Личный друг Бога - Михаил Кликин

— А я его никогда не снимаю, — голос был незнакомый, и окончательно проснувшийся Ирт мигом вскочил на ноги.

— Кто вы?

Человек в шерстяном халате медленно повернулся, многозначительно кивнул на белый посох, лежащий рядом:

— Догадайся сам, Одноживущий.

— Маг?.. — Ирт завертел головой, ища свой молот, или топор, или тесак. Оружия не было. Вспомнив о кинжале, Ирт резко наклонился, сунул руку за голенище — кинжала там не оказалось.

— Оружие ищешь? Я его спрятал на всякий случай. Мало ли что ты сдуру натворишь.

Глеб лежал возле ног незнакомца и не подавал признаков жизни.

— Что ты с ним сделал?! — Ирт выхватил из потухшего костра увесистую головешку, которая вполне могла сойти за дубинку.

— Я? Ничего… — Маг небрежно махнул рукой, щелкнул пальцами, и головешка рассыпалась в труху. Ирт растерянно захлопал глазами. — Богоборец спит. Устал, свалился с ног. Ты что, никогда не видел его спящим?

— Что тебе надо, маг?

— Позволь, сперва я задам несколько вопросов. Кто ты такой, Одноживущий? Почему идешь вместе с Богоборцем? И — самый главный вопрос — куда?

Неизвестный маг враждебности не проявлял, и Ирт несколько успокоился. Он понимал, что, желай маг прикончить их, он сделал бы это, пока они спят. С другой стороны, может он хочет что-то у них выпытать? И лишь узнав…

— Ничего тебе не скажу, — заявил Ирт.

— Упрямство твоя главная черта? — хмыкнув, спросил маг.

— Что?

— У большинства Одноживущих есть одна главная — ведущая — черта характера. Кто-то жаден, кто-то мстителен, кто-то труслив, кто-то легок на подъем. Некий типаж, понимаешь? Ты упрямец, да?

— Нет.

— Так кто же ты?

— Я — раб, — сказал Ирт и осекся.

— Понятно, — кивнул маг. — Орден Смерти купил тебя для тренировочных боев, но Богоборец разогнал негодяев и спас тебя от верной смерти. Возможно, вы сражались плечом к плечу. А теперь ты предан ему до мозга костей, ты дал себе клятву, что будешь следовать за ним всюду, и ждать момента, чтобы возвратить долг. Преданность — твоя главная черта. Я угадал?

— Нет.

Маг вздохнул, почесал затылок. Сказал:

— Ладно, отложим классификацию до лучших времен. — Он посмотрел на небо, покачал головой: — У меня куча дел, а я сижу тут и теряю время… Значит, не скажешь, куда вы идете?

— Нет… — Ирт на всякий случай отошел от мага подальше.

— А лес зачем валите? — спросил маг. Судя по интонации, он не надеялся на ответ. Ему просто было любопытно. — Избу решили здесь построить? Для тебя, да? Ты — домосед. Ты жить не можешь без своего дома, ты всегда мечтал обрести свободу и обзавестись хозяйством, вот и уговорил Богоборца помочь со строительством. Ты что-то ему пообещал, да? Я угадал?

— Нет… — Ирт увидел тушу степного шига, осторожно к ней приблизился, ткнул мыском сапога, поморщился брезгливо. — Что это?

— Шиг, — равнодушно откликнулся маг. — Уже почти подмял твоего друга, да на счастье я проходил рядом.

— Шиг? — не поверил Ирт. — Я слышал, они огромные, словно горы. Их следы превращаются в озера, а вши, что водятся в их шерсти, могут сожрать человека.

— А это карликовый шиг, — ответил маг, усмехнувшись. — Специальная порода для домашнего содержания.

— Что? — Ирт не понял. Юмор Двуживущих почти всегда казался ему сомнительным.

— Ты любознательный, да? Любопытство — твоя главная черта. Потому ты и увязался за Богоборцем.

— Нет.

— Черт возьми! — Маг, кажется, рассердился. — Так почему же ты за ним поперся?

— Не знаю, — честно признался Ирт. — Так уж получилось.

— Ну-ну… Скажи хоть, как тебя зовут.

Ирт поразмыслил. Решил, что если назовет свое имя, то ничего страшного не случится.

— Меня зовут Ирт.

— А я Белиал, — тут же откликнулся маг. — Впрочем, можешь называть меня Хаборимом, Аббадомом и даже Йен-ло-Вангом — я откликнусь. Но Белиал мне нравится больше других имен. А с Богоборцем я давно знаком. Можно сказать, мы старые друзья, да. Только вряд ли он меня помнит. У него вообще с памятью некоторые неполадки. — Маг выразительно покрутил пальцем у виска. — Понимаешь?

Ирт пожал плечами, отошел от воняющей паленой шерстью туши, пересчитал бревна, внимательно их осмотрел.

Богоборец все сделал как надо.

— А я понял, зачем вам эти бревна, — сообщил маг и довольно потер руки. — Это будет плот, да?.. Река рядом, в пятидесяти шагах, берег пологий, песчаный, течение спокойное, но достаточно быстрое. Так куда вы направляетесь? На восток? На северо-восток? К морю, да? И что вам там надо? Там же нет ничего интересного. Глушь. Что может искать Богоборец? Неужели Епископа? Он спрашивал тебя о Епископе? Он еще не знает, что Епископ мертв?

— Знаю, — Глеб шевельнулся.

— Очнулся! — радостно воскликнул Белиал и, подхватив Глеба под локоть, помог ему занять сидячее положение. — А я уж тут заждался. Подумывал даже вновь вас оставить на время, да побоялся, что опять вы куда-нибудь исчезнете. Я и так вас едва нашел. Впрочем, сам виноват…

— Кто ты? — Глеб хмурился.

— Белиал, твой старый товарищ. Сколько дорог мы с тобой истоптали, Богоборец! Скольких врагов отправили в иной мир!

— Ты ничего не путаешь? — Глеб морщил лоб, пытаясь одолеть головную боль и вялость мысли. — Я не помню такого имени.

— На самом деле у меня множество имен. Хаборим, Абаддом, Аполлион — это тебе что-нибудь говорит? Вряд ли. Ну да ладно, не столь важно. Главное то, что я твой давний знакомый. И я наконец-то тебя нашел.

— Я не знаю тебя… — Глеб оглядывался, высматривая копье или хотя бы побитый, испорченный работой меч. — Или ты врешь, или…

— Или что-то случилось с твоей памятью, — не дал ему договорить Белиал. — А может и с тобой самим.

— Ты… — подобравшийся Глеб взглянул магу в лицо. — Ты что-то обо мне знаешь?

— Конечно, знаю, мой друг. Говорю же, мы не первый день с тобой знакомы.

— Что ты знаешь? Говори!

— Потом. Не сразу. Сперва я хочу, чтобы ты рассказал, куда идешь. Я знаю — тебя гонит некое чувство. Назовем его неопределенностью. Или неосведомленностью. Ты хочешь найти ответы на множество вопросов, да? Ты немного растерян, ты смущен, ты испуган. Ты не понимаешь, что произошло и что происходит…

Ошеломленный Глеб не мог оторвать глаз от шевелящихся губ мага. А тот все сыпал словами:

— …ты чувствуешь странное, ты видишь странное. Ты сомневаешься в своем существовании, сомневаешься в том, что ты это ты…

Глеб схватил мага за горло, сжал, встряхнул: