Черный сокол. Снайпер из будущего - Евгений Сапронов

Шубейка Олега валялась на втором этаже башни, но прежде чем переодеться, он решил взглянуть на спасенных девушек, которых еще не видел.

В светлице Горчаков снял шлем и поставил на лавку, подшлемную шапочку бросил туда же. В комнате было тепло, оставленные стеречь пленных новгородцы догадались растопить печь. Олег протянул к ней руки.

– Бажен, а девки-то где? – спросил он, согревшись.

– А вон тама, – указал новгородец на опочивальню для гостей.

Горчаков кивнул и подошел к двери, но возле нее замешкался.

Олег боялся, что девушки будут в шоке или еще чего похуже, но и здесь вроде обошлось. Войдя в комнату, он быстро осмотрелся и вздохнул с облегчением. Девчонки как на подбор оказались симпатичными, голубоглазыми блондинками, хоть и невысокими, но фигурки у всех были ладненькими.

У двух девушек, сидевших на лавке у решетчатого окошка, радость избавления определенно перевешивала боль утраты. Им и было-то лет по семнадцать, а в таком возрасте хочется жить и радоваться всему, что тебя окружает. Одна девица всхлипывала на груди у Берислава, а он гладил ее по голове – сестра, надо полагать. Рядом с другой девушкой сидел Вадим и что-то говорил тихим голосом.

«А это, видимо, боярышня Ксения Федоровна, – подумал Горчаков. – Блин! А симпатичная какая! На актрису Монику Кина похожа».

Оруженосец сказал что-то еще, Олег расслышал только свое имя. Ксения поднялась, выступила на середину комнаты и торжественно произнесла:

– Воевода, Олег Иванович, благодарствую за избавление! Спаси тя Христос!

Девушка низко поклонилась, коснувшись рукой пола. Остальные тоже начали благодарить и кланяться.

– Пустое! – махнул железной дланью расчувствовавшийся Горчаков. – Сожалею, что не сумел сделать большего.

– Просьба у меня к тебе, воевода, – обратилась к нему Ксения. – Не хороните матушку здесь, отвезите ее в Коломну, чтобы и батюшка попрощаться смог.

В голубых глазах боярышни стыли боль и тоска.

«Только самоубийств мне здесь и не хватало!» – всполошился Олег, встретившись взглядом с девушкой.

– Мы никого в селе хоронить не будем, – ответил он, – священник убит. Отпевать некому. Всех в Коломну отвезем. Саней хватит, лошадей тоже.

– Благодарствую, – наклонила голову Ксения, – и еще есть у меня просьба. Вели баню растопить. Мерзко мне! Кажется, что я теперь за всю жизнь не отмоюсь после этого козла вонючего!

Высказав все это срывающимся голосом, девушка поникла и разрыдалась. Растерявшийся Горчаков не знал, что делать, он не мог найти подходящих слов, чтобы хоть немного успокоить боярышню. Ему на помощь пришли Вадим и девушка, оказавшаяся, как позже выяснилось, служанкой Ксении. Она обняла госпожу за плечи и повлекла к лавке, а оруженосец пошел рядом, говоря тихим голосом что-то о воле божьей и терпении.

Олег в это время отступил назад и с облегчением ретировался за дверь. Женские слезы выводили его из равновесия и всегда ставили в тупик. Горчаков не умел успокаивать. В таких случаях все нужные слова враз вылетали у него из головы.

– Итак, «Варфоломеевская ночь» закончилась, начинается «Утро стрелецкой казни»! – пробормотал Олег, появившись перед своими воинами.

То, что Горчаков собирался сделать, его совершенно не радовало, и на душе у него было погано. Олег искренне считал, что спорт и алкоголь вещи несовместимые, но будь у него сейчас водка, грамм сто пятьдесят он бы выпил!

– Суздальцы и рязанцы! – начал отдавать распоряжения Горчаков. – Берите копья и долбите лунки во льду. От этого берега и до того! – махнул он рукой. – Лунки должны быть узкими, чтобы в них можно было кол расклинить. Надобно их сто штук, через каждые пять шагов. Новгородцы! – развернулся Олег к стрелкам. – Вам идти в лес и заготовить сто кольев. Толщиной с руку у запястья и длиной в полторы косых сажени.

– А на что такие долгие? – спросил Неждан на правах друга. – Лучше бы покороче.

– В самый раз! – хмуро ответил Горчаков.

Как выяснилось через пару часов, они совершенно не поняли друг друга. Когда пленных без шуб, в одних овчинных халатах выгнали на реку, Олег ткнул пальцем в первого попавшего и коротко распорядился:

– Вот этого!

– А кто будет рубить? – снова влез вездесущий Неждан.

– Кого рубить? – не понял Горчаков.

– Как – кого?! – изумился приятель. – Ты ж хочешь им головы ссечь и на колья вздеть, так? Только колья длинноваты, головы высоко будут.

До Олега наконец дошло, что любимая казнь Влада Цепеша была на Руси не в ходу. Поэтому все воины ожидали экзекуции по озвученному Нежданом сценарию.

– Я не головы буду надевать на колья, а самих этих иродов, целиком! – раздраженно пояснил Горчаков и увидел в глазах воинов неодобрение.

– А на что так пачкаться? – скривился Неждан. – Мы ж не звери какие! Может, просто головы с плеч, да и делу конец?

– Значит, так! – повысил голос Олег. – Если кто-то тут больно жалостливый, ступайте и постойте под яблоней, где девочки выпотрошенные висят! Это излечит вас от излишнего гуманизма! Жалости то бишь, – расшифровал Горчаков незнакомое слово.