Иногда они умирают - Наталья Турчанинова

– И ты ходил здесь с тяжелым рюкзаком? – с едва заметной ноткой уважения осведомился Дик, останавливаясь на минуту.

– Да.

Он только покачал головой, удивляясь моей неожиданной выносливости.

Тисса, уставшая не меньше мужчин, держалась, однако, гораздо бодрее. Я поменял ее местами с Диком, оказавшимся менее стойким, и теперь она шла впереди, забрав у Джейка камеру и снимая все, что казалось ей интересным. Караваны эбо, склоны гор в разрывах облаков, меня, иногда попадающего в кадр. Маленькая психологическая хитрость – отвлекаясь на окружающее, она отдыхала от монотонного подъема.

Я слышал, как Дик, красный от усталости, бурчит себе под нос нечто раздраженное в ее адрес.

– Женщины легче переносят высоту, – сказал я ему, во время короткой передышки выдавая очередную порцию препаратов от горной болезни.

– Фигня, – угрюмо отозвался он, закидывая в рот таблетки.

– Не все, конечно, но чаще всего это именно так.

Он покосился на Тиссу, бодро щелкающую затвором камеры, наведенной на соседний склон, громко засопел, но предпочел заткнуть рот горлышком пластиковой бутылки с водой и ничего не говорить в ответ. Кое-кто из проходящих мимо трекеров с большим интересом поглядывал на стройную девушку, чей силуэт эффектно выделялся на фоне склона.

Опираясь ногой на камень, торчащий из земли, она опасно наклонилась в сторону пропасти.

– Не приближайся к краю, – привычно предупредил я ее.

– Райн, вы не могли бы прекратить контролировать каждый наш шаг? – Джейк, сидящий на земле, прислонившись спиной к валуну, посмотрел на меня с неожиданной злостью. – Меня это уже порядком утомило.

– Придется потерпеть, – отозвался я невозмутимо. – Чем больше будет высота, тем сложнее себя контролировать. Можно легко оступиться. А я не хочу, чтобы кто-нибудь из вас свалился вниз.

Мужчина снял горные очки, прижался лбом к своей палке, глядя из-за нее, словно связанный бык из-за забора – угрюмо и недоверчиво, или поверженный боксер на тренера из-за канатов ринга. Но все же покорно взял таблетки, которые я ему подал.

– Джейк, вы не занимались боксом в молодости? Или вольной борьбой? – спросил я, зная, что разговор о человеке всегда отвлекает его от тягостных размышлений о трудностях пути и поднимает настроение.

– Чемпион Уэсла в среднем весе, – ответил он с легкой самодовольной ухмылкой. – Когда был молодым и глупым. Как догадался? По моему перебитому носу?

– По голосу. – Я улыбнулся, увидев недоуменное выражение на его лице.

– И в чем хитрость? – Он сдвинул редковатые выцветшие брови.

– Акцент жителя Чамплтона. Не самый богатый район столицы. Чтобы выбраться оттуда и разбогатеть, надо либо заниматься распространением наркотиков, но драгдилеры в нашем мире долго не живут – так что это явно не ваш случай. Либо стоит попытаться поступить в хороший колледж – однако обычно сделать это невозможно с теми знаниями, которые дают в местных школах. Остается спорт. На легкоатлета вы не похожи. Значит, какой-то вид единоборств.

Джейк посмотрел на меня с большим вниманием, даже выпрямился, перестав опираться на палку.

– Интересное рассуждение. Можете что-нибудь сказать про него?

Он небрежно кивнул на Дика. Тот подошел ближе, глядя на меня как на фокусника, который сейчас вытащит кролика из шляпы. С любопытством и недоверием.

– Родители из Джилноута. Скорее всего, северного, судя по специфике произношения. Не так давно приехал в столицу. Работа связана с физическими нагрузками. Если принять во внимание словарный запас, вряд ли на производстве. Скорее, сфера услуг. Думаю, он тренер в частном клубе.

Мужчины обменялись одинаково озадаченными взглядами. Дик поднял руку, сдвинул шляпу и взъерошил свои густые волосы. Джейк спросил с величайшим недоумением:

– Вы определили это, только услышав, как мы говорим?

– В основном, да.

– Он лингвист, – насмешливо сказала Тисса, не оборачиваясь и продолжая рассматривать горы в окошко видоискателя. – Специалист по речи. Тонкостям произношения. Поэтому ему легко удаются подобные фокусы.

– И вы, обладая такими способностями, торчите здесь? – Джейк смотрел на меня так, словно неожиданно увидел десятитысячную купюру, валяющуюся на земле, которую никто не замечает и не поднимает. – Хотите пойти в мою фирму? Специалистом по подбору персонала? Высокую зарплату и продвижение по службе гарантирую.

– Благодарю. Но мне нравится моя работа.

– Независимость? – скривился он презрительно и потерял интерес к моим профессиональным навыкам. Банкнота, которую он внимательно рассматривал, оказалась, по его мнению, фальшивой.

Тисса подошла к нам, ее полотняная шляпа висела за спиной на тесемке, белые пышные волосы, перетянутые лентой, блестели на солнце, образуя сияющий нимб. На уже посмуглевшем лице сверкала белозубая улыбка.

– Ну что, вы отдохнули? Можем идти?

– Да, пожалуй. – Джейк поднялся довольно бодро.

– Но как он узнал, откуда мои родители? – пробормотал Дик, продолжая тереть затылок.

Следующий участок пути был таким же однообразным и утомительным.

Но наконец тропа вывела нас на небольшую площадку, обнесенную низкой изгородью. Здесь скопились несколько туристических групп с гидами. Все трекеры смотрели в одну сторону – туда, где в разрыве между ветвями сосен виднелся серо-белый зубец, выступающий над ослепительной горной стеной Локхотце.

– Джейк, Тисса, Дик, вот она. – Я подвел их к бортику, показывая на вершину. – Мать Всех Богов. Вершина мира.

Несколько мгновений они смотрели, затем девушка произнесла задумчиво:

– Она кажется такой маленькой.

– Скажете это, когда попробуете на нее подняться, – добродушно заметил один из трекеров, услышав слова Тиссы.

Его обветренное лицо с глубокими складками у губ и ярко-голубыми глазами приняло снисходительное и одновременно чуть презрительное выражение, когда он окинул моих спутников внимательным взглядом. Судя по его походной одежде и вместительному рюкзаку, стоящему рядом, – он был из опытных путешественников.

– А вы поднимались? – спросила Тисса, ничуть не смутившись.

Он только многозначительно хмыкнул и не стал снисходить до обсуждения таких важных вещей, как покорение высочайшей вершины планеты, с первыми попавшимися зелеными новичками. Его спутница, такая же худая и загорелая, усмехнулась. И они отошли в сторону.

Рядом с нами оказались три молоденькие черноволосые девушки с маленькими рюкзачками веселых расцветок за плечами и крошечными фотоаппаратами. Они принялись щелкать ими, снимая друг друга на фоне горы.

– Когда произошел первый подъем на нее? – прочирикала одна из них тоненьким, нежным голоском с чудовищным неистребимым акцентом Ямато, обращаясь к гиду – молодому кайлатцу с улыбкой, как будто приклеенной к лицу. – Я имею в виду не официальный.