Сезон огненных дождей - Олег Шовкуненко

До сих пор корсиканке никогда не приходилось примерять боевой протонный шлем, но как это делали «головорезы», она видела много раз. Все проще простого. Шлем очень напоминал мотоциклетный, только помощнее и с выступающими угловатыми накладками. Надеть на голову, захлопнуть эластичную шторку под нижней челюстью и нажать кнопку где-то за правым ухом. К защитному костюму присоединять не нужно. У Луизы просто нет защитного костюма. Все подготовительные операции молодая воительница продела быстро и ловко. Набирая обороты, шлем взвыл, как мощная электропила, а затем, словно испугавшись своего чрезмерного рвения, резко понизил голос до легкого деловитого гудения. Тихо-тихо. Складывалось впечатление, что микроскопическая корова забралась в ухо и без устали протяжно мычит. Но звук не раздражал, к нему легко привыкаешь. Через десяток секунд Луиза полностью перестала его замечать, тем более что ей теперь было чем заняться.

После бесконечной темноты девушка вдруг обрела стопроцентное зрение, и это зрение в ту же секунду бросило ее на самое дно обширной глубокой пещеры. Задрав голову, Луиза смотрела на бесчисленные каменные трубы, сталагмитами уходящие вертикально вверх. В некоторых из них виднелся свет. Казалось, что земляне очутились внутри исполинского органа. Пока он спит, он во власти мрака и тишины, но стоит сделать лишь одно неверное движение, кашлянуть или вскрикнуть, и огромный музыкальный инструмент проснется. Зазвучит величественная чарующая музыка. Именно чарующая. Луиза любила слушать орган. Вспоминая его звуки, она подумала, что и в церковь ходила, скорее всего, для того чтобы еще и еще раз окунуться в мир возвышенных и завораживающих звуков. Однако, как ни прискорбно, но вместо мелодии ее оглушил скрипучий голос Георга Шредара:

– Дырки. Кругом одни дырки. Мы как мыши в сыре. – Баварец покрутил головой по сторонам. – Из одной приехали, а вот в какую соваться дальше, непонятно.

– Заткнись, Георг. И больше ни слова о жратве. – Желудок Микульского издал протяжный стон.

– С теми туннелями, в которых проложены монорельсы, вроде бы загадки нет. – Грабовский хотя и отдал свой шлем Луизе, но все же до этого успел достаточно детально изучить обстановку. Зрение разведчику сейчас заменяла его знаменитая фотографическая память. – Эти пути ведут к другим станциям. Из них мы выберем именно тот, направление которого совпадает с направлением на нашу главную цель – лагерь.

– Все верно, – Строгов согласно кивнул. – Но двигаться дальше мы пока не можем. Плазмотрон должен остыть. Так что предлагаю с пользой провести время и осмотреть это прелюбопытнейшее место.

«Головорезы», как по команде, вновь принялись оглядываться по сторонам. Естественно, что наибольший интерес у всех вызвали огромные багровые, словно забрызганные кровью колодцы, уходящие вертикально вверх.

– Как же туда взобраться? – Луиза лишь подумала вслух, а невероятно услужливая система сбора оперативной информации уже сигналила в самом уголке лицевого бронестекла: «Высота подъема сто семнадцать метров».

– Тут точно монстры какие-то жили, – Марк с досадой махнул рукой. – Многорукие прилипалы, которые лазят по стенам. Короче, родные братья одного нашего хорошо знакомого инженера первой лиги.

– Ну нет, тут даже Нагира спасовал бы, – Микульский тоже вспомнил многорукого мутанта с Агавы. – Камень пыльный, крохкий и шершавый. Слизь на пальцах у харририанина уже через десять метров подъема стала бы грязной и перестала держать. – Ян посветил в одну из широких труб, задумался, а затем процедил сквозь зубы: – Черт, чтобы здесь подняться, пожалуй, нужны крылья.

– Крылья, говоришь? – Луиза заметила, как долгий сосредоточенный взгляд Николая замер на поляке.

Задумчивым Строгов оставался лишь несколько секунд. Затем его глаза ожили, как происходит с человеком, который только что разгадал запутанную головоломку.

– Марк, как там у тебя с линеметом? – Неожиданный вопрос Великого Мастера доказал девушке, что она не так уж и далека от истины.

– Не пользовался с тех самых пор, как мы перетряхнули UG-18 на Агаве. Но бобина там стоит новая, это точно. – В голосе Марка слышалась неуверенность. Он вроде бы и понимал, что для подъема обычно используют веревку, но, с другой стороны, никак не мог сообразить, как эту самую веревку Николай собирается зашвырнуть аж на сто метров вертикально вверх.

– Не сто, а сто семнадцать, – Мастер сделал несколько шагов и встал под одну из каменных труб, в конце которой ярко сиял дневной свет. Поглядев вверх, он словно оценил объем предстоящих работ, после чего когтистым пальцем поманил к себе Луизу.

– Я… Меня?.. – Как бы не веря, что Николай обращается именно к ней, девушка поглядела сперва на стоящего рядом Грабовского, а затем на расположившегося чуть позади Шредера.

– Да-да. Именно ты. Кто же еще, если не ты?

Николай произнес это так серьезно, что у Луизы отпали всякие сомнения. Сейчас от нее потребуют чуда. Растерянная и ошарашенная корсиканка неуверенной походкой двинулась к своему возлюбленному.

– И ты, Марк, тоже подойди. – Строгов махнул другу рукой. – Кстати, фонарь захвати. Мне-то все равно, а вот вам, должно быть, темновато.

Как только Луиза остановилась рядом с Великим Мастером, тот мигом отключил ее боевой шлем и ловко стянул его с девичьей головы.

– Так нам обоим будет удобней, – объяснил он и, словно баскетбольный мяч, тут же отправил протонный прибор в руки приближающегося Грабовского. – Подключайся. Разблокируй бобину и надень на конец линя «кошку» с контактно-взрывным заглубителем.

Пока Марк колдовал со своим микрослитом, Строгов взял Луизу за плечи и пристально посмотрел ей в глаза.

– Ты должна забросить «кошку» наверх.

– Но как я смогу? Высоко ведь.

Луиза хотела сказать, что выше балкона на втором этаже их старенького дома она в жизни ничего и никуда не закидывала, но Николай ничего не хотел слушать.

– Можешь. Точно так же, как смогла ударить по тому охотнику.

Взгляд Мастера излучал такую силу и уверенность, что Луиза вдруг впервые в жизни подумала: «А почему бы и нет?» Подумала и испугалась. Сумеет ли она?

– Я помогу, – Николай какой-то неведомой силой принялся подпитывать решимость девушки. – Я специально выжидал во время схватки с охотником. Я хотел почувствовать и понять твою силу.

– Ну, и как это делается? – Корсиканка слегка разозлилась. Она ведь так испугалась тогда, а оказывается, это все был просто цирк, очередной эксперимент, в котором она опять оказалась в роли подопытного кролика.

– Кое-что стало понятно, – Строгов оставил без внимания гнев подруги. – Сейчас попробуем выяснить, хватит ли этого для того, чтобы ты помогла всем нам.

Еще не закончив говорить, Великий Мастер протянул руку и вынул из заплечного ранца Грабовского небольшой, диаметром всего каких-то три-четыре сантиметра, шарик. За ним, как за магическим клубком, тянулась тонкая стальная нить.