Серебряные колокольчики - Андрей Красников

– Да, полагаю, – я постарался прикинуть объем своего счета. Вроде бы, все получалось.

– Тогда не вижу особых препятствий, – кивнул майор. – И у меня есть еще одно для вас один приятный сюрприз. Во время одной из операций против повстанцев был арестован человек, причастный к убийству ваших родителей. Берите вашу винтовку и следуйте за мной.

Одолеваемый смешанными чувствами, я отправился за майором. Самый идиотский вариант моей миссии, который только можно было представить – это разоблачение меня пытающимся выторговать себе жизнь участником проекта. Высокие идеалы – это прекрасно, но в такие вот моменты своя рубашка обычно становится дороже.

– Заходите, капрал Альт. И не стесняйтесь, этот человек уже прошел допрос и был признан неважным для государства…

В комнате на одиноко стоящем стуле сидел скованный наручниками человек в заляпанной кровью одежде. Я с трудом узнал в нем одного из тех, кто был тогда на скамье подсудимых. Рядом стояли двое рядовых в армейской форме.

«Еще ребята просили передать, что будут очень признательны, если ты не убьешь никого из них», – послышался мне голос своего первого сержанта. Извини…

Человек поднял голову и уставился на нас с майором. В его глазах мелькнуло узнавание, смешанное с удивлением.

– Да это же наш…

Одним плавным, слитным движением, отработанным задолго до моей службы в армии диктатуры, я поднял пистолет из кобуры, одновременно снимая его с предохранителя. Палец начал нажимать на скобу еще в то время, когда дуло смотрело человеку в грудь. Выстрел раздался точно в тот момент, когда мушка оказалась между глаз арестованного.

Договорить фразу он так и не успел. А я так и не узнал, попытается он купить себе жизнь ценой моей или же будет держаться до последнего.

Стоящие по бокам солдаты с ругательствами отскочили в стороны, спасаясь от разлетающихся костей черепа. «Федерация-пятнадцать» – мощная штука.

– Ну зачем вы так, капрал, – послышался укоризненный голос майора. – Нет бы поговорить с ним по душам, а потом уже, так сказать, привести приговор в исполнение.

– Не удержался, прошу меня простить, господин майор, – проговорил я, сжав зубы и пряча пистолет обратно в кобуру.

– Ладно, это все неважно, пойдемте обратно. Солдаты, приберите здесь все.

Провожаемые нелестными взглядами, мы отправились обратно в кабинет для собеседований.

– Что же, капрал. Все документы я оформил, на орбиту вас может доставить челнок, который отбывает завтра в восемь утра с временного космопорта рядом с Королевским пляжем. Думаю, доберетесь без проблем, туда постоянно ходят машины.

Скинув оставшимся ребятам из взвода, что отбываю в учебку штурмовиков, я отправился в путь. Можно было, конечно, попробовать поймать машину, но мне хотелось еще раз прогуляться по улицам города.

В этот раз никто из патрулей не спешил ко мне для проверки. В форме, бронежилете и шлеме, с винтовкой и пистолетом – значит, точно свой.

Город стал еще более разрушенным и обгоревшим. На дорогах появились остатки баррикад, на домах – следы от пуль и потеки камня после использования плазмометов. Похоже, бои здесь развернулись нешуточные.

Когда я прошел пару кварталов, из окна надо мной внезапно высунулась какая-то седая женщина.

– Сдохни, проклятый убийца! – и в меня полетел горшок. Обычный цветочный горшок. Он разбился рядом с моими ногами, окатив земляными брызгами, а старуху кто-то шустро затащил внутрь дома. Вместо нее из окна высунулась симпатичная молодая девушка в домашнем платье.

– Господин офицер, простите, пожалуйста, мою бабушку, она совсем выжила из ума и живет в своем собственном мире…

Мне стало противно, я отвернулся и постарался как можно быстрее уйти с этого места. Было противно за запуганных сограждан, за правительство, допустившее такое, наконец, за самого себя, пользующегося привилегиями победителей. Гулять по городу расхотелось и я после нескольких попыток нашел машину, направляющуюся в космопорт.

В шесть утра, немного помятый после ночи, проведенной на каких-то ящиках непонятного происхождения, я отправился к челноку. Такой же сонный часовой, проверив мой идентификатор, пропустил меня внутрь кабины. Я устроился в одном из кресел и снова заснул.

Разбудил меня предполетный прогрев двигателей. В пассажирском отсеке так за это время никого больше и не прибавилось. Я путешествовал в одиночестве.

Челнок мягко оторвался от земли, аккуратно используя компенсаторы гравитации вместе с реактивной тягой, затем пилот, убедившийся, что все системы работают в порядке, выжал джойстики до упора и кораблик с диким ускорением ломанулся вверх. В глазах потемнело от перегрузок.

– Черт… – пилот явно оказался тем еще экстремалом. И ему, похоже, никто не сообщил о пассажире. Размазывающая меня по креслу перегрузка продолжалась и продолжалась.

К счастью, любым мучениям приходит конец. Челнок выбрался за пределы атмосферы и перестал набирать скорость. По телу расползлась блаженная легкость. Затем компенсаторы включились на режим искусственной гравитации и все пришло в норму.

Минут через двадцать мы, похоже, добрались до болтающегося на орбите линкора – челнок начал тормозить и маневрировать. Затем затормозил особенно резко и через пару мгновений плюхнулся на что-то металлическое, скорее всего – на внешнюю палубу.

Еще минут через десять нас доставили внутрь корабля и дверь наружу открылась. Я выбрался, оказавшись в небольшом ангаре, где едва хватало места для моего транспортного средства. Пилот не показывался и я, так его и не увидев, отправился на поиски нужного мне учебного заведения.

В конце концов, изрядно поплутав по ярусам корабля, я добрался до места. Оказывается, десанту была отведена целая палуба, а учебка занимала там немалое пространство. Стоявший на входе часовой изучил мой идентификатор, скептически хмыкнул, но воздержался от комментариев в адрес моей персоны.

– Иди направо, к капитану Молли. Он обновит тебе карточку и объяснит, что делать.

Капитан, по традиции, был не рад меня видеть. Я вообще в армии мало кому нравился.

– Садись, капрал. Точно все обдумал? Насчет условий в курсе? Снова будешь рядовым, никакого жалованья за полгода и никакой гарантии, что в итоге попадешь к нам. Ты и в пехоте-то меньше двух месяцев был.

– Так точно, все знаю, решение принято обдуманно!

– Ну, раз обдуманно…

Началось все то же самое, что было внизу на планете. Новая форма, которую тут же пришлось сдать и купить более подходящую в магазине. Новый взвод, состоящий из таких же, как я, пехотинцев, лелеющих планы стать космическими десантниками. Новая койка и новый шкафчик, куда отправились мои пожитки, которые я забрал из развалин своей части.

Мне попытались всучить новое оружие, но, увидев, с чем я хожу, не настаивали. Трехсот двадцатая модель вполне отвечала минимальным требованиям десанта. Не идеал, но и не барахло. По крайней мере, для учебки точно сойдет.