Чужой. Море печали - Джеймс А. Мур

«Береженого бог бережет».

Дело было не в том, что Коннорсу очень хотелось прожить как можно дольше и разбогатеть. Ему в этом раскладе не нравилось решительно все. Родригес был парень суровый, никому не позволял с собой шутить и знал как себя вести в бою. Если нечто прикончило Родригеса, значит, это нечто было по-настоящему опасным. Возможно, оно где-то рядом и ищет новую жертву.

Внезапно Юргенс крутанулся всем телом и стал всматриваться в ту сторону, откуда они пришли, шаря во мгле лучом фонаря.

– Кто-нибудь видел это? – спросил он.

– Видел что? – Коннорс резко обернулся и тоже стал глядеть в темноту.

Ничего.

– Луч сфокусируй, Брент. А то от него только больше теней появляется.

Юргенс ничего не ответил, но луч его фонаря перестал дергаться и медленно заскользил по поверхности корабля.

Коннорс последовал его примеру, направляя свет в разные стороны. Потом замер.

– Тихо всем, – сказал он, подняв руку.

Какое-то существо, еще довольно далеко от отряда, стало медленно направляться в их сторону. Оно было темным, и то, как оно двигалось, вызывало тревогу. У существа было четыре конечности, возможно, лапы, а над спиной торчали какие-то выступы, которые раскачивались в такт каждому шагу. Вытянутая голова твари словно принадлежала другому, более крупному телу, а хвост, почти такой же длины, как и тело, заканчивался ужасным шипом.

– Что за черт? – сказал Коннорс громче, чем собирался, и проверил предохранитель на рельсовом ружье. Эта штука здорово шумела, когда из нее стреляли, но зато все, во что она попадала, чертовски хорошо понимало, что пришло время умирать.

– Я тоже это вижу, – высоким голосом произнес Юргенс.

– И я, – сказал Блейк, стараясь говорить тихо. – Что это такое?

Оно выглядело так, как будто было сделано из той же самой черной блестящей субстанции, что и шероховатые туннели, извивавшиеся над ними и уходившие в дальнюю стену. Даже с такого расстояния можно было разглядеть под верхней частью панциря внутренности этой твари. Прежде чем Коннорс смог отреагировать, она бросилась вперед, зашипев, как пробитый паропровод.

Грофф открыл огонь, и три очереди из индукционного ружья пробили траншеи в грязном камне. Четвертая попала в ногу приближавшейся твари и оторвала конечность напрочь.

Шипение перешло в резкий визг, существо споткнулось и тяжело упало на землю. Из громадной дыры, образовавшейся на том месте, где еще мгновение назад была нога, хлынула кровь. Грунт вокруг начал тлеть и дымиться.

«Они могут выделять жидкость, ядовитую или едкую, или то и другое вместе».

Продолжая визжать, тварь бросилась на Гроффа. Наемник попятился и выпустил еще одну очередь. Он действовал быстро и четко – тварь сделала еще несколько рывков в его сторону, а потом свалилась на землю, вздрогнула и… пожалуйста, Господи… сдохла.

Коннорс схватил переговорное устройство.

– Мэннинг! У нас здесь что-то есть. Кажется, мы его убили, но пока непонятно, – его голос дрогнул. Ему очень хотелось, чтобы это было волнение, но это был страх. В этом существе ужасало все. Как оно двигалось, как выглядело, даже то, как оно умирало.

Мэннинг не отвечал. Коннорс нахмурился.

Юргенс показал пальцем на шлем, потом на Коннорса.

– Связь сдохла. То, что течет из этой твари, попало тебе на шлем.

Коннорс сдернул шлем с головы и осмотрел повреждения. Всего-то несколько капель жидкости, которую в этом кошмаре они приняли за кровь, но этого хватило: передатчик выгорел, а в прочной оболочке шлема была прожжена приличная дыра. Он перевернул его и понял, что едкая жидкость продолжает его разъедать. Фтористый водород – так вроде это называлось в том чертовом секретном файле. Он подумал, что нужно было бы скачать информацию и взять с собой. И еще подумал, что читать нужно было внимательней.

Если бы Юргенс не ткнул пальцем в повреждение, это дерьмо легко могло попасть ему на череп. Прежде чем он смог поблагодарить, заговорил Грофф.

– Эй, пошевеливайтесь! – проворчал он. – У нас гости, – и прицелился из импульсного ружья. Плазменное ружье Хансакера заныло чуть громче, когда тот снял его с предохранителя.

Темнота ожила. Наверное, только так это можно было выразить словами. Густые тени вдалеке задвигались, забурлили и прямо на глазах у Коннорса распались на более мелкие части. Он попытался пересчитать их, но те передвигались слишком быстро и их было слишком много.

Хансакер тщательно прицелился и выстрелил. Из его оружия вырвалась вспышка света, осветив все в округе. Это был сгусток плазмы, такой горячей, что можно было поджечь воздух. Они вздрогнули, когда раскаленный шар достиг цели. Тварь была быстрой и почти увернулась, но в случае с плазмой «почти» не работало.

У твари даже было время прошипеть что-то, прежде чем половина ее головы расплавилась. Существо было мертво еще до того, как ударилось о землю, при этом рану прижгло, и на этот раз никакая едкая дрянь не пролилась.

Но там, откуда пришла эта мразь, их было еще больше. Хансакер улыбнулся и выстрелил снова, вспышка почти ослепила их. Но на этот раз он промахнулся. Его цель пригнулась, припала к земле, как паук на длинных ножках, и бросилась вперед. Крошечный сгусток плазмы ударил в борт корабля и вспыхнул, оплавив древнюю поверхность и оставив после себя дымящийся кратер.

А затем эта дрянь прыгнула, двигаясь с наводящим жуть проворством, изогнув туловище так, чтобы оттолкнуться от днища корабля и метнуться в сторону Хансакера, который в это время пытался взять ее на мушку. Дуло ружья уткнулось в Коннорса, которому пришлось броситься на землю, чтобы не попасть под выстрел.

Наемник попытался направить ствол в нужную сторону, но свалившаяся на него тварь схватила его за руку, прижимая ее к земле, и мощные когти на концах кошмарных пальцев с необыкновенной легкостью прошли сквозь ткани, мышцы и кости.

Хансакер завопил и пнул тварь, но она даже не заметила удара. Оружие выпало из его рук. Он еще раз ударил ногой, и чудовище, качнувшись, отступило назад. Наемник, перекатившись, вскочил на ноги со всей возможной скоростью. Существо резко крутанулось, его зазубренный хвост ударил Хансакера в грудь, да так сильно, что сбил его с ног и он, отлетев, ударился о борт корабля.

Его внимание отвлекли вопли товарищей. Хансакер мгновенно понял, что они облажались, и все кончено. Все. Ходячий кошмар приближался, и их было очень много. По коже пробежали мурашки, и пульс зашкалило.

Грофф, удерживая занимаемую позицию, вел прицельный огонь. Срезал одного, второго, третьего, а потом оставшиеся добрались до места его расположения, набросились на жертву, как насекомые, и наемник закричал.

– Их слишком много! Слишком много! – завопил Коннорс. – Отступаем!

Хансакер был выведен из строя. Из его разодранной руки хлестала кровь, и тварь, напавшая на него, тащила его за собой по земле, прочь от остальных бойцов.