Оружейник. Книга 1. Тест на выживание - Олег Шовкуненко

– Да пожалуйста.

Таманец с обиженным видом протянул мне завернутую в серебристую фольгу плитку. И только он это сделал, как висевший у меня на кармане счетчик Гейгера ожил и засигналил тревожным красным огоньком. Мы с Нестеровым переглянулись и практически одновременно заорали:

– Выкинь эту дрянь и пулей внутрь! – вопил я.

– Ходу, полковник! Скорее ходу! – надрывался майор.

Я рванул с места бронетранспортер еще до того, как младший сержант захлопнул над собой люк. От толчка крышка хорошенько треснула его по башке, и парень грохнулся вниз. Потирая ушибленный затылок, младшой ошарашенно простонал:

– Товарищ полковник, да что такое стряслось?

– В башню! – вместо меня проревел Нестеров. – Живо лезь в башню! Наблюдать и быть готовым открыть огонь. Кентавры где-то рядом.

– Ну, ни хрена себе! – выдохнул таманец и, как пантера, прыгнул на сиденье башенного стрелка.

Диалог моих товарищей я слышал, но не воспринимал. У меня была своя работа – как можно быстрее домчаться до злополучного магазина. Там ловушка. Кентавры устроили там ловушку, и наши разведчики, должно быть, уже угодили в нее. Им сейчас тяжело, жутко и страшно, или, того хуже, они уже мертвы.

Выжимая из двигателя все его двести шестьдесят раззадоренных конских сил, я мчался по замерзшей улице. Мы уже близко, совсем близко. Магазин должен быть где-то здесь, в этом или, в крайнем случае, в следующем квартале. Я вглядывался в руины зданий, но не видел ничего подозрительного. Вокруг по-прежнему все оставалось тихо и пустынно, ни своих, ни чужих. Мое сердце, кажется, остановилось, пальцы, сжимавшие баранку, заледенели. Неужто опоздали? Кентавры сделали свое кровавое дело и ушли, унося с собой свежее сладкое мясо, мясо людей, мясо несмышленыша Пашки и его замечательной, милой, можно даже сказать красивой, очень красивой сестры. Как ни странно, но именно сейчас я впервые подумал о Лизе как о женщине. И от этого мне стало еще больнее. Возможно, в эту самую минуту ее нежное, рожденное для ласки и любви тело рвут на куски зловонные радиоактивные пасти инопланетных монстров.

В бессильной злобе я зарычал:

– Майор, где этот чертов магазин?! – Неизвестность доводила меня до бешенства.

– Он должен быть где-то…

Милиционер не договорил, а я не дослушал. Мы вместе увидели это. От руин одного из домов отделилась хрупкая изящная фигурка и двинулась нам навстречу. Ангел был одет в синюю «аляску», а в руке держал грозную армейскую СВД.

– Лиза! – облегченно выдохнул я.

– Она, – согласился Нестеров. – Идет спокойно. Значит, ничего особенного у них тут не произошло. Это мы с тобой, Григорич, того… сами себя чуть ли не до смерти настращали.

– Посмотрим, – буркнул я, остановил машину и тут же распахнул люк у себя над головой.

– Максим Григорьевич! – радостно замахала мне рукой девушка.

– Как тут у вас?

– Все нормально. Склад нашли в подвале продуктового магазина.

– А где Павел? Где все остальные?

– Пашка и еще двое наших наверху, на огневой.

Лиза ткнула пальцем в ту часть дома, которая устояла во время удара гравитационной дубины. Я проследил за ее жестом и в окне второго этажа действительно обнаружил лица трех человек. Пашкина белобрысая макушка торчала крайней справа. Заметив, что я на него смотрю, мальчуган отложил в сторону автомат и замахал мне двумя руками. Я ответил на приветствие, а затем вновь поглядел в большие карие глаза его сестры.

– Как обстановка? Ничего подозрительного не заметили?

– Все тихо. Очень тихо. Ни одного зверя за все утро. Даже странно как-то, – девушка пожала плечами.

– А где остальные? – Я уже достаточно успокоился и даже прикидывал, не вылезти ли из БТР.

– Внутри. Время-то обеденное, вот мы и решили сварить немного макарон. – Лиза виновато опустила глаза. – Есть-то хочется. А у нас с собой только вода да сухари. – Тут разведчица спохватилась: – Максим Григорьевич, только я вас очень прошу, никому не говорите… Ну, о том, что мы макароны отсыпали. Мы и предположить не могли, что вы так быстро приедете. Думали, до вечера придется куковать. А потом еще и мешки на себе тяни. Сил вообще не будет. Только наше начальство этого не понимает, особенно этот мент… гад ползучий.

Вот тут я не выдержал и зашелся диким смехом. Хохотал я до тех пор, пока рядом не открылся второй люк, из которого показалась голова того самого ползучего гада. Губы Нестерова были сжаты, брови сурово сдвинуты, однако лицо раскраснелось, и в уголках глаз поблескивали крохотные слезинки. Я сразу усек, что бесхитростные откровения девушки повеселили не меня одного. Только, в отличие от меня, майору это пришлось старательно скрывать.

При виде Нестерова глаза Лизы округлились, она сделала шаг назад и едва слышно прошептала:

– Ой, мамочки!

– Так кто это тут втихаря жрет общественные макароны?! – проревел майор.

– Мы же не знали… – начала было насмерть перепуганная девушка.

– Они, видите ли, не знали! – с наигранной суровостью передразнил ее милиционер. – Мы вам одни лишь сухари почему выдаем?

– Чтобы следов не оставляли, – как школьница, отвечающая заученный, но до конца так и не понятый урок, пролепетала Лиза. – Сухари почти не пахнут и руки не мажут.

– Гляди, полковник, ведь все знают, туды твою в качель! Только выполнять ни черта не хотят. – Нестеров выбрался из люка, прошелся по броне и с неожиданной для его возраста легкостью спрыгнул на землю. – Ну, что, гражданка Орлова, как говорится, пройдемте. Показывайте место преступления и своих подельников.

Когда Нестеров с Лизой сделали несколько шагов в сторону руин, я прокричал им вслед:

– Я развернусь, подгоню прицеп как можно ближе.

– Лады, – приветствуя мою инициативу, майор показал мне кулак с оттопыренным большим пальцем.

Пока я разворачивался и парковался, прошло минут пять-семь. Прицеп достойно выдержал все издевательства, которые я над ним учинил в конце этой поездочки. Так что сейчас быстренько погрузимся – и домой. Интересно, сколько там провизии? Понадобится ли вторая ходка? С точки зрения моего ленивого эгоистичного «эго», то лучше бы одна. Хотя если подумать об измученном и голодном обществе, то, естественно, лучше две или даже три. Нет, на три ходки продуктов здесь точно не будет. Это же обычный магазин, а не какой-нибудь оптовый склад. Тут мне пришло в голову, что сужу я о том, чего не видел, да и Нестеров со своей бандгруппировкой что-то задерживается. Поторопить их, что ли?

– Эй, младшой! – окликнул я мотострелка. – Остаешься тут за главного. Следи в оба. Если что… патронов не жалей. В доме слева, на втором этаже, наша огневая точка. Там три человека. Ребята поддержат тебя огнем.

– Слушаюсь, товарищ полковник, – промямлил таманец.