Возродившие будущее - Константин Стэнк

Вскоре стали видны безупречно работающие клапаны сердца, пульсирующие потоки крови.

Тут раздался грохот. Это правозащитник, все таки, рухрул в обморок. Медсестра, не успевшая его подхватить, быстро исправила свою ошибку, приведя правоведа в чувство.

– Мое дело диагностика, передам данные кардиологам, а уж они сделают заключение и назначат лечение, – отозвался занятый своим делом, молодой доктор.

Тем временем перед присутствующими повис в воздухе, медленно вращающийся желчный пузырь.

– Вот в этом месте небольшая аномалия, возможно образование камней, – сделал заключение академик.

– Мы наблюдаем динамику этого процесса, ежедневно проводим диагностику. Киберы уже просчитали и назначили необходимые изменения в режиме питания, и физических нагрузках. Завтра приступаем к лечению, – спокойно ответил молодой доктор.

Вскоре диагностика была полностью закончена. Академик – в полном восторге. Он еще некоторое время оставался каби-нете, засыпал доктора профессиональными вопросами.

Правозащитник, недовольно сопя, выскочил из кабинета.

К нему подошел председатель комиссии:

– Из Москвы требуют срочно представить отчет, по результатам проверки города «Солнечного» и санатория, вы у нас самый пронырливый, видели больше других, к тому же юридически хорошо подготовлены, напишите пожалуйста, проект отчета.

Правозащитник уселся за компьютер, в кабинете дирек – тора, и к вечеру отчет был готов.

Члены комиссии, ознакомившись с отчетом, выразили полное согласие с его текстом и подписали безо всяких сомнений.

Но никто не подозревал, что по электронной почте в адрес правительства правозащитник лично от себя отправил совершенно другое донесение.

Комиссия тем временем присутствовала на рыбалке Ивана Сергеевича:

Робот, прямо из кабинета диагностики вывез своего подо-печного во двор, а затем через проход в зеленой изгороди к тихой заводи, рядом с санаторием.

Генерал Жуков – заядлый рыбак не удержался и тоже пристроился рядом с дедом, взяв одну из удочек, стоящих в предназначенном для рыбалки месте.

Бешенный, клев, начался сразу! Едва поплавок после забрасывания удочки успокаивался, как тутже, начинал энергично танцевать от поклевки. Глаза Ивана Сергеевича горели азартом, щеки раскраснелись, с веселыми шутками-прибаутками, он таскает одного сазана за другим. Вскоре садок оказался полным.

– Время, Иван Сергеевич пора возвращаться, режим есть режим, – сочувственным голосом сказал робот. С сожалении – ем оставив удочку кинорежиссеру, Иван Сергеевич подчи-нился.

Но генералу робот не указ, он продолжал, с азартом выдергивать сазанов из воды, наполняя один садок за другим.

Послышались голоса. К заводи ожесточенно о чем-то споря, подходили два человека. В одном из спорщиков члены комиссии узнали Крамолу-деда.

Другим был, известный продюсер, Прибабасов.

– Ты пропагандируешь любовь, дружбу, справедливость, патриотизм, всю эту хрень, которая осталась в прошлом, – возбужденно говорит Прибабасов.

– Ты музыку не пишешь, на инстраментах не играешь, петь тебе тоже – не дано, а бездельники и паразиты в нашем городе не нужны, обойдемся без прибамбасов!

– Посмотрим, как отреагирует старичье, на твой патриотизм и романтику, вечерний концерт покажет, – настаивает продюсер.

– Те, кого ты, слизняк, назвал старичьем, создали и защитили нашу Родину, – не менее горячо возразил дед.

Они бы еще, долго дискутировали, если бы дед не опустил Прибабасова ниже плинтуса, доказав все-таки ему и всем присутствующим, что он Прибабасов жалкое, безнравствен-ное, беспринципное ничтожество. А весь шоу-бизнес, в котором он «работает» – паразиты на плечах народа.

Оказывается, в областном центре гастролировала известная российская певица, а с ней целая комарилья всевозможных певцов и певичек. Губернатор, предложил певице выступить с благотворительным концертом в санатории для ветеранов.

– Крамолу же, прибывший из областного центра мэр Воронцов отправил в санаторий со своими артистами из «Солнечного».

При обсуждении репертуара совместного концерта дед и схлестнулся с продюсером.

Узнав, что город «Солнечный» не только построил санаторий за счет своих средств, но и продолжает финансировать его содержание. Продюсер тут же возжелал получить гонорар за концерт. А получив отказ, стал напрашиваться на работу в город в качестве продюсера с совмещением обязанностей арт-директора, финансового директора, и режиссера. Но дед раскусил его очень быстро и поставил на место.

Когда стало темнеть пришли два повара из столовой и забрали выловленную рыбу, оставаться более, не имело никакого смысла и, рыбаки свернули удочки.

В концертном зале дома ветеранов полно народа, в отдельной ложе слегка приподнятой над зрительным залом сидит приехавшая на гастроли певица. Она уже исполнила несколько своих песен, и теперь отдыхала в удобном кресле, наслаждаясь вниманием и любовью зрителей. Комиссия разместилась в той же ложе. Рядом с певицей примостился Прибабасов.

Концерт продолжил хор ветеранов из города.

«Солнечного» Акустика в зале была отменная. Не требовалось никаких микрофонов. Хор звучит замечательно!

чувствуется, что руководит хором отменный мастер своего дела! Отгремели старинные казачьи песни, затем песни военных лет и, несколько старых советских песен военного времени. Зрители – в восторге, провожают хор за кулисы стоя! Пока последний участник хора не ушел со сцены, зрители стоят и аплодируют.

– А мне так не аплодировали, – легонько кольнула зависть певицу.

– Старичье, маразматичное, их посадили в концлагерь, они и довольны, – злобно прошипел продюсер, заискивающе поглядывая на певицу. Но, акустика подвела подлеца, его злобное шипение услышала не только певица, но и все в зрительном зале.

Тут же к нему направилось несколько рослых и еще крепких стариков.

Прибабасов вылетел из двери концертного зала, на лету, суматошно болтая ногами.

На сцену в это время Дима Яровой и Саша Клименко, выносили, уже знакомый читателю – милофон. Зал их бурно приветствует. Ребята, частые гости в этом санатории, и их любили зрители. Саша запел итальянскую народную песню, затем он исполнил несколько романсов русских композиторов.

У певицы подкатил ком к горлу. Она не могла поверить, что этот мальчишка в свои юные годы может так тонко чувствовать мелодию, так точно варьировать тембр голоса, проникая в души слушателей. Ей, в ее лучшие годы, это удавалось с большим трудом, ценой утомительных многочасовых репетиций. Что бы записать одну песню ей проходилось порой часами просиживать в студии звукозаписи, пользоваться самой совершенной аппаратурой, сделать не один десяток проб, чтобы добиться одной самой, самой лучшей. А этот, пацан, делает тоже самое даже без микрофона?!