Охотник на попаданцев - Владислав Морозов

Глядя на это сборище рослых мужиков в шляпах (в кепке был только один, и то, видимо, исключительно для разнообразия) и почти одинаковых тёмных костюмах со светлыми сорочками и галстуками модных в этом сезоне расцветок, я долго не мог понять, что же мне всё это напоминает.

А потом неожиданно вспомнил – румынские боевики времён Чаушеску из моего детства.

Ну те, которые про слишком честного, но, увы, беспартийного полицейского комиссара Миклована и его коллегу-коммуниста товарища Романа. Там тоже все поголовно – и бандюки с бегающими глазами, и горбоносые чернявые сыщики – почему-то ходили в шляпах и костюмах.

Бухарест второй половины 1940-х гг. в этих фильмах странным образом сильно напоминал Чикаго времён Аль Капоне (американских фильмов про гангстеров конца 1920-х у нас тогда ещё не показывали), только вместо автоматов Томпсона румынские «плохиши» массово пользовались ППШ с рожковым магазином (ну правильно, их после войны в том числе и в Румынии производили), и мы, немного знавшие историю советские пацаны, тихо фигели на таких сеансах.

Ещё бы – на дворе якобы начало 1945 года, весь мир воюет, и только «горячие румынские парни» в это время заняты в основном тем, что грабят банки, казино или тырят дефицитные лекарства вроде пенициллина с оптовых складов Красного Креста. Шикарный вклад в общую победу, да? Причём с какой стороны на это ни посмотри – хоть из Москвы, хоть из Берлина, хоть из Лондона, хоть из Вашингтона…

Характерно, что в этих самых боевиках легендарный Миклован всё время выходил с одним-единственным револьвером против взвода автоматчиков, и неизменно выходил победителем, пока в одной из финальных серий ему не пустили автоматную очередь подло-нечестно, в спину. А вот его партейный коллега Роман автоматическим оружием всё-таки не пренебрегал…

В этой связи мне сразу же не понравилось то, что Клавины братки были вооружены более чем легко. Понятно, что у каждого из них было по одному-два пистолета, но вот из «более тяжёлого вооружения» у них с собой было всего-то два ублюдочных автомата «Стэн» британского производства, единственным положительным качеством которых была возможность ношения под полой. В своё время из двух таких, с позволения сказать, стволов не смогли положить Гейдриха, причём стреляя в упор…

Ручных гранат они, судя по всему, тоже с собой прихватить не догадались. Так что мои опасения насчёт их неподготовленности на случай серьёзной стрельбы, похоже, имели все основания.

– Гранат вы не взяли? – осторожно спросил я у Клаудии на всякий случай, уже усаживаясь на сиденье рядом с ней.

– Ты что, к «Битве за выступ» готовишься? – искренне изумилась она. – Я очень надеюсь на то, что стрелять нам вообще не придётся! В конце концов, мои люди – профессионалы!

Я на это только молча кивнул. Может, оно и так, но не факт, что у бандюков хоть что-то получится против профессиональных шпионов или военных. Тут всё обычно происходит предельно просто. Одна мелкая ошибка – и понеслась. Да так, что потом затрахаешься по части рытья могил…

В общем, через полчаса наша кавалькада из трёх машин выехала из поместья. Впереди мы на всё том же Клавином «Астон-Мартине» (как говорится, хоть немного почувствуйте себя Джеймсом Бондом), а за нами «Ситроен-11CV» и «Фольксваген Жук», по четыре вооружённых человечка в каждой машине. Плюс в «Жуке» была портативная армейская радиостанция, как я понял, американского производства, времён предпоследней войны. Что значит суровые, безмобильные времена…

В принципе, против четырёх человек это был вполне солидный «коллектив», тем более что непосредственно за ними ещё кто-то следил.

Подозреваю, что план действий у Клаудии был прост как мычание – накрыть интересующую нас четвёрку в каком-нибудь уединённом месте и, навалившись всем скопом, скрутить их, по возможности не доводя до стрельбы. Явных препятствий для реализации этого замысла я не видел. Конечно, если только наш дорогой фигурант не прихватил с собой какой-нибудь плазменной винтовки из далёкого будущего или их где-нибудь не поджидает подмога в виде батальона парашютистов…

По дороге никаких проверок не было, хотя жандармские и армейские посты нам и попадались. Спустя часа три с момента выезда наша маленькая колонна съехала с дороги и остановилась в весеннем леске, возле городка Анже.

Клаудия немедленно направилась к «Жуку», и я понял, что на это время у неё явно был назначен «сеанс связи» со второй, непосредственно наблюдающей за клиентами группой.

Стоянка продолжалась менее получаса, и лично мне этого времени хватило на то, чтобы сходить по-маленькому за дерево. Потом Клава, успешно поговорив по рации, вернулась в машину, и мы продолжили движение.

На мой вопрос, куда мы всё-таки направляемся, Клаудия ответила, что сейчас мы едем в сторону Нанта (если по прямой, это порядка 180 км от Ле-Мана), куда направлялись и интересующие нас лица. А потом, по её прикидкам, они должны были ехать дальше к побережью, скорее всего, в сторону портов Нант или Сен-Назер.

– Почему именно туда?

– А что им ещё остаётся? Если они сразу не поехали в сторону испанской границы, значит, дорога им только туда. Ла-Рошель или Бордо намного дальше. Конечно, побережье контролируется военными, и нынешнему судоходству далеко от довоенного, но, как я могу предположить, уйти они хотят именно морем. Каких-либо португальских или южноамериканских торговых судов в Нанте или Сен-Назере сейчас нет, к тому же их по пути серьёзно досматривают. А если так, из района Сен-Назера их может забрать какой-нибудь боевой корабль или даже подводная лодка. И раз уж они засуетились и рванули прочь из Парижа, это рандеву должно произойти очень скоро, в течение двух-трёх суток максимум. Скорее всего, действовать они будут стереотипно. Хорошо заплатят кому-нибудь из местных (я не исключаю, что у них подобное было оговорено заранее) и в нужный момент выйдут в море на каком-нибудь мелком рыболовецком судне, а вдали от берега пересядут. И до того как власти и военные успеют что-то понять, они уже уйдут. Стандартный приём контрабандистов…

– Ты в этом уверена? – уточнил я.

– Считай, что уверена. Конечно, это рискованный и дорогостоящий вариант, на побережье и радары, и боевые корабли, и морская авиация, причём не только наши, но и советские. Так сейчас мало кто делает. Но если это действительно американцы, им это будет вполне по карману, тем более если это одноразовая акция.

– А куда они, по-твоему, дальше денутся? Если будут уходить в Португалию – это как-то слишком сложно. Неужели они решили рвануть прямиком через океан?

– Не знаю, – ответила Клава, следя за дорогой и редкими встречными машинами. Чувствовалось, что не очень-то она уверена в этих своих предположениях…

Я не стал нагнетать напряжённость и решил, что ей, как хозяйке, видимо, всё-таки виднее. Хотя, рассуждая логически – а почему бы американцам не воспользоваться самолётом? Но тут тоже есть несколько неизвестных факторов. У побережья военные должны контролировать не только море, но и воздух. Тогда получается, что это должен быть самолёт, обладающий достаточной дальностью, чтобы долететь из Португалии и вернуться обратно (а это, по самым скромным подсчётам, километров пятьсот в одну сторону, если лететь по прямой, над территорией Испании, если над побережьем – и того дальше), и способный по своей грузоподъёмности взять на борт четырёх человек, не считая экипажа. Спрашивается: откуда возьмётся этот явно немаленький самолёт, как он преодолеет ПВО и где будет садиться? Ответить на эти вопросы с ходу я не мог.