Возродившие будущее - Константин Стэнк

Как только объявляли посадку на очередной рейс, подозри-тельный пассажир открывал свой чемодан, доставал из него большой ноутбук, раскрывал его, выдвигал из ноутбука какие-то устройства похожие на микрофоны, направлял их в сторону взлетной полосы и замирал, неподвижно уставившись в монитор.

Проверка документов ничего не дала, все у него было в полном порядке. Андрей Логинов, так звали пассажира, прибыл из южного города и как утверждал сам, завтра должен был вылететь обратно.

Наконец охранники не выдержали и проводили странного пассажира к следователю Догадкину:

– Чем вы занимаетесь в аэропорту и кто вы по профессии? – строго спросил молодой Догадкин.

– Инженер – технолог электронной промышленности, опре-деляю характеристики режимов работы двигателей вылетающих самолетов. Кстати, борт 1732 лучше не выпускать, у него один из двигателей работает не в режиме, – спокойно ответил Логинов.

– Вы, что специалист по авиационным двигателям?

– Нет, я закончил, технологический университет, в г. «Солнечном» и меня считают хорошим инженером.

Сколько Догадкин не бился, Какие только вопросы не задавал, больше ничего, от хорошего инженера, не добился.

Наконец закончилось терпение у Логинова:

– Вы же не хотите, чтобы у борта1732 случился помпаж в воздухе? – нервно выпалил подозрительный пассажир.

Догадкин не знал, что значит слово помпаж, но на всякий случай помчался к диспетчеру аэропорта:

– Как у вас борт 1732? – закричал он, едва войдя в диспетчерскую.

– Все нормально на рулежке и не надо тут орать, – последовал спокойный ответ.

– Диспетчер, я борт 1732 отказ двигателя, отменяйте рейс, – раздалось из динамиков.

– Ну, вот накаркал, – проворчал диспетчер.

Через, десять минут, в кабинете начальника аэропорта собрались инженеры и технические работники, готовившие рейс к вылету, туда же Догадкин привел Логинова.

– Вы упомянули слово помпаж, как вы узнали, что двигатель не в порядке? – обратился к Логинову начальник аэропорта.

– Да! Признавайся, быстро! – подхватил следователь.

– Я это сказал исключительно для того, чтобы прекратить, затянувшийся дурацкий допрос и оторвать этого типа от кресла, – указал Логинов на молодого следователя. – А что такое помпаж я не знаю, так, слышал где-то…

– Но отказ двигателя все же, произошел, хотя самолет мы только, что приняли из капитального ремонта, откуда вы узнали? – включился в разговор один из инженеров – специалист по двигателям.

– Я, снимал звуковые характеристики на запуске турбин. Потом обрабатывал на компьютере с помощью специальной программы, характеристики всех двигателей совпадают идеально.

Вот посмотрите, два двигателя на 1732 раскрутились нормально, а в третьем появился небольшой нюанс, но когда я сравнил третьи гармоники, различия стали очевидны. Но раз автоматика выключила двигатель, значит мои выводы правильные.

– Откуда ты знаешь, что двигатель отключен автоматикой, а не летчиком? Признавайся! – грозно заорал Догадкин.

– Послушайте, уберите вы его от меня, пожалуйста, дайте мне спокойно поработать, – взмолился инженер.

– Я, тебя сейчас самого уберу, так уберу, что мало не покажется, ты знаешь, кто был в этом самолете? – взбеленился Догадкин.

– А зачем мне это знать – пассажиры. Все люди как люди, – спокойно отбился инженер.

В кабинет стремительно вошел генерал ФСБ

Жуков:

– Почему отменили рейс 1732? – спросил он, едва войдя в помещение. Оказывается, он должен был вылетать злополучным рейсом.

– Этот тип утверждает, что на 1732 должен был произойти бомбеж в воздухе, – лихо опередил всех

Догадкин, заодно отомстив Логинову, за-типа.

Спокойно разобравшись, в чем дело и узнав, что

Логинов из г. «Солнечного» генерал распорядился:

– Дайте ему возможность спокойно работать.

Иженер, пожелал обосноваться прямо у взлетной полосы, что бы исключить посторонние шумовые помехи.

– Ты там оглохнешь – заметил авиационный инженер.

– Я думаю, бируши у вас найдутся? – попросил инженер.

– Я пойду с ним, проконтролирую, – безапелляционно заявил Догадкин, гордый оттого, что так вовремя и ловко выловил террориста.

Вскоре инженер сосредоточенно работал у взлетной полосы. За спиной у него, напустив солидный вид, – торчал следователь.

Едва начинался, запуск двигателей очередного самолета и на экране монитора вырисовывалась кривая, – Догадкин тут же тыкал пальцем в монитор и орал в ухо инженеру:

– Вот тут бомбеж!.

Через два часа работы, инженер забраковал десять рейсовых самолетов. Если бы дать волю Догадкину, тот бы забраковал все.

Эти события не прошли бесследно: Вскоре решением правительства на базе нескольких лабораторий г. «Солнечного» создали специальную комиссию технического контроля, с широкими полномочиями.

Вошда она в состав МЧС.