Конг. Остров Черепа. Официальная новеллизация - Тим Леббон

Лодка заскрипела днищем о песок.

– Выберемся, – твердо сказал Конрад.

Однако, выйдя на берег и оказавшись лицом к лицу с толпой вышедших навстречу прибывшим островитян, он начал сомневаться в своей правоте.

* * *

Чепмен остался один. Больше из экипажа сбитого «Си Стэллиона» не выжил никто. Чепмен осмотрел своего второго пилота, но Варзовски был мертв – сломал шею при падении. А бортстрелок, Мюллер, просто исчез. Его пулемет остался висеть на турели, но проем люка был вырван из борта «с мясом». На стенах и потолке пассажирского отделения подсыхали потеки крови.

Вдобавок, глючила рация, и короткий радиообмен с Паккардом вышел, мягко говоря, бессвязным. Чепмен так и не понял, известно ли кому-нибудь, где он находится. Зато он точно знал, что остальные машины тоже сбиты – все до единой. Оценив свои возможности, он решил оставаться у упавшего вертолета – по крайней мере, пока. Здесь хотя бы имелась еда и крыша над головой, а уж оружия на борту хватило бы, чтобы начать новую войну.

Он крайне устал, получил тепловой удар, а раны под наскоро наложенными повязками причиняли мучительную боль. Больше всего беспокоила глубокая рваная рана поперек левого предплечья. Следовало бы наложить швы, а он ограничился тем, что соединил разошедшиеся края раны при помощи медицинского клея.

А еще у него не было воды. Водяные баки пострадали при падении так, что в них не уцелело ни капли, а фляги, которые удалось найти, пилот уже опустошил. Впрочем, в джунглях воды должно быть в изобилии. Настала пора отправляться на поиски.

Всего через четверть часа пути вниз, под уклон, он вышел к синему озерцу – здесь протекавшая по джунглям река расширялась, заполняя дно небольшой чашеобразной долины, угнездившейся между трех гор. Чепмен обессиленно опустился на землю у самого берега, в тени, отбрасываемой крупным валуном. Оставалось только надеяться и молить бога, чтобы вода оказалась пресной, а не соленой морской.

Ползком преодолев полосу прибрежного ила, он дотянулся до воды, зачерпнул горсть, поднес к губам, сделал глоток… Чистая пресная вода! Облегченно вздохнув, он зачерпнул еще пригоршню…

Земля содрогнулась от тяжкого удара, больно отдавшегося в локтях и коленях. По воде пробежала рябь. Расплескав воду, Чепмен замер и затаил дух.

«Что за чер…»

Еще удар, ближе – и сверху упала тень, полностью, словно при затмении, заслонившая солнце. Поверхность озерца вновь подернулась рябью, а когда рябь улеглась, Чепмен увидел, кто возвышается за его спиной, точно гора.

«Та самая тварь!»

Сердце на миг замерло и пустилось вразнос. Земля вновь вздрогнула. Чуть повернув голову, он увидел гигантскую гориллу, опустившуюся на колени у берега озера меньше, чем в сотне футов от него.

«Увидит, узнает, сожрет и…»

Чепмен сделал медленный глубокий вдох, стараясь взять себя в руки. Зверь еще не видел его. Огромный валун, возле которого сидел человек, загораживал его почти целиком. Значит, шанс еще есть. Только не двигаться и не шуметь…

Зачерпнув со дна озерца огромную пригоршню ила пополам с водой, горилла приложила ил к огромной рваной ране на предплечье. Чепмен застыл от изумления и взглянул на собственное предплечье – на рану, не дававшую ему покоя. Он был глубоко потрясен.

«Это же мы его так», – подумал он, в первый раз с момента прилета увидев в этом звере не чудовище, не врага, а нечто иное.

Горилла замерла и вдруг взглянула прямо на него. Взгляд ее изменился. Сморщившись, она громко потянула носом воздух, протянула вперед вымазанную илом руку, направилась к Чепмену, потянулась через его валун…

…и резко погрузила руку в озеро по самый локоть.

Поднятая волна окатила берег. Воспользовавшись представившимся случаем, Чепмен подался назад и вжался в камень в отчаянной надежде, что валун может послужить ему защитой.

А зверь уже тащил из озера огромное щупальце, крепко сжав его в кулаке. Щупальце извивалось, его присоски пульсировали, сжимаясь и разжимаясь на открытом воздухе. Вода всколыхнулась – и новые щупальца выхлестнули из глубины наружу, оплетая предплечье гориллы. Тогда она поднялась во весь рост и изо всех сил потянула противника к себе.

Из воды показался кальмар – воистину гигантский; куда больше, чем Чепнему когда-либо приходилось видеть. Да что там, он и не слышал о таких! От кончиков щупальцев до кончика хвоста в нем насчитывалось, вероятно, футов восемьдесят. Сила кальмара оказалась под стать размерам. Несколько его щупальцев цеплялись за что-то в глубине озера, а горилла, пыхтя, тянула остальные к себе, стараясь вытащить врага из воды. Бурлящая вода потемнела – кальмар выпустил струю густо-черных чернил. Их брызги достигли берега и окатили Чепмена с ног до головы. Вонючая вязкая жидкость, облепившая одежду, оказалась тяжелой, будто деготь.

Одно из щупальцев хлестнуло по валуну, за которым прятался Чепмен. Даже самый его кончик оказался толщиной с предплечье вертолетчика. Этот-то кончик и опустился ему прямо на ноги. От резкой боли Чепмен вскрикнул, но его голос совершенно потерялся в шуме битвы двух исполинов, вскоре сменившемся тошнотворным хрустом. Рискнув выглянуть из-за валуна, Чепмен увидел, как горилла вгрызается в голову кальмара. Кожа моллюска лопнула, и голова его взорвалась, обдав все вокруг омерзительной слизью, обрызгавшей шкуру гориллы и растекшейся по поверхности озера толстой пленкой.

Съежившись за валуном, Чепмен ждал, когда же все это кончится. Тихонько постанывая, он вслушивался в чавканье гигантских челюстей. Кончик щупальца, упавший ему на ноги, обмяк, а потом вдруг резко отдернулся и исчез. Обед огромной гориллы шел к концу.

Чепмен посидел за камнем еще немного, прислушиваясь к чавканью и причмокиванию, эхом разносившемуся над озером. Кровь и чернила моллюска расплылись по поверхности воды, словно разлитая нефть. Вскоре вокруг вновь воцарился мир и покой. Летчик снова рискнул высунуться из-за валуна. Там, за валуном, не оказалось никого: и кальмар и горилла исчезли без следа, как будто их здесь и не было.

– Вот дерьмо-то, – пробормотал Чепмен. – Вот дерьмо…

Ему уже не хотелось ничего – только бы вернуться к разбившемуся «Си Стэллиону».