново-Китеж объявляется районом чрезвычайного положения. Все граждане старше двенадцати и моложе семидесяти лет объявляются мобилизованными и обязаны подчиняться распоряжениям капитана Огарина. Сбор через час около штаба гарнизона. Вопросы?

По трактиру пронесся легкий шум.

Потом дядя Гриша вышел из-за стойки и пошел к офицеру. С каждым шагом его походка менялась, нет, он не стал чеканить шаг, как на параде, это было бы просто смешно, но все-таки подошел к офицеру уже не мирный пожилой бармен, а старый солдат.

– Старший сержант имперских сил Григорий Кононов. Разрешите обратиться, офицер Тораки?

Офицер качнул бровями и кивнул:

– Обращайтесь, сержант.

– Могу ли я узнать причины чрезвычайного положения?

Лао Тораки ломаться не стал.

– Да, сержант. Это будет полезно всем. В системе Ново-Китеж замечен псилонский боевой корабль.

– Война? – В наступившей тишине голос отца Виталия прозвучал необычайно громко.

После Смутной Войны Псилон почти полностью устранился от контактов с иными расами. Нельзя было сказать, что они потерпели поражение. Нельзя было сказать, что они проиграли. Никто и никогда не считал эту расу слишком уж агрессивной или жестокой. И все-таки, все-таки оставалась в них загадка, которой не было в других цивилизациях. Свирепые булрати, надменные алкарисы, безумные и оттого уже не существующие сакрасы – все наши галактические соседи так или иначе приучились сосуществовать с людьми. Приучились или сгинули.

Псилонцы остались. В закапсулированной, закрытой зоне космоса, погруженные в свои странные научные эксперименты, лишь изредка предлагающие чужим расам какие-то торговые или научные контакты.

Если они вновь решили начать экспансию, никто не знает, с чем они придут в мир. И что смогут противопоставить им силы Тройственного Альянса.

Офицер покачал головой.

– Нет. К счастью – нет. Это корабль времен Смутной Войны.

– А можно спросить – какой корабль? – раздался тонкий голосок Эн Эйко. Лао Тораки посмотрел на нее и на миг потерял невозмутимость.

Понимаю его. Он увидел маленькую хорошенькую девочку в наброшенном поверх купальника халате. Девочка смотрела на него большими любопытными глазами и задавала ненужные вопросы.

– Можете. – Сарказм был почти незаметен. – По классификации Главного Штаба – «Ка-Эс-3».

Ухмылку Огарина я заметил. И тому, что последовало дальше, не удивился.

– «Ка-Эс-3», – задумчиво сказала девочка. – Большой десантный крейсер. В серии было создано восемь кораблей. Пять уничтожено при атаке Терры в конце Войны. Два сожжены булрати при прорыве вблизи Урсы. Вряд ли Псилон возобновил постройку старой модели. Это «Лоредан», офицер? Потерянный крейсер, ушедший на релятивистских скоростях?

Тораки молчал.

– Плохо. – Девочка кивнула. Она не издевалась над офицером, наверное, новость и впрямь была такой серьезной, что Эн не соотносила свои слова и внешность. – Четыре десантных бота, двенадцать истребителей прикрытия, три тяжелых бомбардировщика, сорок десантников и восемь особей экипажа. Очень, очень много. Они не понимают, что происходит, да?