Серебряные колокольчики - Андрей Красников

– Есть, сержант.

Я ползком перебрался ближе к выходу, рассматривая окрестности в прицел. В какой-то момент мне показалось, что я заметил цель, но среагировать не получилось. Страшный удар обрушился на мою голову, чуть не сорвав ее с плеч и вышибив сознание.

– Новичок, ответь, мать твою, – послышалось хриплое бормотание динамика.

– На связи, – пробормотал я, пытаясь понять, что же произошло.

– Что там у тебя случилось, почему не отвечаешь? – продублировал лейтенант мой собственный вопрос.

– Не могу понять, господин лейтенант… Потерял сознание, голова болит…

– Получил пулю в шлем, скорее всего, – послышался голос сержанта. Где-то неподалеку опять послышалась стрельба, в динамике раздался чей-то вопль. Командирам стало не до меня.

К счастью, снайпер тоже больше не обращал на меня внимания, решив, что моя песенка спета. Я аккуратно подтянул к себе выроненную винтовку и отполз к стенке, стараясь, чтобы она перекрывала собой траекторию до вероятной позиции стрелка.

В глазах немного двоилось и поиск целей шел трудно. Точнее, никак не шел – видимых врагов не было.

– Говорит Новичок. В моем секторе чисто.

Мне никто не ответил. Но стрельба неподалеку продолжалась, значит, живые среди нас все еще есть. Я заметил, что полностью ассоциирую себя с «трешками» и кисло улыбнулся.

Выстрелы стихли.

– Похоже, они отходят, ребята, – послышался голос Эндрюса.

– Я думал, нам полная задница, сержант, но мы, похоже, справились!

– А что, если они пустят еще одну газовую бомбу? – спросил я.

– Чтоб тебя, – послышался сердитый голос сержанта. – Новичок прав. Доложите по секторам.

– Это Петля. В моем секторе чисто.

– Это Новичок, врага не наблюдаю.

– Рядовой Киль. Чисто.

– Рядовой Джамаль. Тоже чисто.

Полминуты продлилось молчание. Затем кто-то, кажется, Петля, выругался.

– Отставить, – послышался мрачный голос сержанта. – Рассредоточиться, выйти за пределы базы. Сбор с внешней стороны в точке на десять часов от ворот через пять минут.

Я потратил минуту, выщелкивая патроны из винтовки и снаряжая магазины к пистолету. Надо было бы сделать это раньше, но все мы хороши задним умом. Практически опустевший магазин отправился в карман. Осталось пять. Еще повоюем.

Времени оставалось мало и я, плюнув на осторожность, перебежками отправился прямиком к точке сбора. Никто меня не подстрелил – наверное, враг действительно убрался с базы.

– Новичок, ты идиот, – поприветствовал мое перелезшее через забор тело сержант. – Пристрелили бы тебя к чертям, если бы хоть кто-то на базе остался. Ты чего там сиськи мял?!

– Снаряжал магазины к пистолетам…

– А раньше никак?! – зло прошипел сержант и отвернулся. – Слушай мою команду! Бегом, дистанция пять метров. За мной!

И мы понеслись. Остановились только в километре от базы, на опушке небольшого леса. Окопались и стали ждать. Прождали всю ночь, но ничего так и не случилось.

Наутро с сержантом сумело связаться командование, сообщившее, что глобальная угроза миновала и мы можем возвращаться на базу и ожидать прибытия пополнения.

Эта ночь стала страшным ударом для армии диктатуры. Практически все развернутые наземные базы в той или иной степени пострадали. Около трети оказались уничтожены полностью. Погибла прорва людей. И, собственно, «трешек» выкинули бы с планеты, если бы не орбитальная группировка, которой войскам Содружества было нечего противопоставить.

Град орбитальных ударов и массовый десант окончательно переломил ход столкновения. На планете выжигалось все, что вызывало хоть малейшее подозрение. В городах был введен комендантский час, последовали массовые аресты и не менее массовые расстрелы.

По большому счету, повстанцы, нанесшие удар, сами подтолкнули захватчиков на тот сценарий, который аналитики проекта считали наиболее вероятным. «Трешки» расслабились, умылись за это кровью и зареклись не делать таких ошибок в дальнейшем.

Нас, пятерых выживших из триста шестнадцатой части, отправили все в тот же центр, где я не так давно находился на проверке. Сейчас сюда, как я понял, собирали тех, чьи части были почти полностью уничтожены. Патроны у солдат больше никто не забирал, люди ходили настороженные и с винтовками наперевес. Но столица снова считалась безопасной, так что нас потихоньку отпускало.

А затем снова началась череда собеседований. Первым из нашей пятерки забрали сержанта. Через полчаса он сбросил нам на коммуникаторы сообщение, где сказал, что его рекомендовали для перевода на офицерские курсы и пожелал удачи. Затем настала моя очередь.

– Присаживайтесь, рядовой Альт, – произнес майор-административщик, вызвав у меня чувство дежа-вю.

Я сел в то же кресло, что и в прошлый раз, поставив винтовку рядом. Охраны в кабинете сегодня не было и на мое оружие всем было плевать.

– Рядовой, выражаю благодарность от командования за то, что вы включили режим записи на прицеле. Вместе с данными радиопереговоров ваша запись позволила более четко восполнить картину боя. Остатки воссоздали рапорты участников сражения.

Он пару секунд изучал что-то на экране.

– Командование поручило мне передать вам следующие боевые награды. Знак участника боевых действий, – он протянул мне красную коробочку. Внутри оказалась кроваво-красная медаль с выгравированной единичкой.

– Достаточно обычный знак для солдата воюющей армии, – словно извиняясь, пояснил майор. – Ваши сражения постоянно регистрируются в сети и содержатся в идентификаторе. Но знак не интерактивен, так что его придется обновлять. Сделать это можно практически на любом складе.

– Ваши действия в бою были оценены очень высоко. Командование с благодарностью передает вам медаль пятой степени «За мужество». Поздравляю, рядовой, это отличное начало службы и первая ваша действительно значимая награда. Носите ее с честью.

Майор поднялся и торжественно отдал мне честь. Я ответил тем же, испытывая смешанные чувства. Я получаю очередную награду за убийство своих сограждан… но в груди ворочается приятное теплое чувство. Гадство.

– Также, согласно проявленным вами качествам, вам присваивается звание капрала. Капральскую должность прямо сейчас найти не удалось, но это дело времени. И, наконец, я уполномочен задать вопрос – куда бы вы хотели распределиться? Не обещаю однозначного перевода, но вы имеете право на то, чтобы высказать пожелания.

– Господин майор, все то время, что я нахожусь на службе, я посвящал тренировкам с целью попасть в штурмовой отряд космического десанта. У меня есть шанс?

Майор скривился так же, как и капитан Роджерс в свое время.

– Прямо сейчас – вряд ли. Но я понимаю ваше стремление. Я могу пойти вам навстречу, но предупреждаю, что вам придется пройти полугодичную подготовку в учебном центре на орбите. Вы также лишитесь звания капрала и жалованья на эти полгода. Время в учебном центре также не идет в зачет вашего стандартного пятилетнего контракта. Считается, что вы берете отпуск для прохождения обучения. У вас есть финансовые возможности для такого отпуска?