Бретер на вес золота - Дмитрий Евдокимов

Пробившийся сквозь пыльное стекло солнечный луч упал на мое лицо. Сонный мозг вяло подсказал, что если уж солнце добралось до моей постели, то, стало быть, наступил полдень. Чертыхнувшись, я откинул одеяло и принял сидячее положение, оставив, однако, глаза закрытыми. Ощупал шишку на голове – она уменьшилась в размерах, хотя даже прикасаться к ней было еще больно. А вот вчерашние раны лишь слегка зудели – спасибо доктору Каспару, примчавшемуся в «Серебряный олень» по первому зову среди ночи и обработавшему наши с амазонкой раны.

Ах да! Флоримель д’Астра! Свободных номеров в гостинице не оказалось, как, впрочем, и весь последний месяц, и я уступил ей свою постель. Не селить же наследницу одного из герцогских домов Аллории в комнатах прислуги. По этой причине сам я спал на лавке, стоящей у стола. А раз солнечные лучи добрались лишь до лавки, следовательно, сейчас не полдень, а максимум половина десятого утра. Первая утренняя смена давно уже приступила к патрулированию улицы, Бартез сегодня за старшего, а Ван Гален с молодым Альваресом дежурят в трактире. Служба идет своим чередом вне зависимости от состояния здоровья начальника, значит, все в порядке. В крайнем случае, есть еще эльф, который может решить все проблемы, кроме самых глобальных.

Успокоив себя подобными размышлениями, я решил прилечь еще на часок и уже стал, по-прежнему не открывая глаз, натягивать на себя одеяло. Но тут откуда-то от двери раздался сдавленный смешок. Еще до того, как приоткрыть правый глаз, я уже знал, что чертов эльф все это время сидел здесь и наблюдал за мной.

– Ничего смешного не наблюдаю, – буркнул я недовольно.

– Это потому, что ты не видишь себя со стороны! – откликнулся Арчер, перемещаясь от двери к столу.

Расположившись напротив меня, он сдернул салфетку с одного из двух стоящих на столе подносов. Моему взору открылся весьма основательный завтрак.

– Возможно, ты хотел бы позавтракать в обществе прекрасной амазонки, – эльф саркастически кивнул на отделенную занавеской часть моей комнаты, где пришлось расположиться Фло, – но все приятное в этой жизни придется отложить на потом. Если только, – тут он опять усмехнулся, но на этот раз усмешка вышла совсем невеселой, – если только это «потом» у нас будет.

– Арчер! – процедил я сквозь зубы, стараясь не говорить громко, дабы не разбудить виконтессу. – Я убью тебя, если ты накаркаешь нам еще какую-нибудь беду!

– О! – воскликнул он в притворном возмущении и гордо вскинул голову, тем самым красиво отбрасывая назад копну светлых волос. – Неблагодарный начальник! Бедный эльф работает на тебя с утра до ночи, в награду получая лишь упреки и оскорбления! И, кстати, ты еще не получил выволочку за свои ночные похождения!

– Не шуми! – я опять покосился в сторону занавески. – И не переигрывай! Говори, что случилось! – Без веской причины эльф не стал бы вламываться в мою комнату. – А по поводу вчерашнего я уже говорил, что мне не дали добраться хотя бы до первого патруля, перехватили на выходе из церкви.

– Ты завтракай, судя по всему, сегодняшний день у тебя будет не легче вчерашней ночи, – с этими словами он извлек из кармана два письма.

– Одно письмо от маэстро д’Эферона. В нем может быть что угодно: от вызова на дуэль до приглашения в свою команду на праздник Королевских Шпаг. На письме нет никаких пометок о срочности, поэтому я оставил его нераспечатанным.

Арчер бросил письмо д’Эферона на мою половину стола. Я был вынужден открыть второй глаз и придвинуть к себе поднос с завтраком.

– Приступаю к завтраку! – торжественно провозгласил я, понимая, что в противном случае мой друг эльф может растягивать удовольствие с объявлением автора второго письма до бесконечности.

– Так-то лучше, – кивнул тот головой, – со вторым письмом не все так просто, я бы даже сказал, очень непросто…

– Убью! – снова пообещал я.

– Ну, хорошо, – сдался эльф, вмиг становясь серьезным, – второе письмо, сударь, от самого графа де Бюэя – дальнего родственника короля, а по совместительству еще и начальника королевского Департамента безопасности. Поскольку здесь была приписка «Срочно», я позволил себе вскрыть печать и ознакомиться с содержанием – ведь Бюэй мог затребовать тебя к восьми часам утра, и тогда тебя пришлось бы срочно будить.