Оружейник. Книга 1. Тест на выживание - Олег Шовкуненко

– Молодец, вовремя! – Это была моя мысль, произнесенная вслух. Возникла она сразу же после тяжелого удара, от которого металл за моей спиной загудел, как церковный колокол.

– Все к амбразурам! Я за руль. Убираемся отсюда! Немедленно убираемся!

– Как так убираемся? – Меня схватил за плечо худощавый мужик средних лет. – А как же все остальные?

Этот вопрос я уже слышал от Пашки, и ответ на него будет тем же, страшным, мучительным, жутким в своей неправдоподобности:

– Мертвы. Все мертвы. Видел собственными глазами.

Я произнес это громко, специально громко, чтобы дошло до всех, кто сейчас оказался в брюхе «302-го».

– Не может быть! – выдохнул встречавший нас разведчик.

Этот его стон словно на миг парализовал все и вся. Люди замерли, стих грохот выстрелов и звон бьющихся о железо стреляных гильз. Вдруг наступила такая тишина, что можно было отчетливо расслышать удары собственного, бешено колотящегося сердца.

Однако все это длилось лишь мгновение, одно короткое мгновение. Очередной удар по броне вывел из оцепенения, по крайней мере, вывел меня:

– Огонь! Не прекращать огня!

Я ринулся на водительское сиденье. Когда проносился мимо младшего сержанта, ткнул того кулаком в бок. Заснул, мол, что ли? Приказа не слышал?! В тот же миг башенный пулемет ожил и дал длинную очередь, вот только это был уже не КПВТ, а спаренный с ним «калашников».

Вот же, блин, паскудство! Кажись, патроны для нашего главного калибра стали подходить к концу. Младшой экономит. И взять их больше негде. Один боекомплект расстрелял Пашка, когда мы прорывались в одинцовскую крепость, а второй, резервный, сейчас успешно приканчивает героический таманец. И что из всего этого следует? А то, что наши жизни зависят уже не от огневой мощи, а скорее от резвости мотора.

Не теряя более ни секунды, я запустил двигатель. Он завелся без проблем, которые почти наверняка должны были возникнуть, окажись мы героями какого-то там голливудского боевика. Нет уж, здесь этот номер не пройдет! У нас техника работает, как часики. И по-другому быть не может, ведь принадлежит она старому заму по вооружению прославленной танковой дивизии.

Гордый за себя и за свою малышку, я рванул вперед и начал выворачивать на проезжую часть. Бронированный щиток на лобовом стекле опускать не стал. Во-первых, так лучше видно, а во-вторых, вряд ли кто-нибудь из кентавров окажется столь метким, чтобы засадить кирпичом прямо в маленькое окошко. А даже если и засадит… Что будет толстому бронестеклу от удара обычного камня?

Подумав о бомбежке, которой мы неожиданно подверглись, я вдруг насторожился. Что-то она подозрительно поутихла. Быть может, твари мажут по теперь уже подвижной цели? Или поняли, что таким макаром нас не возьмешь, и задумали кое-что другое… новую, еще более изощренную пакость?

И опять я оказался прав. Под ложечкой неприятно засосало, когда впереди я увидел баррикаду. Настоящую баррикаду! Она перегораживала проезжую часть, тем самым отрезая нас от поселка. Цирк-зоопарк, но когда… когда они успели ее построить? Как смогли притащить сюда эти старые раздолбанные легковушки, а главное – большой междугородный автобус, на борту которого красовалась выгоревшая красная надпись «Оазис-тур».

О том, чтобы протаранить многотонную собственность давно почившей туристической фирмы, нечего было даже и мечтать. БТР – это не танк и даже не БМП. Выходит, остаются легковушки. Правда, еще существует диаметрально противоположный вариант – не пытаться прорваться назад, а уйти вперед, еще дальше от лагеря. Где-нибудь в районе Кутузовского микрорайона отыскать выезд на Можайское шоссе и уже по нему, по хорошо знакомому маршруту, вернуться к одинцовскому поселению. Само собой получится, что сделаю порядочный круг, километров так пятнадцать. Но тут уж ничего не попишешь, похоже, это меньшее из зол.

Только я приготовился притормозить и начать разворот, как младший сержант завопил из башни:

– Сзади! Что-то приближается сзади!

В этом вопле сквозило столько растерянности и обреченности, что я весь похолодел. Зеркал заднего вида на «восьмидесятке» не было и в помине, поэтому о характере новой опасности я не имел ни малейшего представления. Но тем не менее решать что-то надо, и причем срочно. Стоит ли продолжать разворот или лучше посильнее вдавить педаль газа и ринуться напролом?

– Что приближается?! Говори яснее, черт тебя подери! – Я остановил машину и обернулся к таманцу.

– Кентавры… они гонят каких-то тварей. Огромных. Это… это настоящие горы!

Что такое? В первое мгновение мне показалось, что сержант спятил. Какие еще горы? Самые внушительные создания, способные перемещаться посуху, это и есть сами кентавры. Два с половиной метра в высоту, пять-шесть в длину, это если с хвостом. И все, точка! Никого более негабаритного нам, людям, до сих пор встречать не доводилось.

Все еще продолжая сомневаться в словах сержанта, я распахнул люк у себя над головой. Другой возможности проверить просто не существовало. Не выдергивать же младшого из башни. А кроме того, взгляд через прицел или приборы наблюдения не даст полной и четкой картины всего происходящего.

Эту самую картину я оценил, как только высунулся из люка и поверх башни взглянул назад, причем так оценил, что аж дух сперло. Сразу захотелось превратиться в маленькую мышку и юркнуть в какую-нибудь узкую-преузкую щель. Только щель эта непременно должна находиться промеж толстенных железобетонных блоков. Пожалуй, только они выдержат, только они спасут от такого.

Со стороны огромного, круглого, похожего на древнеримский Колизей здания, от которого и начиналась улица, медленно и неотвратимо, словно айсберг, когда-то надвигавшийся на «Титаник», выплывали три серые горы. Наблюдая их, так сказать, анфас, было сложно определить, что это такое и какова истинная длина этих созданий. Зато высота… высоту было определить, совсем несложно. Их покатые, покрытые уродливыми наростами загривки маячили на уровне окон третьих этажей близлежащих домов. Вот именно, третьих! Мне не показалось, как не показалось, что у этих шагающих гор не было голов, глаз, ртов, носов, короче, ничего, что свойственно обычному живому существу, пусть даже и инопланетному. Это были лишь груды мяса, поставленные на десятки толстых слоновьих ног.

При всей медлительности и не проявляемой пока агрессивности, эти животные далеко не выглядели безопасными. Во-первых, масса, во-вторых…

– Будь я проклят!

Вздох удивления вырвался из моей груди, когда я разглядел голубоватые молнии электрических разрядов, то и дело проскальзывающих от нароста к наросту. Это что ж получается, инопланетная разновидность электрического ската? Должно быть, только ампераж у него такой, что нас изжарит, стоит только этому монстру коснуться брони.

Что делать? Какой странный вопрос. Вперед и только вперед! Пробиться, проломиться, продраться через чертову баррикаду, иначе… Мне сейчас даже не хотелось думать о том, что будет иначе.