Мороз - Кирилл Артюгин

– Тихо-тихо, – Аркус выставил ладони, пытаясь успокоить Толимана. – Посмотри лучше по сторонам. Мы не можем сказать им "ребята, поверхности не будет". Чувствуешь их взгляды и надежду? Если не мы, то кто?

Чем дольше Аркус говорил, тем мрачнее становился Толиман:

– Я чувствую скорый провал! – первый раз после Нью-Дзина он выглядел таким разъяренным. – Ты такой же, как и все, отупевший от технологий. Ничего, глупый мальчик, тебя заставят повзрослеть.

– Прекрати фамильярничать и просто радуйся с нами! Не хочешь – вон выход.

Не говоря ни слова больше, Толиман пошел туда, куда ему указали.

Настроение испорчено, Аркус нехотя возвращался к сцене. Еще и слова Улана не давали покоя: "Но куда нашей Виктории столько народу? Подумайте на досуге". Мелькнула мысль, что Толиман хотел не нагадить перед выступлением, а предупредить.

"И что он там высматривал? – Аркус поднялся на носках, всматриваясь в народ перед сценой, и заметил их. Сердце заколотилось, а перед глазами поплыло. – Может, у меня паранойя? Точно! Наслушался Улана и вижу теперь всякое! – их гражданская одежда обманывала зрение, но серьезный взгляд и умение ориентироваться в толпе выдавали безопасников. В компаниях и одиночками они рыскали вокруг сцены. – Опять ищут меня!"

– Быстрее, скоро начало! – торопил Кирилл.

– Как всегда, дольше всех красился, – прогоготала Катерина, кивая на загримированные щеки Аркуса.

– Да, Катя, дольше всех, – обескураженный, Аркус нарушил свое же правило игнорировать колкости заместителя. – О, Влада! Как чувствуешь себя?

– Спасибо, все отлично. Со следующего месяца Кира назначила меня на полставки. А я же еще работать и работать могу! Времени много, – Влада огладила округлившийся животик.

– Бывает, – Аркус не слушал и ответил невпопад. Рука сжимала в нагрудном кармане уже помятую фотографию с триумфальным кадром прошлого выступления. – Мы же в последний раз так собираемся…

Щеки коснулись мягкие теплые губы:

– Расслабься уже, мы поддержим тебя, – нежный взгляд Дары успокаивал нервы не хуже фотографии.

– Опять выискиваю угрозу в толпе. Сейчас мне показалось, что безопасники ходят за оцеплением и смотрят на меня.

– Не ищи невидимых врагов, тебе все кажется, – утешала Дара.

– А вот и нет, – вступился Кирилл. – Вообще-то на каждом большом мероприятии безопасники переодеваются в гражданское, чтобы не мозолить остальным глаза. Они следят не за тобой, а за остальными и, если что, именно они кинуться защищать тебя.

От ощущения собственной глупости запылали щеки, но грим скрыл румянец.

– Пожалуйста, приготовьтесь! Тридцать секунд, – вежливо предупредил парнишка "худрук", нагрубивший Аркусу в самую первую встречу.

Свет начал гаснуть. В полутьме на сцену поднялся Аркус за ним Дара, после Кирилл, подавший руку Владе, а за ней Катя.

– Удачи, друзья! – Аркус поднял кулак.

Запах молодых дубов на сцене чувствовался особенно сильно. За два месяца деревья еще подросли на остаточном излучении, полностью нейтрализовать которое так и не получилось. Однажды попав в тело, оно навсегда изменяет его, – Аркус провел рукой по седым волосам:

– Будь что будет.

Прожекторы вспыхнули, заливая сцену белым светом. И тысячи взглядов замерли в ожидании. Аркус по привычке вцепился в кафедру руками, пряча за ней смятение и неуверенность. Позади любимая девушка и самые близкие, без кого он бы ни за что не добрался сюда в одиночку. В груди трепетало сладкое предчувствие перемен к лучшему. Сбоку от сцены худрук подавал знак – нанофон включен.

"Вот оно счастье", – волнительное неуловимое чувство накрыло так сильно, что на глазах чуть не выступили слезы. К черту чтение по бумажке! Он скажет о самом важном:

– Здравствуйте, так много изменилось с нашей последней встречи. Нью-Дзин, потеря Яна, суета с пустующей должностью. Но ничего не произошло напрасно, ведь благодаря этому мы встретились сегодня. Хочу сказать, что мы держим обещания! – Аркус выждал паузу. – Вокруг Иркутска уже развернут теплый купол диаметром десять километров. На самом краю периметра мы построили временную базу, от которой с завтрашнего дня будем прокладывать теплый коридор к Городам-Близнецам и Баотоу. Да, у нас будет постоянная связь с ними! – Аркус замолчал, дав народу высказаться: аплодисменты накрыли его с головой. – С помощью ультраслабого излучения мы смогли влиять на бактерии и микроорганизмы с помощью излучения Жидкова. Через месяц плодородный слой почвы станет достаточно глубоким для высадки лесов, но о деталях нашего успеха вам расскажут мои коллеги. Сейчас я должен признаться, что соврал, когда обещал жизнь на поверхности к следующему Дню Смены Ветров, – он провел глазами по толпе, но Толимана не нашел. – Соврал, потому что уже завтра команда Биофизической лаборатории переезжает жить во временную базу на поверхности! – Зал буквально взорвался выкриками. Скоро тысячи голосов слились в одно раскатистое:

– Аркус! Аркус!

Тут уж и кафедра перестала спасать: столько благодарности за простые слова, что стыдно стало:

– Спасибо, мы еще не закончили, – но колонки промолчали, и его голос затерялся среди остальных. Аркус стукнул пальцем нанофон на шее – тишина. Худрук развел руками – у него все в порядке. Народ сдержанно засмеялся, но когда свет разом погас, наступило абсолютное молчание. Скоро люди настороженно зашептались:

– Что происходит?

– Опять свет отрубило?

– В Нью-Дзине так же начиналось! – выкрикнули слева от сцены.

– Так все и было! – согласился голос по центру, и волна ропота разошлась по Залу. Аркус почувствовал, что тонет. Сначала у Кирилла, затем у Влады и остальных на сцене засветились медиабраслеты. Аркусу последнему пришло сообщение, но прочитать он не успел.

В воздухе над дубами появились четыре белых экрана с обратным отсчетом.

10.

9.

8.

– Что за шутки?! – заорал женский голос из толпы. – У меня ребенок боится!

Те, кто был ближе к выходу, ломанулись из Зала.

5.

– Никита! – позвал Аркус. – Идите сюда.

3.

Он вздрогнул, когда над ухом раздалось:

– Звали, Управляющий? – темнота сделала из телохранителей в черной форме настоящих невидимок.

– Ждите.

1.

0.

Белое полотно экранов сменила видеозапись не очень хорошего качества, будто снимали тайно, запихав камеру в карман:

"Виктория сидела, подперев подбородок кулаком. – Аркус узнал роскошное кожаное кресло еще до того, как в кадр попала Кира.

– Если ты соврал, пеняй на себя. Киру снимай, не меня! – буркнула Вика.