Мой звездный роман - Ирина Эльба

Прежде чем открыть глаза, я прислушалась к своим ощущениям. Из глаз текли слезы, орошая волосы. Дыхание было частым, все еще сбивавшееся на всхлипы. По животу кто-то топтался…

– И-и-и-у-у-у, – с визгом аварийной сигнализации подскочила я на ноги, как только последние ощущения были обработаны уставшим мозгом. – Свет!

Последнее я выкрикнула быстрее, чем сообразила, что резкая смена освещения ослепит меня на какое-то время. Собственно, так и произошло.

– Агр-шииихщ-ничт, – раздался какой-то детский писклявый голос с совершенно неразборчивыми требованиями.

Я постаралась как можно быстрее проморгаться, и первое, что привлекло мое внимание, – это суровая фигура ассасина, закрывающая проход в спальню. Хотя мне по-прежнему были видны только его глаза, он производил впечатление угрюмой стены, неподвижно блокирующей выход. Однако именно такой его вид придал мне уверенности в том, что моим здоровью и жизни ничего не угрожает. А значит, можно осмотреться в поисках того, что по мне прыгало посреди ночи.

Медленным взглядом я обвела помещение. На противоположном конце постели сидел маленький перламутровый меркурианин. Он покорно сложил две пары рук на животе, поджал запасные ноги и вперился в меня немигающими, слегка раскосыми глазами. Весь его вид выражал такую безнадежность и покорность судьбе, что дрогнуло бы даже самое черствое сердце.

Но я была непреклонна! Некоторые знания природы меркуриан очень помогли в данной ситуации. Ведь если перед таким малышом показать слабость – пожалеть его, – в дальнейшем он сядет на шею, в том числе в прямом смысле этого слова. Во всем остальном детеныш «образумившихся» гусениц не представлял никакой опасности, а значит, можно было попробовать с ним поговорить. Но предварительно я постаралась придать себе более-менее приличный вид, насколько это в принципе возможно сделать в собственной каюте посреди ночи… Накинув пеньюар, аккуратно висящий на спинке кровати, я обратилась к малышу.

– Как ты здесь оказался? – Я присела на подушку и скрестила ноги, пристально глядя на маленького гостя.

Однако в ответ на свой вопрос получила такой же непередаваемый набор звуков, как и в первый раз.

– Переводчик, – подал голос всегда молчащий Дэрион, и я вздрогнула от неожиданности.

Действительно, как я могла забыть. До определенного возраста маленькие меркуриане не способны воспроизводить языки, отличные от исконного средства общения их расы. Поэтому, если я хотела получить хоть какие-то ответы, необходимо было воспользоваться переводчиком, встроенным в программатор. Я взяла браслет с тумбочки и активировала нужную функцию.

– Привет, – выдал переводчик с секундной задержкой после того, как малыш произнес слово.

– Привет, – как можно дружелюбнее ответила я. – Ты кто? А главное, что здесь делаешь?

Из динамиков донесся скрежет, но, судя по осмысленному взгляду моего маленького оппонента, он все понял и готовился отвечать.

– Сишиуй… – произнесла перламутровая гусеничка и замолчала, а ее шерстка начала забавно переливаться холодными оттенками.

– Это имя? А дальше?

– Сишиуй Ращи…

– Мне из тебя слова клещами вытягива… – не успела я договорить, как малыш подпрыгнул, при этом громко заверещав, и кинулся под кровать.

Мой переводчик с таким визгом не справился, потому пришлось прихватить его и спуститься на пол, чтобы вести переговоры уже оттуда.

– Эй, ты чего? – лежа на животе на полу, я глядела под кровать, откуда на меня взирали слегка фосфоресцирующие щелки глаз.

– Не надо меня пытать, – просуфлировало умное устройство донесшийся из темноты писк. – Я племянник профессора Ришандра.

– Какие пытки, ты о чем? – начала я возмущаться, когда поняла, что только что услышала.

Глубоко вздохнув, я опустила голову на скрещенные руки. Все-таки слишком много впечатлений для одной ночи.

Неожиданный легкий свист заставил опять вскинуть голову. Ассасин стоял на корточках у кровати и пальцем подзывал малыша-меркурианина, подкрепляя просьбу особым свистом.

Сишиуй охотно выбрался и позволил взять себя на руки. Протянув свободную руку мне, Дэрион помог подняться и проводил нас в гостиную – для беседы в более подходящей обстановке.

Мы с ассасином сели на кресла, стоящие около круглого столика, а виновник ночного совещания был водружен непосредственно на столешницу. Задумавшись об удобстве беседы, я быстро переместилась к магподставке и наколдовала нам пару чашек кофе и блюдце с небольшими печенюшками.

– Дэрион, я и не подозревала, что ваша раса способна воспроизводить меркурианские звуки.

Из-за затянувшейся паузы, я уж было решила, что словарный лимит телохранителя на сегодня исчерпан, он и так был чрезвычайно многословен. Однако мужчина все-таки снизошел до объяснений, пока я смаковала ароматный напиток.

– Мы способны воспроизводить только определенный мотив, воспринимаемый коренными жителями Меркурия как заверения в безопасности и просьбы пойти на контакт.

Сделав еще пару глотков, я решила, что пора приступать к допросу.

– Итак, Сишиуй, что ты делал в моей спальне?

– Пытался вас разбудить, – озвучил переводчик чужеродную речь. – Вы так горько всхлипывали, будто в вас налили слишком много воды и теперь вы не можете с ней справиться и сейчас задохнетесь.

Я не знала, смеяться мне или ругаться. С одной стороны, это чудо, пытаясь по-своему помочь, избавило меня от жуткого кошмара. Но с другой – незаконно пробрался не только на экспедиционный корабль, но и в чужую каюту. Надо будет еще разобраться с системой безопасности, чтобы таких неожиданностей, как сегодня во сне и наяву, не было.

– За спасение жизни – спасибо, – улыбнулась я, пододвигая печенье поближе к гостю. – Но все же зачем ты проник на корабль?

– Я отложу такие же космические яйца, как и дядя!

От неожиданности я едва успела закрыть рот ладонью, чтобы не выплюнуть только что отпитый кофе обратно. А потом пришлось еще откашливаться, дабы удалось произнести хоть одно связное слово.

– Дэрион, я правильно поняла, что если адаптировать этот дословный перевод, то малыш всего лишь хочет пойти по стопам профессора Ришандра и стать великим ученым?