Комсомолец. Осназовец. Коммандос - Владимир Поселягин

Вот вроде и все, что я успел сделать. Тыл надежный в Канаде устроил, даже в будущее с уверенностью смотрю, фирму по морским грузоперевозкам открываю, глядишь, перед отбытием в Швейцарию, а вернуться я решил через месяц, когда буду убежден, что тут все работает как часики, все устроится. Причем отправлюсь с самолетом. Хотел по воздуху, но появились мысли судном добраться до Британии, а оттуда уже своим ходом потихоньку, ночью уже и в Швейцарию можно перелететь. Но судном может и не получиться, тогда действительно своим ходом. Оказалось, маршрут уже был проработан для такого типа самолетов, как у меня, и им вполне активно пользовались. Сперва в Гренландию, там аэродром есть, заправка, и в Исландию, дальше Фарерские острова, там аэродром подскока, и уже Англия. Но то для опытных пилотов, над океаном я еще не летал, к тому же запас топлива на этих аэродромах ограничен, и летали этим маршрутом в основном курьеры и дипломаты. Попробую договориться.

Оставлю самолет на аэродроме Берна, там разрешено частные самолеты держать, я уже узнавал, и с началом весны отправлюсь на Украину. Я к этому же подготовился, в «Дугласе» есть небольшой грузовой отсек, а мотор для «Шторьха» заранее купил, как и запчасти. Эти самолеты тут широко используются, лично уже три машины видел, так что подготовился, что надо, купил.

Остановив машину у входа в нужное здание, я велел щенку сторожить, то есть охранять салон машины, и захлопнул дверцу, не забыв закрыть на ключ, и быстрым шагом направился в нужный кабинет. До конца рабочего дня осталось полчаса, а у меня еще много дел.

– Господин Кортес, – встав, когда я вошел в кабинет, направился мне навстречу чиновник. – Рад, что вы так быстро отозвались на мой звонок. Все документы на вашу корпорацию по морским грузоперевозкам готовы, корпорация «Каспер» внесена в реестр гражданского флота Канады.

Пожав ему руку, я просмотрел документы и, убрав их в портфель, незаметно передал чиновнику конверт с премиальными. Тот открыл его, мельком просмотрел и остался довольным.

– Господин Кортес, я выполнил вашу просьбу. Не совсем в той мере, в которой рассчитывал, но мои сотрудники сделали подборку капитанов судов с разным послужным списком, что сейчас загорают на берегу, а также директоров и управляющих фирм, что тоже сидят без дела. Те, кто вам будет интересен, самые лучшие специалисты, я подчеркнул карандашом.

Просмотрев на десяти листах данные более чем двух десятков людей, я довольно кивнул и передал второй конверт, уже за эту работу. Чиновник еще более обрадовался и, проводив меня до двери, попросил в следующий раз обязательно обращаться к нему.

– Конечно, благодарю еще раз, – кивнул я и покинул кабинет.

Спустившись, я подошел к машине и, отперев ее, бросил портфель на заднее сиденье и запустил мотор. Развернувшись, я поехал обратно, однако вспомнив о бумагах со специалистами, что пока сидели без дела, припарковался на обочине и, дотянувшись до портфеля, достал папку со списком.

– Место проживания Торонто. Не показалось, значит, – кивнул я себе. – Адрес… так это вроде где-то в порту. Нужно доехать и пообщаться с бывшим капитаном сухогруза. Понять, что он за человек, и определить, подойдет он мне или нет.

Развернув машину, я отправился в порт, город стоял на берегу озера Онтарио и имел приличную инфраструктуру. Добравшись до нужной улицы, я медленно поехал, поглядывая на таблички домов.

– А райончик-то поганенький, – пробормотал я и, обнаружив многоквартирный дом, в каких обычно небольшие квартирки сдают, припарковался.

Оставив щенка в машине, я запер «Бьюик», покосился на группу молодежи, что тусовалась не так далеко, и, перейдя дорогу, подошел к высокому крыльцу пятиэтажного дома из красного кирпича. В фойе слева от входа была конторка с управляющим, к нему я и обратился, сообщив номер интересующей меня квартиры.

– А, русский, так он только что вышел, – понятливо кивнула дородная и на удивление некрасивая женщина. – Он тут недалеко подрабатывает, в баре у Томсона, за углом.

Поглядывая в окно – парни направились к моей машине, видимо заинтересовавшись щенком, – я спросил:

– Вы не подскажете, почему он снят с командования судном? Знаете что-нибудь об этом?

– Об этом все знают, – хмыкнула та, но рассказать не успела. Остановив ее, я вышел на крыльцо и, свистнув, махнул рукой, мол, не подходите к машине. Парни мне не нравились.

– Что надо? – спросил один из них развязным тоном.

Быстро спустившись, я направился к машине, велев на ходу:

– Валите от машины.

– И че? – спросит тот же и, достав шило, воткнул его в переднее колесо.

– Ах ты, тварь! – подскочив, я в прыжке нанес ему удар ногой в голову, пяток его дружков попытались было вмешаться, но улеглись рядом, лишь один, тот, что быстро бегал, уносился от меня семимильными шагами.

Выдернув из колеса шило, я перевернул говнюка на живот и как швейной машинкой истыкал ему все ягодицы, нанеся порядка тридцати ударов, доставая до костей. После этого стер отпечатки пальцев и вложил шило в руку одного из его приятелей. Посмотрев на медленно спускающуюся шину, открыл машину и выпустил Смелого. Тот обнюхал подранков и вместе со мной направился обратно к доходному дому.

– Хорошо деретесь, – одобрительно сказала местный домуправ, когда я вошел в холл. – Эти малолетки уже всем надоели, заняться-то нечем.

– Так что там с капитаном Тимонсом?

– Другое судно он таранил. Специально это сделал.

– О как! – удивился я и, слегка склонив голову, сказал: – Жажду подробностей.

– Подробностей? – хмыкнула женщина. – Я вам могу с ходу перечислить двадцать разных версий, а что в действительности случилось, лучше у него спросить.

– Я понял, спасибо.

Капитан, да еще вроде как русский, меня, естественно, заинтересовал, поэтому я решил встретиться с ним лично. Вернувшись к машине, я попинал разлегшихся малолеток, хотя самому младшему было лет четырнадцать, чтобы они мне не мешали, поменял колесо и поехал в сторону бара. Он, кстати, тут действительно недалеко оказался, за углом. Пока я менял колесо, мелочь проснулась и уползла, забрав с собой тех, кто еще не пришел в себя, включая главаря с поломанной челюстью и с дырками в жопе, так что я особо не боялся, что вернутся, еще в себя прийти надо.

Заперев машину, я прошел в полупустой зал бара и заинтересованно осмотрелся. Под внешность капитана подходил только один, тот, что довольно ловко управляясь шваброй, мыл пол у столиков. Подойдя к нему, я спросил:

– Вы Тимонс?

– Тимонин, мать вашу. Когда же вы, уроды, мою фамилию коверкать перестанете? – посмотрев на потолок, по-русски простонал мужчина, после чего посмотрел на меня.

– Как мне назвали вашу фамилию, так и обратился к вам, – ответил я ему на том же языке. – Судя по всему, и в документах у вас те же данные, отчего тогда столько возмущения? На публику играете? Так тут, кроме пары замухрышек и бармена, никого нет.