Куда не ведёт дорога - Дарья Кандалинцева

Наверху действительно не оказалось ничего примечательного, лишь небольшая мансарда под самой вершиной горы. Напротив лестницы в каменной толще зияла длинная узкая щель, через которую колючий ветер вбрасывал хлопья белого снега. Здесь было холодно и бесприютно.

– Вот, собственно, и все, – Амариллис остановилась у расщелины, глядя на снежные просторы. – Звони, и пойдем, пока нас не потеряли.

Аня набрала номер отца.

«Абонент вне зоны доступа», – сказал женский голос в трубке.

– Не судьба? – услышав ответ, спросила Рилл.

– Так всегда, когда он где-нибудь в глуши с экспедицией. Попробую еще раз, – покачала головой Аня и, чтобы потянуть время, спросила: – Эльвин упомянула какого-то Тера. Кто он? Ирней тоже как-то о нем говорил.

– Это не самая приятная история, – глаза Рилл погрустнели. – Что рассказал Ирн?

– Что он погиб от рук фомора, отца Лира.

– Не просто фомора, а их правителя Крейна, – поправила даитьянка. – Я плохо знала Элеутерея, но у него было много друзей. Он был начальником охраны в нашем замке, как раз работал вместе с Ирном. Однажды произошел какой-то сбой в защитном поле на границе, и Тер отправился туда, чтобы это исправить… Там-то его и поджидали.

– Поэтому Дафна так ненавидит Лира? – догадалась Аня. Попытки дозвониться оказались тщетными, и она решила написать отцу сообщение.

– Они с Тером собирались пожениться, – печально сказала Рилл, сдувая с рукава снежинки. – Как бы ты относилась к сыну человека, который отнял у тебя будущее?

Аня промолчала. Она и представить не могла, что бы сделала с тем, кто посягнул на жизнь кого-то из ее близких. А с человеком, кто служит тому вечным напоминанием? Каково это, когда смерть перечеркивает все твои планы на счастливую жизнь?.. Нет, лучше даже не думать об этом.

– С тех пор прошло уже лет сорок, – продолжала Амариллис. – Может, больше. Но для даитьян это срок маленький. Даф только пришла в себя, а тут Лир снова разгуливает на Земле, как неустанное напоминание былой потери. Я не любитель жить прошлым, но понимаю ее.

– А Никк знал Элеутерея?

– Конечно, – подтвердила подруга. – Для брата Дафны он стал настоящим кумиром, научил фехтованию и куче всяких фокусов с энергетическими кристаллами.

– Брата? – Аня изумленно подняла глаза на Рилл. – Никк с Дафной – брат и сестра?

– Ну да, а ты что, думала..? – даитьянка залилась смехом, звонким как лесной ручей. – О! Ты думала, они встречаются! Ну надо же!

– Ничего такого я не думала, – буркнула Аня и уткнулась в мобильник.

Унизительно долгая минута прошла, прежде чем Рилл снова смогла разговаривать, не хватаясь за живот от смеха. Когда Аня уже решила, что ее алые щеки от смущения вот-вот вспыхнут настоящим пламенем, Амариллис глубоко вдохнула и продолжила как ни в чем не бывало:

– Может, Даф порой и перегибает палку с заботой о младшем брате, – начала она рассуждать, лукаво посматривая на Аню, – но кроме Тера ей, видимо, никто никогда не будет нужен. Ты позвонила или как? Я замерзаю.

– Да-да, можем идти. Я тоже замерзла и устала.

На обратном пути Аня заметила в уголке мансарды еще одну лестницу, – узкие спиралеобразные ступеньки, которые она уже видела не так давно. Вот, оказывается, где брала начало загадочная лестница к генераторам.

– Завтра устроим день спа! Сходим в бассейн, можем позагорать в оранжерее… Или заглянем в обсерваторию! Знаешь, как выглядит созвездие Лебедя?.. – воодушевленно болтала Амариллис. – …И просто необходимо подобрать тебе что-то из одежды. Сколько ты уже ходишь в этих джинсах? Завтра покажу тебе мою коллекцию земных платьев…

Как и обещала, она устроила Аню в одну из комнат на втором этаже.

Внутри оказалось очень уютно. Окнам в сердце горы было взяться неоткуда, но это компенсировали стены с изображением залитого вечерним солнцем леса. Даже самый маленький листочек или цветок были нарисованы настолько реалистично, что, когда Аня открыла дверь, в первую секунду подумала, будто шагнула в очередной портал.

Из мебели же в комнате были лишь огромная кровать, застеленная мягким уютным одеялом, и небольшой комод, на котором стояла тарелка со свежими фруктами.

– Точно не хочешь еще прогуляться? – уточнила Рилл, остановившись в дверях.

– Лучше завтра, – отказалась Аня. Приключений за последнее время ей хватало, и хотелось просто остаться ненадолго в тишине.

– Тогда отдыхай, зайду утром. Моя комната рядом. Не стесняйся заглянуть, если соскучишься!

Подмигнув на прощание, Амариллис встряхнула зелеными волосами и закрыла за собой дверь. Теперь комната приобрела еще большее сходство со стеклянным кубом, затерянным в лесной чаще.

Аня устало потянулась, разглядывая свое новое жилище. В стене виднелась еще одна дверь, за нею оказалась просторная ванная комната с отделкой из темного камня. Полотенца, мыло, шампунь, даже тапочки и халат – все на месте, как в самой роскошной гостинице.

Недолго думая, Аня скинула одежду и повернула кран душа. По коже стремительно побежали капли теплой воды, расслабляя и успокаивая. Настроение сразу улучшилось.

Аня так могла бы стоять неизвестно сколько, если бы мерцающий экран мобильника не заставил ее вернуться к действительности.

Удивившись, Аня быстро накинула халат и взяла в руки телефон. Пришло сообщение от Софьи. Та спрашивала, не сможет ли Аня подменить ее завтра в книжном. Девушка усмехнулась, набирая СМС в ответ. Знала бы подруга, где она сейчас! Но Аня обещала даитьянам сохранить все в тайне, поэтому приходилось опять врать.

В комнате ждал сюрприз – на комоде лежало несколько ярких платьев. Вероятно, Амариллис не стала дожидаться утра.

Аня взяла из тарелки несколько ягод, похожих на виноград, положила их в рот и плюхнулась на мягкую постель, придумывая для Софьи рассказ о том, как прекрасно отдыхать у бабушки в деревне.

В комнате стало немного темнее, словно солнце в нарисованном лесу клонилось к горизонту в преддверии наступающей ночи.

– И ведь совсем не удивляюсь отсутствию обоев в цветочек… – зевнув, пробормотала Аня и забралась под одеяло.

Она снова взглянула на экран телефона. Сигнал то появлялся на долю секунды, то вновь насмешливо пропадал. Аня устало закрыла глаза и не заметила, как провалилась в глубокий сон.