H2O - Яна Дубинянская

— Здравствуйте, Йона.

— Добрый вечер. Простите, мне показалось, будто вы что-то ищете.

— Да, — он снова опустил глаза, неизвестно зачем начиная врать. — Она потеряла сережку. Клипсу. Ходила сюда в лавку, и… Я понимаю, почти неделя прошла, но она только что позвонила, и я подумал, вдруг…

Старик кивнул — с пониманием, сочувствием. Странно, Олег ни на секунду не сомневался: врет он слишком топорно и грубо, чтобы ему в принципе можно было поверить. Или никто и не верит, просто принимает предложенные правила игры?

— У Лотты уже закрыто, — озабоченно сказал Йона. — Я спрошу ее завтра утром. Ваша подруга, Олег, произвела на всех исключительно благоприятное впечатление. Брат Бенони, служка, говорит… кстати. Может быть, поискать в церкви?

В церкви, да. Олег поднял голову: апокалиптический витраж ровно светил багровым, бордовым, оранжевым, красным. Черт возьми, не спросишь же вот так в лоб: простите, а не взрывался ли он у вас в воскресенье? Разве что Йона или этот церковный служка как-нибудь проговорятся сами… И вообще, я давно хотел посмотреть ее изнутри, местную достопримечательную церковь.

Они вошли. Внутри в красноватом столбе рассеянного света от витража колебались пылинки, точь-в-точь как тогда; все остальное тонуло в темноте. Олег разглядел ряды скамеек, а впереди, по идее, должен быть алтарь… когда я вообще последний раз был в церкви? Йона снял головной убор, и Олег после небольшого колебания последовал его примеру. Постараемся вести себя здесь в соответствии с общепринятыми правилами, знать бы еще, что они из себя представляют. Впрочем, я ищу безделушку, якобы потерянную Дагмар. И не больше.

— Брат Бенони! — позвал Йона, и его голос сдвоило гулким эхом.

Внезапно по глазам ударило, и Олег рефлекторно зажмурился: все. Все повторяется, как в прошлый раз, снова надрыв струны и брызги цветного стекла, потому что мне, чужаку, ни в коем случае нельзя было сюда входить… черт, что за идиотизм.

Всего лишь зажегся свет.

Свет зажегся над алтарной частью, обозначив довольно аляповатую фигуру мадонны в пол человеческого роста, выглядывающую из ниши с волнистыми краями; изображения святых, выстроившихся вереницами по обе стороны; какие-то возвышения, драпировки и посудообразные предметы, ни названий, ни тем более назначения которых он не знал. Откуда-то сбоку вышел человек в длинном белесом одеянии и зашагал им навстречу. Совсем молодой парень, присмотрелся Олег. Мальчишка.

— Здравствуйте, Йона. Здравствуйте… — он запнулся.

— Олег Валентинович, — назвался он, и служка старательно повторил, напутав, конечно, с ударением.

— Наша давешняя гостья потеряла сережку, — сказал старик. — Не исключено, что здесь. Давайте поищем.

Пацан вспыхнул. Весь, от без того румяных щек до подбородка и кончиков ушей. А может, показалось, он как раз попал в столб красноватого света от окна. Но и покраснел тоже, факт. В следующую минуту он переломился пополам, чуть ли не встал на четвереньки, изогнулся и двинулся вдоль рядов, всматриваясь под скамейки.

Олег, наоборот, запрокинул голову, рассматривая фрески на стенах. В отличие от новеньких святых при алтаре, они были облупленные, полустертые, будто и впрямь сохранились тут с шестнадцатого века. На их фоне круглый Апокалипсис в окне казался особенно сочным и ярким.

— Красивый витраж, — осторожно, на пробу подбросил Олег.

— Школа Фаринетти, — звонко отозвалась согбенная спина. — Точно датировать не удалось, но никак не позже начала прошлого столетия.

Точно так же он тогда убалтывал Дагмар, усмехнулся Олег. У мальчика задатки экскурсовода. Жаль, что турбизнес стал теперь слишком дорогостоящей элитарной сферой с не такими уж многочисленными караванными маршрутами. А вот церковь — институция крепкая, практически неподвластная каким бы то ни было кризисам. Я никогда этого не понимал. Плохонькая скульптура, помпезные посудины и тряпки, облупленные фрески на стенах… Допустим, религию вульгарно и нелепо сводить к церковной атрибутике. Но ведь именно на ней, атрибутике, из века в век прокручивается чисто экономический, деловой механизм, вовлекающий массы людей…

Впрочем, с массами оно всегда не так уж трудно. А меня интересуют более индивидуальные и конкретные вещи:

— Интересно, сколько бы стоило заказать копию такого вот окна?

— Что вы! — брат Бенони даже выпрямился. — Это абсолютно уникальное произведение. Скажите, а какая она была?

Олег не понял, и Йона негромко пояснил:

— Вещица вашей девушки.

Черт, а я уже и забыл. Олег обернулся в сторону входа: узкая световая щель от прикрытой двери падала в проход, и до ее основания еще оставалось куча необследованных скамеек. И что, торчать здесь теперь, пока этот юноша не отчается найти несуществующую сережку?.. то есть как минимум до завтрашнего утра. И дернуло же меня…

Захотелось взять да и признаться в обмане. Олег усмехнулся, представив себе выражения лиц мальчика и Йоны. Нет, пожалуй, надо поаккуратнее:

— Брат Бенони, — служка дернулся навстречу. — По правде говоря, я сомневаюсь, что Дагмар потеряла ту штуку именно здесь. Конечно, если вы найдете, я буду признателен, но сейчас…

Какую чушь я несу. Абсолютно уникальное произведение школы Фаринетти подсветилось снаружи заходящим солнцем, вспыхнуло цветными огнями. Я же выяснил все, что хотел. Имеет место либо мой личный психический глюк, либо всеобщий заговор молчания. Так или иначе, какое-то объяснение есть, вот только обязан ли я его искать?

Ильма. Что-то я давно у нее не был.

— Олег Валентинович, — запнувшись, пробормотал мальчик, и Олег вспомнил о его существовании. — Я хотел вам предложить…

— Да?

— Когда вы решите пожениться, можете сделать это у нас. Наш настоятель отец Кнют с удовольствием вас обвенчает. Мы уже говорили… с вашей невестой… ей здесь понравилось…

Запела мобилка. Едва сдерживая смех, Олег глянул на определитель номера: Дагмар, из банка. Между прочим, в первый раз с самого понедельника, с тех пор, как вышла тогда из машины. Ну-ну, сейчас я тебе кое-что выскажу. Не слишком ли оно — в первый же случайный день на моей территории вести в соответствующем заведении переговоры об организации свадьбы? Глупенький лисенок с экономическим образованием. Сейчас-сейчас.

Он зашагал к выходу, ускоряя шаги. Кажется, Йона, простившись с братом Бенони, двинулся следом.

— Алло?

— Олег Валентинович, — стерильно сказала Дагмар. — Вы можете говорить?

— Запросто, — он шагнул, наконец, за порог. — Слушаю.

— Согласно договору мы перечислили сегодня с вашего счета ежемесячный платеж в оговоренном размере. Но счет вашего абонента ликвидирован, и банк-получатель не уполномочен давать разъяснения. Пожалуйста, проясните ситуацию по своим каналам, иначе данная операция не может быть выполнена.