Звездный попаданец - Виталий Храмов

– Ух ты! – воскликнул Вадим. – Я тоже хочу такой костюм Айронмена!

– Все хотят, – ответил Болан. – И если бы не эти мародёры да тупость этого урода, Энрог Двудонный бы и выторговал. Всё же Саркофаг очень важен для последователей Основателя.

Болан посмотрел на красное облако отметок, что плыло к Стире, и махнул рукой:

– А теперь и «Ковчег» потерян. Вместе с их уникальным силовым корпусом, бронёй, пробойником подпространства и генераторами полей преломления.

На все обзорные экраны принудительно, извне, было выведено лицо в форменном адмиральском мундире. Лицо говорило, постоянно косясь на какой-то невидимый отсюда экран:

– Я – адмирал Фаснентоар Элиритим. Ввиду героической гибели адмирала Клирэма, принимаю на себя оборону системы ГН-3098 от вероломного вторжения мародёров Хаоса. Приказываю всем гражданским судам немедленно очистить пространство. Вам надлежит сесть на станцию, Стиру или любой другой астрообъект. Все суда, не определяемые опознавательной системой как принадлежащие силам Содружества или империи, будут уничтожаться. Вам даётся час на освобождение от себя поля боя. Всем сотрудникам сил самообороны – немедленно приступить к исполнению протокола!

И тут же на сеть и Болана и Вадима поступили соответствующие протоколы. И не только им. Все сразу замерли с остекленевшими глазами – протокол следовало открыть и загрузить в свою память немедленно. И этим подтвердить его принятие.

В это время в зал зашёл Звёздный Пёс с большим пластиковым мешком на плече своего чудо-костюма-скафандра, что сейчас не мимикрировал под деловой костюм, как при совещании, а плыл серо-чёрной дымкой с пробегающими по швам голубыми искрами. Видя массово изучающих протоколы людей, Звездный Пёс прошёл к Энрогу – главе ДРК-17, и бросил к его ногам мешок. При этом мешок ударился в ноги разведчика, заставив его и окружающих вернуть свои взоры к реальности.

– Мой договор выполнен, – сказал Пёс. – А как ты держишь слово?

– Что ты хочешь? – спросил глава ДРК, отшагивая от мешка, принявшего человеческие очертания – мешок от удара о пол лопнул, внутренний воздух из него вышел, чёрный материал очертил фигуру человека.

Вместо ответа Звёздный Пёс указал на обзорный экран с «Ковчегом». Энрог покачал головой:

– Не в моём ведении.

– Азетос возьмёт своё и бросит останки корабля на растерзание мародёрам, – степенно сказал Пёс. – Я не прошу помочь мне. Я лишь прошу не претендовать на то, что оставят после себя люди Белого.

Энрог пожал плечами и махнул рукой:

– Я и не смог бы. «Ковчег» – твой. Если сможешь отбить его у мародёров.

Слова Энрога не были пустыми. Стягивающаяся к месту пересечения траекторий с «Ковчегом» эскадра Азетоса Белого вела очень плотный бой с гражданскими судами, что били в них лучами и ракетами противометеоритной защиты, шахтёрскими бурами пытались пробить корпуса имперских кораблей, массово высаживали десант привычных к пустоте шахтёров, что с не меньшей ловкостью, чем воины Основателя, маневрировали в вакууме, ведя огонь из ручного оружия, облепляли корпуса кораблей, устанавливая пробивные заряды. Да, настоящие боевые корабли не ровня гражданским судам. Но расстояния были таковы, что имперцы не могли применять свой главный калибр, лишь отстреливаясь противоракетными комплексами и сражаясь москитным флотом истребителей и воинов в скафандрах. И мародёров было много. Очень много. Слишком много. Откуда? Как?

– Это наша планета! – ответил Пёс, коротко кивнул и – исчез. Опять.

В это время сквозь взвесь гражданских судов на помощь имперским кораблям – обителям, облепленным мародёрами, как медведь пчёлами, пришёл малый носитель Содружества с кораблями обеспечения – противоракетным крейсером и эсминцем. Крейсера как раз против таких малогабаритных судов чувствовали себя очень уверенно – били часто, метко, с первого попадания срывая гражданские щиты с кораблей, выбивая им двигатели, уничтожая противометеоритные башни, а иногда – полностью уничтожая мародёров.

А когда носитель выпустил своё крыло истребителей – всё было закончено. Дистанционно управляемые истребители, как рой злых пчёл, наваливались по четыре-пять на каждого мародёра, мигом его обездвиживая, разоружая, ослепляя и оглушая своими скорострельными метателями и плазменными излучателями.

Это было очень показательно, что флот Содружества не защищал своих же граждан, а бросился на помощь тонущим в море мошкары звёздным храмам Основателя. И это было замечено. Появилось лицо примарха на обзорных экранах.

– Основание благодарит братьев, побратимов боем! – склонил голову Азетос. – Сие деяние отзовётся в веках!

Послание завершилось. Игольчатый «Ковчег» пристыковался к самому крупному кораблю имперцев. Монументальные оплоты орденов начали разгоняться, на ходу перестраиваясь в боевой порядок дальнего пеленга. С оплотом Белого в центре – с игольчатой нашлёпкой на боку.

И помощь Содружества орденам отозвалась немедленно. Когда перестроение оплотов веры было завершено, они дружно сверкнули вспышкой искристого пламени.

Болан толкнул Вадима, тыкая в экран. Но Вадим лишь отмахнулся, бросая доступ на Болана к системе управления оборудованием этого командного пункта. Болан сразу же передвинул на экран красное облако отметок. И тут же воскликнул:

– Это конец!

Хотя один из линкоров корпораций Диких пространств и умирал, пробитый сосредоточённым залпом оплотов веры, но линкоров этих было столько, что только их беглый осмотр и вызвал этот крик Болана.

– Это не мародёрский налёт, – усмехнулся Верж, обернувшийся на крик Болана. – Это вторжение.

– Это исход, – добавил, входя в зал, красноглазый посол изгоев.

Понятно. Он не успел на уходящий корабль. И не успел бы. Да и не стремился.

– Зарождённое ленью, тщеславием, гордыней, похотью и жадностью зло выдавило всех их сюда, – проповедовал красноглазый. – Они пришли отобрать у вас кислородный мир. Им больше некуда деваться. Бездушный враг поглотил всё. И следом – явится сюда. За их душами.

Болан видел, как Энрог и Верж переглянулись. И тут же оба кинулись к пунктам управления.

– Исход, говоришь? Хех! – усмехнулся Вадим, склонил голову в поклоне красноглазому, повернулся к Бол Вану. – Слышь, Ваня, исход, говорят. Мы опять опоздали? Полярная лиса уже пришла. Пойдём, брат. Организуем достойную встречу.

В это время в зал влетел мэтр Лиск в своём скафандре военно-полевого медика с группой своих помощников. Пометался от Вержа к Энрогу, но те, со стеклянными глазами, вели передачу. Болан поймал Лиска за рукав и указал на чёрный мешок.

– Проведи ему полное ментоскопирование, – оскалился Болан. – И это… можешь не нежиться с… этим. Это ничтожество уже погибло смертью героя. Красиво и глупо.

Лиск схватился за ручку мешка, но тут взгляд его упал на обведённые красным маркером силуэты линкоров на экранах. Лиск крякнул, глаза его полезли на лоб. Но он быстро взял себе в руки и со своими помощниками поволок адмирала к капсулам монорельса.