Десятая планета. Приносящий радость - Давид Пекарский

Массивный директорский стол с таким же массивным кожаным креслом, двумя стульями для посетителей и огромным книжным шкафом были изготовлены мастерами-краснодеревщиками из того же редкого дерева, что и полы, и располагались у стены напротив двери, слева от камина.

Кроме камина, отделанного дорогим полированным камнем зеленого цвета, похожим на малахит, к украшениям кабинета можно было отнести подобранную со вкусом картину, выполненную маслом, изображающую какой-то скандинавский город восемнадцатого века, которая висела слева на стене, и коллекцию оружия – справа. В коллекции был римский меч-гладиус со щитом и арбалет с колчаном и стрелами. Оружие было настоящим. Вернее, это были современные действующие копии древних орудий убийств. Ими можно было и зарубить, и застрелить, и прикрыться.

Напротив камина, прямо посреди кабинета, стоял огромный кожаный диван абрикосового цвета с подлокотниками из цельного куска дерева. На левом подлокотнике были хорошо видны вмятины от ударов твердым предметом. Только эбеновое дерево могло с таким достоинством противостоять ударам бронзовой фигурки, нанесенным ребенком в процессе познания окружающего мира. Этим ребенком был тогда еще малолетний сын Кленова. Как ни странно, оранжевый диван и зеленый камин не диссонировали цветами, а прекрасно уживались: теплый цвет холодной кожи дивана и холодный цвет теплого камина. Рядом стояла тумбочка из того же черного эбенового дерева, украшенная витиеватой резьбой, выполненная в том же стиле, что и письменный стол и стулья. На тумбочке стояла именно та массивная статуэтка, которой и воспользовался в те далекие времена любознательный мальчик. Статуэтка представляла собой бронзовую фигурку воина, который стоял с факелом в левой руке, копьем в правой руке и крылышками за спиной. Вернее, у воина были не крылышки, а полноценные крылья, большие и сильные. Смотря на этого бронзового кудрявого юношу, можно было легко поверить: стоит ему только взмахнуть своими могучими крыльями – и он действительно полетит, следуя простым земным аэродинамическим законам. Хотя не все было у воина так превосходно. Его правая рука, держащая факел, была сильно изогнута. Вероятно, именно ею отпрыск Кленова лупил по подлокотнику дивана.

Хозяин кабинета сидел за столом. Это был мужчина лет шестидесяти пяти. Одет он был в белую рубашку с расстегнутым воротом. Мышцы рук, лежащих на столе, полностью заполнили узкие рукава рубашки и рельефно проступали, натягивая шелковый материал одежды. Седые волосы зачесаны назад. Загар с красноватым оттенком, несомненно, был приобретен на южных курортах.

Кленов был успешным бизнесменом, имел множество предприятий по всей России и центральный офис в Москве. Он рано сколотил себе капитал и достиг такого уровня предпринимательской деятельности, который позволял управлять предприятиями, не выходя из дома, лишь изредка выезжая на места и в центральный офис. Однако его успехи никак не повлияли на его жизненные принципы: всегда добиваться во всем максимума. Поэтому частенько он просиживал с документами большую часть суток, лишь изредка покидая кабинет, чтобы поесть и размяться.

Вдруг кто-то постучал два раза и, не дожидаясь ответа, приоткрыл дверь. Показалась голова мужчины с большой лысиной, обрамленной островками некогда роскошной шевелюры, располагавшимися сбоку над ушами и на затылке.

– А… Малдер, заходи. Я сегодня просматривал финансовые отчеты и обнаружил там двенадцать незапланированных миллионов прибыли, – сказал Кленов голове, не дожидаясь, пока покажется все туловище.

– Наверное, опять где-то в сметах просчитался, – ответил вошедший.

Это был сухощавый мужчина, которому на вид было от тридцати до пятидесяти лет. Такую неопределенность в возрасте создавала его фигура, сгорбленная, но не рыхлая. Малдер был помощником Кленова, его доверенным лицом.

– С такими просчетами тебе скоро придется поднимать зарплату. А что это за счет лежит у меня на столе без твоей визы? – спросил Кленов.

– Это счет на щебень для ремонта дороги между прудами в нашей деревне.

– Ну и что? Я же распорядился закрепить щебнем дамбу.

– Да, но вы и так уже очень много сделали для деревни. Деревообрабатывающий цех и завод по производству кровельных материалов стали деревнеобразующими предприятиями. Половина из местного работоспособного населения работает у нас. Крестьяне скоро будут шапки снимать, увидев ваш «хаммер». А люди из соседних деревень попросятся к вам в крепостные, – сказал Малдер.

– Ну и что здесь плохого? – удивился Кленов.

– Это низкорентабельные вложения, и я не вижу в них особого смысла.

– Ты много чего не видишь. Я собираюсь стать депутатом районного собрания, – самодовольно произнес хозяин.

– Да, это многое меняет.

– Выходит, что ты не глупый, а просто малоинформированный, – сказал Кленов, сам же громко засмеялся над своим удачным выводом, а потом добавил веселым тоном: – Как твоя жена Скалли? Вы продолжаете посещать собрания магов и чародеев?

– Семинары экстрасенсов, – поправил Малдер.

– Наверное. У вас есть успехи?

– Я туда хожу редко из-за своей занятости, а жена посещает регулярно. На днях ей открыли чакры для связи с космосом.

– Ну и что? Как связь? – поинтересовался Кленов.

– Плохая.

– А что так?

– Ее чакры сразу же забились всяким «космическим мусором», лучше бы их не открывали! – посетовал Малдер.

– Что ты имеешь в виду?

– Сейчас она очень озабочена моим будущим.

– А что у тебя с будущим?

– Она попыталась предсказать будущее по фотографии. Мое будущее оказалось мутным и непонятным.

– А у других?

– Кстати, на фотографии, которой она воспользовалась, были и вы. Помните, когда нас вместе снимали в Париже у Эйфелевой башни? – сказал Малдер.

– И какое будущее у Эйфелевой башни?

– У башни не знаю, а вам она предсказала в ближайшем будущем возможность обрести тайную власть или богатство.

– Какую власть? – удивился Кленов.

– Не знаю. Еще она сказала, что поспособствует вам в этом мужчина, с которым вас роднит дерево.

– Какой мужчина? Какое дерево?

– Позвать ее? Сами расспросите.

– Не хватало еще мне поверить в эти бредни. Поменьше нужно смотреть всякую чушь по телевизору и ходить по собраниям всякой нечисти, – сделал вывод Кленов.

Он встал из за стола, прошелся по кабинету и подумал: «Мужчина, с которым меня роднит дерево, это же мой сын. Дерево это, естественно, генеалогическое. Ребус простой. Только какое отношение к тайной власти или богатству имеет мой сын? Чушь какая-то».

– А чем занимается мой сын? – спросил Кленов, как бы перейдя на другую тему.

– Как всегда, днем до двух в институте, а затем ночью до двух за компьютером. Играет в компьютерные игрушки, – ответил Малдер.