Миры Артёма Каменистого. S-T-I-K-S. Чёрный рейдер - Нелли Видина

– Чернышиха, я тебя вижу!

Стена хорошо прикрывает от пуль и глаз, значит, дар, как я подумала.

– Черны-ши-ха!

Бесит!

Грохнул выстрел. Князь достал пистолет и прицелился. Дальше события закрутились с бешеной скоростью. В проёме мелькнула тень, последовала целая очередь выстрелов. Рядом со мной оказался бородач. Я ухитрилась отвести удар ножом, наши руки соприкоснулись. Хочу его жизнь! Бородач закричал, отбросил меня на пол. Снова выстрелы. Ещё один противник. Князь снял его идеальным попаданием в висок. Враги резко кончились, только бородач продолжал кричать, очумело глядя на чернеющую конечность.

– Интересное умение, – прокомментировал Князь с любопытством энтомолога, обнаружившего неизвестную науке букашку и наблюдающего за процессом. – Так и знал, что ты Лана.

– Лана?

– Поздно притворяться. Все знают, что под ласковыми ручками Чернышихи чернеют. Или ты передумала и теперь предпочитаешь кличку?

Получается, Лана – моё прежнее имя. Сойдёт.

– Теперь я предпочитаю зваться Никтой. Надеюсь, с этим проблем нет?

– Да хоть Афродитой! Лучше скажи, как ты ментат-карту изменила.

Бородач перестал орать, окончательно превратившись в статую.

– Без понятия.

– Да ну?

Основная тайна вскрылась, и мелочи скрывать бессмысленно.

– Предположительно, за счёт полного стирания памяти. Об Улье помню всё, а о себе – ничего. Незадолго до нашей встречи я очнулась на черноте с абсолютной амнезией. Даже сейчас, когда ты назвал меня Ланой, в памяти ничего не всколыхнулось. Понятия не имею, кто я и на что способна.

Нас прервали самым бесцеремонным образом. В Улье шуметь нельзя, это аксиома. Стрельба привлекает заражённых – тоже аксиома. Зачастую в Стиксе выживает не тот, у кого ружьё, а тот, кто умеет обходиться без него. Судя по характерному звуку, к нам, цокая костяными пятками, спешили топтуны. Выглянув в окно, я насчитала двоих. Немного отставал жрач, а в арьергарде тащились бегуны. Запаздывают ребята. Таиться смысла не было. Князь перекинул мне автомат, а сам предпочёл остаться с пистолетом.

Счастье, что мы ещё недалеко от «Чёртиков». Руберов и элиты в окрестностях просто нет, да и простых споровиков мало. Не сомневаюсь, что отобьёмся. Патронов я не жалела, стреляла в головы, и заражённые быстро падали. Князь пристрелил последнего, самого вялого, видать, сильно оголодавшего и ослабшего. Всё, бой окончен.

Надо уходить, но сначала… Я подскочила к статуе бородача и врезала по ней «клювом». Статуя – слишком явная улика, чтобы её оставлять. Всё равно что написать на стене: «Здесь была Чернышиха». Пока я превращала бородача в порошок и маскировала чёрное крошево грязью, Князь наскоро обобрал остальные трупы. Не оставлять же спораны, патроны и фляги с живцом. Убитым заражённым мы тоже уделили внимание. Потрошить расстрелянных мутантов пошли вместе – так безопасней. Князь следил за обстановкой, я вскрывала охотничьим ножом затылочные мешки. Мясницкая работа – дело нехитрое и быстрое. За полторы минуты мы стали богаче на две горошины и шестнадцать виноградин. Очень недурственный результат!

Не задерживаясь больше ни на минуту, мы поспешили покинуть кластер старинных особняков. Снова потянулись штампованные многоэтажки, за ними оказался клинический центр с изрядно заросшей парковой территорией, с которой стыковался хвойный лес.

– Привал! – скомандовал Князь.

Согласна, отдохнуть не помешает. Доводить до усталости ни в коем случае нельзя, силы следует восстанавливать заранее, иначе они, по закону подлости, кончатся в самый неподходящий момент. Мы устроились на улице в небольшой декоративной нише, удачно прикрывавшей нас от чужих взглядов. Клинический центр прилетел довольно давно, и толп заражённых не предвиделось. Я с удовольствием вытянула ноги, достала из рюкзака тульский пряник и нехотя откусила.

– Чего кривишься? – полюбопытствовал Князь, бодро вскрывая консервную банку.

– Я так и не попробовала Машины сырники. Она обещала со сметаной.

– У-у…

Я покосилась на Князя. Сегодня он был хорош: свежий после бани, гладко выбритый, в новой одежде, которую он без сожаления заляпал соусом. Да уж, глаз радовать он будет очень недолго. Я отвернулась, доела пряник и запила водой.

– Ты бывал в этих местах?

– Нет. Раньше я всегда делал крюк, а сейчас мы пойдём напрямую. Время поджимает. Мы же хотим уложиться в четыре недели?

– Лично я – нет. Ты обещал посуточную оплату.

Князь посмотрел на меня чуть расширившимися глазами, качнул головой:

– Ну, ты и…

В ответ я тихо рассмеялась и легко поднялась. Привал окончен, пора идти дальше.