Куда не ведёт дорога - Дарья Кандалинцева

– Тренируешься? – поинтересовался Ирней, сжимая в руках другой меч.

– Медитирую, – неохотно отозвался друг, опуская оружие.

Кудрявый даитьянин хмыкнул и принял боевую стойку:

– Не возражаешь, если присоединюсь?

– Рискни.

Снова раздался звон скрестившихся клинков, и эхо разнесло его далеко по залу. Некоторое время двое молча фехтовали, перемещаясь по залу и не желая уступать друг другу пускай и шуточную, но победу. Затем Никк отступил назад, сделав знак, что хочет передохнуть.

– Раздобыл бильярдный стол? – переводя дыхание, спросил он.

– Не-ет, – покачал головой Ирн, разглядывая покоящийся в его руке клинок. Он на минуту задумался, а потом продолжил: – Я все думал… А что, если фоморы найдут книгу раньше нас? Они постоянно как-то выведывают то, что нам известно.

– Карту они не заполучили, Аня с нами. Как еще они могут что-то узнать? – заметил Никк. – Да и мы сами еще толком ничего не знаем.

– Я как раз шел от Нааека из лаборатории. Он уверен, что карта ведет к книге и почти разобрался в ее локализации.

– А почему Кллисс мне ничего не сказал? – возмутился Никк, перекидывая клинок из руки в руку.

Ирней скривил губы в самодовольной усмешке.

– Ты просто не умеешь с ним разговаривать.

– Он просто ворчун.

– Так дай ворчуну поворчать, – хмыкнул Ирн, – и ты услышишь тонну занимательных историй.

– Значит, мы скоро отправляемся на поиски сокровищ? – Никк сделал легкое движение и без предупреждения коснулся клинком правого бока Ирна.

– Вроде того, – согласился тот, легко парируя удар, – а затем можем возвращаться.

– Двадцать семь лет на Земле… А будто только вчера прибыли. Ты будешь скучать?

– Возможно, по местной картошке фри, – признался Ирн и, подумав, добавил: – И надо будет захватить с собой парочку компьютерных игр. Даже моей фантазии в астральных проекциях не хватит на такое.

– А по людям? – Никк повторил изящный фехтовальный выпад.

– По людям? – Ирн удивился, но, не теряя бдительности, шагнул назад и отбил удар. – Не вижу в них ничего, что могло бы вызвать во мне ностальгию.

– Даже по Ане? За последние несколько дней она вроде как… – Никк пожал плечами, не зная, как точнее выразить свои мысли, – …стала частью нашей команды.

– Частью команды? – Ирней ехидно улыбнулся. – Если ты подружился с ней, так и скажи.

– Она просто интересный человек! – возмущенно ответил Никк и поднял клинок над головой, чтобы собеседник не заметил его смущения.

– Что может быть интересного в людях, которые живут… лет сто, верно? – поморщился Ирн. Он еле успел отскочить, и клинок просвистел в сантиметре от его предплечья. – Это в несколько раз меньше нашей жизни. Что можно успеть за это время? Научиться ходить?

– Если ты не заметил, ни нам, ни людям не нужно сто лет, чтобы научиться ходить.

– Хорошо, преувеличил, – согласился Ирн. – Ходить они умеют, но не знают куда идти. Пока разберешься, чего действительно хочешь от жизни, она закончится. В чем смысл?

– Тысяча лет, сто, год или день, какая разница? – спросил Никк раздраженно и положил меч обратно на стойку. – Потратишь все впустую либо будешь наслаждаться тем, что есть.

– Лучше скажи это Даф, – процедил Ирней и тоже положил меч на место. – Она сама не своя последнее время, вечно не в настроении и кучу времени проводит в одиночестве. Не знаешь, что с ней?

– Почему сам не спросишь?

– Ну знаешь, – замялся тот и сделал вид, что увлеченно рассматривает кристаллы на рукоятке меча, – она как-то сказала, что Тер погиб по моей вине. Будь я тогда рядом, фоморы бы до него не добрались.

– Брось, она ляпнула сгоряча.

– Но ведь я правда мог бы…

– Не мог, – оборвал его Никк. – Святой Арий, Ирн, ты знаешь, что Тер был и моим другом. Братом! Но я уверен, он бы не хотел, чтобы мы всю оставшуюся жизнь горевали о нем.

– И то верно, – согласился Ирн и, немного повеселев, добавил: – Не хочешь сгонять, скажем, за пиццей в Италию?

– Извини, дела, – покачал головой Никк. – Может, в следующий раз.

Он обогнул тренажеры и направился к выходу, пытаясь на ходу отряхнуться. Его одежда, похоже, насквозь пропиталась библиотечной пылью.

– Ах, да! Насчет твоего первого вопроса, – воскликнул ему вслед Ирней. – Еще я буду скучать по сэндвичам! Ты уже съел те, что просил достать для тебя сегодня?

– Сейчас как раз собираюсь это сделать! – не оборачиваясь, крикнул Никк и вышел в коридор.

Оставив Ирнея, он вернулся в главный зал Келаса. Уже наступил вечер, почти все даитьяне разошлись. Свет приглушили, лишь за панелями с растениями горела слабая подсветка.

«Что я делаю?» – подумал Никк, поднимаясь на жилой этаж.

Он нерешительно остановился у двери.

«Что я здесь делаю?»

Сделав глубокий вдох, он постучал.

Сначала в комнате была полная тишина, но через полминуты там кто-то завозился, послышались неспешные шаги, и дверь распахнула сонная Аня.

– Ой, Никк, привет, – она сконфуженно поправила пояс халата, явно не ожидая увидеть его.

– Я тебя разбудил? Прости… – Никк заметил, что мямлит, как первоклассник. – Просто хотел узнать, как твои дела.

– Да. Нет. То есть ничего, я просто дремала, – качнула головой Аня, стряхивая остатки сновидения. – Заходи.

Никк вошел в комнату. Лес на стенах уже погрузился в глубокий сон, и в помещении царствовала полуночная прохлада.

– Нравится дизайн? – с сомнением поинтересовался Никк. Ему в комнате было жутковато, ночной лес словно дышал, наполняя каждый угол зловещими тенями с каждым новым вздохом.

– Освежает. Но могло бы быть и потеплее.

Словно в подтверждение ее слов, холодный ветер пронесся вдоль стен, заставляя кожу покрыться мурашками.

«Освежает, если бы! Покрывает льдом!» – Никк решил устроить Рилл взбучку при встрече. Как можно было не объяснить Ане правила пользования особенностями местного климата?

– Кондиционер подстраивается под картинку, – пояснил Никк и приложил ладонь к стене в том месте, где обычно бывает выключатель, – но это легко исправить. Нужно лишь подумать о том, что ты хочешь увидеть.

Он на секунду закрыл глаза, и в мгновение ока пейзаж изменился. Деревья исчезли, появилось закутанное в сумрак небо, освещающее комнату лучами заходящего солнца. Создалось впечатление, что они стоят на высокой вершине холма или небоскреба.

– Мне не следует удивляться, да? – раскрыв от изумления рот, Аня уставилась на проплывающие мимо облака.