Мы из Бреста. Бессмертный гарнизон - Вячеслав Сизов

У меня осталось около часа до похода к Руссаку, а я еще ничего не приготовил. Вот и пришлось этим срочно заняться, записывая на бумагу свои выкладки и расчеты. Благо сведения из учебника «Приемы и способы действий солдата в бою» (1988 г.), учебника сержанта мотострелковых войск (1989 г.) и пособия «Основы тактической подготовки современного солдата» были в памяти. Успел вовремя.

Из воспоминаний маршала М. В. Захарова (перед войной начальник штаба Одесского Особого военного округа) (РИ):

«…6 июня войсковой разведкой округа были получены данные о телефонных переговорах с румынской стороны. Там говорилось о том, что надвигаются некоторые события. Прямо о нападении не говорилось, но сказанного было достаточно для того, чтобы разведка округа обратила на них внимание командования, как на тревожный симптом. В тот же день около 14 часов по «ВЧ» доложил о полученном донесении начальнику Генерального штаба генералу армии Г. К. Жукову. В разговоре с Жуковым предложил выдвинуть часть войск к границе, к одному из угрожаемых, слабо прикрытых участков…

…Г. К. Жуков прервал мой доклад словами: «Что вы паникуете!» На это я ответил, что ожидаю все же положительного ответа. После небольшой паузы начальник Генерального штаба сказал, что он доложит народному комиссару обороны и позвонит мне не ранее 16 часов. Действительно, около 16 часов Г. К. Жуков передал по «ВЧ», что народный комиссар обороны согласен с предложением, но обращает внимание на то, чтобы передвижение войск производилось скрытно и в ночное время…»

Постучавшись в кабинет к начштабу, попросил разрешения войти.

– Заходи. Молодец, что вовремя. Смотрю, получил оружие. Вот это правильно. Что за командир, если оружия у него нет? Ладно, это все лирика. Что там у тебя? Давай, выкладывай. Я тут тоже кое-что накидал по своим соображениям. Но сначала давай обсудим тактику действий штурмовых подразделений. Я думаю, что это нам пригодится при разговоре с дивизией, когда будем убеждать их в своей правоте.

Достав из планшетки свои выкладки, передал ему.

– Я исходил из следующего – штурмовые подразделения должны быть из расчета один взвод в роте, одна рота в батальоне и один батальон в полку. Наиболее удачным считаю штурмовую группу в составе роты. Со следующими средствами усиления: два 45-мм орудия, две короткоствольные пехотные 76-мм пушки, взвод 82-мм минометов, взвод станковых пулеметов, взвод или отделение саперов. Было бы совсем неплохо иметь отделение огнеметчиков. Для успешного действия такой штурмовой группы нужна поддержка пушки или гаубицы 122-мм, одного или двух танков. Командиром штурмовой группы является командир стрелковой роты, которая и составляет ее основу.

– Запросы у тебя, лейтенант, прям как у Наполеона! Не успели тебе взвод дать, так ты уже себе и роту, и танки, и артиллерию в придачу просишь. В бою командиру стрелковой роты кроме пехотинцев и минометчиков не приходится иметь в подчинении танкистов и саперов. Чаще происходит наоборот. Он выполняет свою довольно узкую пехотную задачу. Всеми остальными вопросами занимается вышестоящее командование.

– Я это знаю. Только высказываю свои мысли и предложения, как сделать. Вам виднее…

– Понял я. Это так, от чувств. Извини, что перебил, продолжай.

Что я и сделал:

– В рассматриваемых мною боях, распадающихся на отдельные схватки, у командира роты нет времени и возможности запрашивать огневую поддержку у командира батальона, которому к тому же сложно понять, где находится эта рота, и еще сложнее направить к нему огневые средства. Вот поэтому командиру стрелковой роты все средства нужно иметь в кулаке, под рукой.

– Управлять такими сборными силами ротному будет сложно, да и непривычно. Абы кому такое подразделение не поручишь!

– И я о том же! Такие подразделения надо готовить вместе с командирами, которые должны научиться управлять такой солянкой.

– Это понятно. Но кто будет учить? Где взять учителей? Я лично у нас в полку таких не знаю, да и в дивизии тоже.

– Думаю, надо просто наработать опыт применения таких подразделений. Провести совместные занятия с танкистами, саперами, связистами…

– Правильно мыслишь. Когда наберем в твой взвод людей, нужно будет все это запланировать и провести. Да так, чтобы и наши командиры на это посмотрели.

Наш разговор был прерван приходом в кабинет старшего лейтенанта:

– Разреши, Виталий Павлович? Не помешаю?

– Когда ты мешал, Дмитрий Ильич? Проходи. Если срочно, то мы можем прерваться.

– Да нет, не спешу. Мимо проходил. Думаю, надо зайти к тебе, поговорить. Вот и зашел на огонек. А ты тут молодежь воспитываешь.

– Скорее, она меня. Знакомься – наш новый командир взвода 7-й роты лейтенант Седов Владимир Николаевич. Сегодня прибыл к нам и уже учит командование уму-разуму.

– Понятно. Начальник особого отдела полка старший лейтенант Горячих Дмитрий Ильич. Рад знакомству. Как устроились, где разместились?

– Хорошо. Разместился в общежитии, – пожимая руку особисту, ответил я.

– Понятно. Что это вы тут так горячо обсуждаете?

– Понимаешь, лейтенант предложил создать в полку штурмовое подразделение. Мы с командиром решили пойти ему навстречу. Дело, думается, полезное. Вот и сидим, голову ломаем, как лучше это воплотить в жизнь.

– Понятно. Насколько помню, у нас уже были в Финскую саперные штурмовые роты. Ваше подразделение от них чем отличаться будет?

– Решением специфических вопросов захвата, прорыва и удержания укреплений противника, ведением боев в городских кварталах и так далее.

– Интересно. Вы не против, чтобы я тоже послушал? Может, что и для себя нового открою.

– Да сколько угодно. Присоединяйся к нам. На чем мы там остановились? На действиях штурмовых групп?

– Да. По-моему, штурмовая группа должна в свою очередь подразделяться на следующие подгруппы:

а) две атакующие подгруппы по 20–25 автоматчиков, стрелков, пулеметчиков, огнеметчиков и отделение саперов;

б) подгруппа закрепления – 8–10 стрелков, взвод станковых пулеметов без отделения, 1–2 орудия, отделение саперов;

в) резервная подгруппа – 10–15 стрелков, 1–2 орудия, отделение станковых пулеметов, отделение саперов;

г) огневая подгруппа – все остальные орудия и танки.

– Почему именно так? – поинтересовался Горячих.

– В боях за укрепленную полосу, уличных боях наступающие несут особенно большие потери. Они вынуждены драться за каждый метр траншеи, дзот, дот, городской квартал, за каждый дом. Сражение распадается на множество отдельных, часто изолированных друг от друга, боестолкновений уровня именно взвода-роты. В то же время обороняющиеся, хорошо зная город, заранее подготовив пути движения и узловые опорные пункты, легко маневрируют, могут выходить в тыл атакующим, дробить их силы и уничтожать поочередно. Словом, при взятии укрепленных позиций, населенных пунктов обычная полевая тактика наступательных действий непригодна. На первый план выходит хорошо подготовленный одиночный пехотинец, наводчик орудия, младший командир, натренированные мелкие подразделения.