Комсомолец. Осназовец. Коммандос - Владимир Поселягин

Следующие часы, пока мы не прибыли в Лондон, я так и сидел, задумчиво поглядывая в окно на снежный пейзаж с белыми полями с замерзшими деревьями. У нас был скоростной экспресс, так что мы уже вечером были в столице. Покинув со щенком вокзал, мы прошли следом за носильщиком к выходу и устроились в такси, пока багаж укладывали на крышу – там был явно самодельный багажник.

– Я смотрю, вас тут серьезно бомбят, – пробормотал я, рассматривая неподалеку разрушенное и обгоревшее здание.

– Да, сэр, пару раз в неделю обязательно устраивают налет, боши чертовы. Куда отвезти вас, сэр?

– В тихий район на окраине, где нет предприятий военного значения. Есть в таких местах отели или гостиницы?

– А вы умный человек, сэр, сразу видно деловую хватку и осторожность. Есть такие отели, сейчас довезу вас, – кивнул таксист и, отъехав от вокзала, направился по одному ему известному маршруту. Как он ориентировался во тьме, мне было непонятно.

Как оказалось, в столице все же имелся комендантский час, но у таксиста было разрешение работать в это время, нас трижды останавливали патрули, проверяли документы у него и у меня, позже отпуская. Как бы то ни было, через час такси остановилось у темного, не освещенного здания, да и весь город был затемнен, соблюдали светомаскировку, за этим специальные команды следили, я покинул салон машины и встал у открытой двери, пока таксист бегал, звал прислугу.

Пользовались здесь свечами, но это не помешало разместить меня в номере и, оставив подсвечник с тремя свечами, тяжелые плотные шторы на окнах позволяли использовать такой неяркий свет, также принесли мне целую кипу газет, как новых, так и старых, а чуть позже был доставлен ужин.

Пока щенок бегал по моим двухкомнатным апартаментам с ванной комнатой, я, расположившись в кресле, читал газеты, особенно раздел объявлений, и спустя какое-то время нашел то, что искал, меня интересовала продажа самолетов. Из трех десятков объявлений я нашел только два таких частных объявления о продаже. Записав данные, я доел ужин, Смелый под кроватью хрустел свиными ребрышками, и, убрав листок в карман, спустился по лестнице – мой люкс был на третьем этаже – к портье. В номере не было телефона, но он был в отдельном кабинете на первом этаже. Расположившись в нем, я стал связываться с абонентами по обоим объявлениям. Первый после долгого ожидания так и не ответил, поэтому я сообщил телефонистке второй номер и довольно быстро меня связали с нужным человеком. Сперва ответил слуга, а потом подошел и хозяин продаваемого самолета.

– Доброй ночи, – поздоровался я. – Алекс Кортес, гость вашей прекрасной страны. Я нашел старое объявление о продаже вами самолета, он уже продан или нет?

– К сожалению, продать я «Юнкерс» не успел. Недавно был нанесен серьезный авиаудар на транспортный полк, были большие потери в технике, и мой самолет был реквизирован правительством и поступил на службу в британские ВВС, сейчас где-то доставляет грузы. А мне за это какую-то никчемную бумажку выдали, – услышал я в голосе мужчины откровенную горечь.

– Ясно, тогда извините, что побеспокоил вас.

– Подождите, молодой человек. Вас интересует «Шторьх»?

– «Шторьх»?.. – задумчиво протянул я. – В принципе да, тоже интересует. В какой он комплектации?

О покупке «Шторьха» задумался еще в Канаде, на корабле перевезти такой самолет труда не составит, но вот его дальность… Меня не устраивала его дальность. Конечно, если подвесить запасной бак, в кабину в качестве груза канистры с топливом, то долечу, на пределе, но долечу, но я отказался от этой идеи, а тут единственный наличный самолет, который имелся для продажи, был тот самый «Шторьх».

– Думаю, нам нужно встретиться и обговорить возможность покупки этого самолета, пока эти подонки из правительства снова не попытались его отобрать.

– Договорились, где мы можем завтра встретиться? Сам я нахожусь в Лондоне. Судя по телефонному коду, вы проживаете в другом городе.

– Да, в Бирмингеме.

– О, так я сегодня через него проезжал по железной дороге. Тогда так, я велю портье заказать билет на ближайший поезд до Бирмингема, и там встретимся.

– Хорошо, я пришлю водителя, он вас встретит.

– Благодарю. Еще у меня есть такой вопрос, раз у вас есть самолет, то должно быть и топливо?

– Есть. Немного, но есть, у меня частный аэродром во владении. Жду звонка от вас.

– Хорошо, перезвоню через некоторое время.

Перезвонил я через полчаса и сообщил номер вагона. Портье быстро выполнил мою просьбу, связался с вокзалом и забронировал место в купе.

На следующее утро я выехал по железной дороге в Бирмингем и повстречался с владельцем частного аэродрома. Во время нашего общения выяснилось, что «Юнкерс» как раз принадлежал ему, а вот «Шторьх» другому частному владельцу. Связь с ним была, мы пообщались, и тот дал согласие на продажу. Деньги я вручил владельцу аэродрома, нотариус все оформил, и я стал владельцем небольшого пассажирского варианта трехместного «Шторьха». Проблема в том, что я мог на нем долететь до Швейцарии, но один, мотор я просто не довезу, иначе топливо дополнительное грузить будет некуда. Вот такая беда, а другие модели, что были выставлены на продажу, не устраивали уже меня, а этот тип самолетов мне был знаком, причем более чем.

После покупки я приобрел дополнительный топливный бак. Установил его и заправил самолет, более того, купил двенадцать канистр и поставил их в салоне, тоже полные горючего, естественно. Все, на рывок в Швейцарию я был готов, осталось только продумать, как это сделать.

Вернувшись в Лондон, я переправил ящик с мотором в Бирмингем, его должны доставить на площадку, где стоял мой самолет, я уже уплатил за две недели аренды. Владелец аэродрома пообещал сохранить мотор, позже я собрался его забрать.

Дальше у меня были совершенно другие планы. Как только подготовился к рывку, вернулся к тому, чем действительно решил заняться в Британии, повстречаться с теми, кто постоянно гадил Союзу, прикрываясь помощью ему, например с Черчиллем. Ну, и с посольскими Союза нужно было встретиться.

С покупкой самолета и опробованием его в воздухе вышла целая эпопея. Тут же выяснилось, что все полеты под запретом, война, у меня ушло три дня, и вот на четвертый день я проснулся в своих апартаментах в гостинице, на одной из тихих улочек Лондона.

Погладив выглянувшего из-под кровати щенка, я потренировался, после душа спустился позавтракал, после чего, прихватив щенка, держа его на поводке, а то он молодой, глупый еще, мог и под машину попасть, и так дергал руку, в которой я зажал поводок, мы направились в сторону центра. Пара уточняющих вопросов у горожан, и вот я стою неподалеку от посольства. Пара часов пристального наблюдения, и я вместе со щенком направился ко входу.

– Доброе утро, вы к кому? – спросила у меня миловидная женщина на неплохом английском, да что неплохом, великолепном, как будто он ее родной.

– Встреча с послом, – улыбнувшись ей, ответил я на русском.