Темные отражения - Александра Бракен

– Ладно, ладно, – пробормотала я, подползая к ней. Пальцы скользили по серому ковролину минивэна. Не считая нескольких смятых газет и запиханных под заднее кресло целлофановых пакетов, здесь было довольно чисто.

Девочка сделала мне знак спрятаться за одним из кресел в центре фургона. Я прижала колени к груди, и в этот момент меня вдруг осенило, что до сих пор мы не перемолвились с ней ни единым словом. Тем не менее я в точности выполнила приказ.

– Как тебя зовут? – прошептала я.

Азиатка, свесив ноги, легла на заднее сиденье и просунула руку в багажник. Видимо, решила не отвечать.

– Все в порядке, ты можешь говорить со мной…

Когда девочка обернулась, лицо ее пылало. В руке она сжимала какую-то тряпку. Прижатый к губам палец заставил меня закрыть рот. Развернув кусок помятой ткани, она аккуратно накрыла им мою голову. В ноздри ударил запал лимонного ароматизатора. Я уже собиралась запротестовать, сбросив мерзкую ткань, но отчего-то остановилась.

Кто-то приближался. Их было больше, чем один человек. Сквозь щели я видела урывками одежду, слышала топот ног по тротуару. Дверь открылась, и сердце замерло у меня в груди.

– Готов поклясться, это была она, Лиам! – Голос был низким, но взрослому принадлежать не мог. – Я же говорил тебе, что она вернется. Сузуми, у тебя неприятности?

Открылась вторая дверь. Кто-то (возможно, Лиам?) с облегчением выдохнул.

– Слава богу, – с южным акцентом произнес он. – Давай, давай, давай, забирайся. Не знаю, что здесь происходит, и не горю желанием выяснять. Скиптрейсеры^[7] – это плохо…

– Почему ты отрицаешь, что это она? – выпалил другой голос.

– …потому что мы оторвались от нее в Огайо, так что…

Сквозь шепот Лиама и шум крови в ушах я ясно различила еще один голос:

– Руби! Руби!

Кричала Кейт.

Зажав рот обеими руками, я крепко зажмурилась.

– Что за черт? – произнес первый голос. – Это то, о чем я думаю?

Первый выстрел прозвучал, как взрыв петарды. Возможно, стреляющий находился далеко или звук приглушила стена деревьев, но выстрел не нес в себе угрозы. Это было предупреждение. Зато от второго у меня свело зубы.

– Стоп! – услышала я крик Кейт. – Не стреляй!

– Лиии!

– Я знаю, знаю! – Двигатель заработал, шины взвизгнули. – Зу, пристегни ремень!

Я пыталась защититься от ударов, но меня все равно швыряло туда-сюда между сиденьями. Один раз я даже ударилась о пластиковый подстаканник сбоку, но кто будет обращать внимание на странный шум, когда рядом палят из ружья?

Интересно, а Мартину дали винтовку?

– Зу, что могло произойти на заправке? – спросил Лиам. Голос звучал настойчиво, но страха в нем не было. Мы ехали уже минут десять, и выстрелов больше не раздавалось. Второй парень, по-видимому, придерживался иной точки зрения.

– О мой бог, очередные охотники за головами? Неужели они подписали долбаную конвенцию? Знаешь, что будет, если нас поймают? – воскликнул он. – Они в нас стреляли! Стреляли! Из ружья!

Справа от меня хихикнула девочка.

– Я счастлив, что ты находишь это смешным! – сказал второй. – Знаешь, что бывает, когда в тебя попадают, Сузуми? Пуля проходит сквозь…

– Толстяк! – Голос второго парня был острым как нож. Кровавый рассказ временно оборвался. – Пригнись пониже, ладно? Все в порядке. Пули прошли ближе, чем мне бы хотелось, но пока все тихо. Завтра постараемся совершать поменьше ошибок, да, Зу?

Первый голос что-то проворчал.

– Я уже извинился, – сказал Лиам. По мягкому тону я сделала вывод, что он обращается к девочке, а не к ноющему парню. – В следующий раз пойдем за едой вместе. Ты ведь в порядке, не так ли?

Грохот дороги заглушил голоса. Монетка в подстаканнике вибрировала так, что я едва не вылезла из-под сиденья, чтобы схватить ее. Когда первый мальчик заговорил вновь, мне пришлось навострить уши.

– У тебя нет ощущения, что они кого-то ищут?

– Нет, у меня ощущение, что в нас стреляли!

Кончики пальцев онемели, словно от них отлила кровь.

Ты в безопасности, – сказала я себе. – Они тоже дети.

Дети, которые случайно подставили себя под пули. Из-за меня.

Стоило догадаться. Останься я в городе одна, этой проблемы бы не возникло. Но я запаниковала, и мозг погрузился в мутное облако страха.

– …кучу раз, – сказал Лиам, – но давайте лучше поищем Ист-Ривер…

Выбираться нужно было сейчас. Сию секунду. Возможно, это была моя самая худшая идея, но если я уйду, у ребят еще будет шанс ускользнуть от Роба и Кейт. Я просто обязана им его подарить.

Надев рюкзак на плечи, я сорвала платок с головы. Потом глубоко вдохнула прохладный воздух и, опираясь на заднее сиденье, попыталась подняться.

Двое подростков сидели на передних сиденьях и смотрели на дорогу. Дождь усилился, дворники не успевали смахивать капли с лобового стекла. Вид из окна походил на импрессионистский пейзаж Западной Вирджинии. Серебристые струи наверху и черный асфальт дороги внизу, а посередине нежное сияние молодой весенней листвы.

Сидящий за рулем Лиам был одет в поношенную кожаную куртку. На плечах она казалась чуть темнее – намокла под дождем. Лиам оказался пепельным блондином. Он медленно провел рукой по волосам, и непослушная шевелюра тут же встала дыбом. Водитель то и дело бросал короткие взгляды на сидящего рядом темнокожего парня, но лишь когда он посмотрел в зеркало заднего вида, я заметила, насколько голубые у него глаза.

– Ты заслоняешь обзор… – произнес Лиам так, словно страдал замедленной реакцией.

Резко развернувшись, он крутанул руль вправо, и машину занесло. Второй мальчик издал странный писк. Минивэн выехал на обочину. Девочка бросила на меня быстрый взгляд из-за плеча, лицо ее выглядело одновременно сердитым и недовольным.

Лиам ударил по тормозам. Оба пассажира резко выдохнули – их бросило на ремни. Поскольку держаться мне было не за что, я врезалась в пролет между передними сиденьями. Спустя секунду, которая всем показалась вечностью, минивэн со скрипом остановился.

Оба мальчика смотрели на меня, но выражения их лиц кардинально различались. Смуглое лицо Лиама стало белым как простыня, челюсть смешно отвисла. Второй мальчик разглядывал меня сквозь стекла очков в серебристой оправе, недовольно поджав губы. Так на меня смотрела мама, если я забывала вовремя лечь в постель. Еще у него были огромные оттопыренные уши. Все в нем: широкий лоб, тонкий нос и даже полные губы – пылало гневом. На долю секунды я даже испугалась, что парнишка – один из красных: в глазах ясно читалось желание поджарить меня до хрустящей корочки.