Кроличья нора, или Хроники Торнбери - Елена Граменицкая

«Надеюсь, Готлиб именно ее оседлал для меня?»

– Не беспокойтесь, мисс, – услышала я его хриплый голос – конюх словно прочел мысли. – Марта уже ждет, пройдемте со мной. Сегодня будет солнечный день, мисс. Ни облачка, ни ветерка!

Конюх подвел меня к лошади, стоящей немного в стороне от других; я уже взялась было за луку, как услышала сзади шаги и незнакомый мужской голос:

– Позвольте помочь вам, мисс!

Я обернулась. Передо мной вытянулся в струнку упакованный в красный камзол с серебряными галунами бравый военный. Это был молодой человек лет тридцати, светловолосый и с глазами цвета топленого шоколада. Он несмело улыбнулся.

«Красавец, – решила я, с восхищением разглядывая офицера, – кареглазый сердцеед Джордж Клуни может быть твоим далеким потомком», – и с удовольствием согласилась принять предложенную помощь.

Молодой военный подал руку, и, опершись на нее, я пушинкой взлетела в седло.

Подняв глаза, я оглядела собирающихся гостей и заметила нахмурившегося сэра Фитцджеральда. Поймав мой взгляд, он отвернулся и направился быстрым шагом к своему вороному, лишая меня возможности поприветствовать его.

«Что происходит? Неужели он зол на меня за то, что я покинула бал раньше времени? Но он сам позволил уйти… Господи, позволь мне помечтать. Он ревнует?»

– Позвольте представить вам Джона Мак-Фейри, – услышала я знакомый голос, прервавший смелые мысли. Справа от крупа моей лошади появился конопатый сияющий Эдуард Мосснер.

«Удивительно, что я не заметила его вчера вечером среди гостей. Возможно, он приехал на бал после скоропостижного побега?»

– Молю о снисхождении, я припозднился, а Джон воспользовался ситуацией и успел услужить незнакомке! – Эдуард бросил хитрый взгляд на военного.

Бравый офицер Мак-Фейри, сняв кокарду, почтительно поклонился, а господин Мосснер продолжал ритуал знакомства:

– Позвольте представить вам, Джон, кузину сэра Фитцджеральда, леди Элен Эпсом Коллинз!

Я невольно вздрогнула, услышав из уст Эдуарда еще одну присвоенную мне фамилию.

«Значит, он уже предупрежден о нашем мнимом родстве? Ну что же, так тому и быть. Элен Коллинз. Звучит красиво!»

Наклонив голову в немом приветствии, я еще раз с удовольствием взглянула на зардевшегося, словно маковый цвет, офицера и подумала:

«Как все замечательно складывается. Если Джон Мак-Фейри – один из предполагаемых кандидатов, то второго представлять уже нет необходимости, потому что первый номер меня полностью удовлетворяет. Правда, если бы ситуация не была срежиссирована хозяином, а произошла сама по себе, то удовольствия было куда больше».

Участники конной прогулки потихоньку собирались. Я с нетерпением ждала появления «ангела». Леди Анна, видимо, специально тянула время, чтобы подготовить торжественный выход.

Так оно и случилось. Все уже были верхом, когда она, словно птичка, с веселым переливчатым смехом выпорхнула из парадных дверей.

Будущая хозяйка Торнбери выглядела не только прекрасно, но и соблазнительно. Ее безукоризненный выбор пал на коралловую амазонку узкого покроя, удачно подчеркивающую упругую девичью грудь. Пышная юбка небрежно и с тайным умыслом была поддернута с одной стороны. Невинная уловка, призванная продемонстрировать всем желающим маленькую изящную ножку, мелькавшую из-под полы, удалась на все сто. Несравненный провокационный образ юной Артемиды завершала шляпка с развевающимся на ветру длинным фазановым пером.

Увы, даже мое сердце дрогнуло от восхищения при виде сошедшего с небес и готового к шалостям ангела.

Мистер Коллинз подошел к невесте, поцеловал протянутую маленькую ручку и помог сесть на лошадь.

Мисс Анна мило улыбнулась своему жениху, в знак благодарности слегка коснувшись его щеки. Вновь раздался ее смех, подобный перезвону хрустальных колокольчиков.

Я нахмурилась и опустила глаза.

Но стоило мне взглянуть на гарцующего рядом на вороном жеребце молодого «мистера Клуни», как грусть исчезла без следа.

«Порой не мешает поискать радость и в малом». Мак-Фейри был не только привлекателен внешне, но и, не побоюсь сказать, необычайно сексуален. Каждый раз, ловя его нежный взгляд, я с удивлением ощущала теплоту, разливающуюся по телу, чувствовала уже практически забытое желание. У меня давно не было мужчины, и теперь, чем дольше я наблюдала за молодым офицером, за его движениями, за статным крепким телом, тем больше мне хотелось остаться с ним наедине и позволить ему дотронуться до себя. Неожиданно вспыхнувшая чувственная страсть к совершенно незнакомому человеку смутила меня и заставила густо покраснеть.

«Что ж, надо быть благодарной хозяину за достойный выбор», – уговаривала я себя, опасаясь выдать фривольные желания и мысли.

Сквозь опущенные ресницы я увидела, как к нам приблизился всадник, и подняла горящее от стыда, смущенное лицо.

Это был сэр Фитцджеральд, на этот раз улыбающийся и неожиданно приветливый.

Настроение хозяина менялось подобно ветру.

– Доброе утро, мисс Элен! Как вам спалось? Дорогой Мак-Фейри, мое почтение! Рад видеть, что вы приняли приглашение присоединиться к нашему скромному обществу, – раздался его радостный голос.

Я улыбнулась, стараясь запрятать постыдные мысли как можно глубже, словно он был в состоянии прочесть их:

– Все замечательно! Утро великолепное, очень надеюсь, что прогулка будет увлекательной! – я некоторое время молчала, подбирая слова.

– Тем более в такой компании! Спасибо, сэр, что пригласили господина Мак-Фейри, никогда еще не встречала более приятного и любезного молодого человека, – закончила я чудовищной глупостью и с невинной улыбкой взглянула на мистера Коллинза.

То, что я совершила ошибку, допустила вопиющую бестактность, – стало понятно сразу. Выражение лица моего хозяина не оставило сомнений. Вновь вежливая ледяная маска.

Сэр Фитцджеральд процедил сквозь зубы:

– К вашим услугам, мисс. Сэр! – он кивнул Мак-Фейри и, резко развернув лошадь, присоединился к своей невесте, не спускавшей с нас любопытных фарфоровых глаз.

Проклиная собственную глупость, я боялась поднять глаза на окружающих, полагая, что безобразную вульгарную фразу слышали все до единого.

Но искрящийся в крови кураж пришел на выручку.

«На самом деле, прозвучало неплохо. Добавила щепотку перца в пресную компанию снобов. Улыбайся! Это всех раздражает!»

Мы потихоньку двинулись в путь.

Постепенно мое волнение улеглось, и я пыталась размышлять:

«Что в моих словах так разозлило хозяина? Его реакция была чрезмерно холодной, если не сказать, невежливой. Джон Мак-Фейри – достойный молодой человек, офицер… Тем более он сам планировал нас познакомить… Или это были только предположения Фриды?»