Десятая планета. Приносящий радость - Давид Пекарский

– Мы повторили расчет элементов стального купола, но уже по программе «Эра», и получили несколько другие сечения несущих элементов, чем те, что дал предварительный расчет и, соответственно, на основании которых была сделана смета. Сечения, к сожалению, увеличились. В результате вес металлоконструкций увеличился на десять процентов, ну и смета соответственно тоже, – бодро доложил главный инженер.

– Ну и что? – поинтересовался Фион.

– Обычно в таких случаях выходят на заказчика и увеличивают сумму контракта. Но в нашем случае сумма есть величина тендерная и увеличению не подлежит. В результате мы можем сработать в убыток или, в лучшем случае, в ноль.

Вулеев встал и нервно начал ходить по кабинету. Фион долго и методично рассматривал чертежи, не говоря ни слова. Просмотрев всю техническую документацию до последнего листочка, он задумался.

– Переход на армированный пластик даст экономию двадцать пять процентов, – сказал он.

– Какой пластик? – спросил главный инженер.

Вулеев скривился от разочарования.

– А вы не читали, что японцы начали применять в строительстве армированный пластик? – попытался он оттянуть момент конфуза, бестактно встряв в разговор.

– Ах, японцы? Тогда понятно, – успокоился Дмитрий Викторович, – для нас японцы все равно что инопланетяне. Мы их и за десять лет не догоним.

Фион молчал. Пауза затянулась. Вулеев уткнулся в окно.

– А вот что мы сделаем, – вдруг сказал Фион.

Вулееву захотелось закрыть уши, спрятать голову под журнальный столик, чтобы не видеть Дмитрия Викторовича и не слышать очередной бредовой идеи, которую Фион собирался озвучить.

– Сечения несущих элементов запроектированы, подобраны они по месту, где проявляются максимальные усилия. Но вдоль конструкции, по расчету, усилия убывают. Поэтому мы можем сделать конструкцию переменного сечения, в соответствии с усилиями. Экономия достигнет двадцати процентов, что перекроет предполагаемые убытки.

Вулеев повернулся от окна к беседующим с открытым от удивления ртом. Он, как неспециалист, ничего не понял из того, что сказал Фион, за исключением радостного финала, и ожидал реакции главного инженера на технические способы достижения результата.

– Хорошая идея, просто класс! Только мы получим нетехнологичный узел в месте изменения сечения, – радостно произнес Дмитрий Викторович.

– Совместите переход с узлом.

– Да, конечно. Сергей Евгеньевич, у нас есть еще несколько вопросов по другим проектам.

– Сергей, нас уже ждут, – тихо, но с уверенностью в голосе сказал Олег.

– Да. Давайте завтра, – согласился Фион.

– Ну ты даешь, Фион! Не ожидал. Ты действительно не простой парень из деревни. Первый тайм мы уже отыграли…, – запел Вулеев известную песню, когда дверь за посетителем закрылась.

Фион сидел за рулем «мерседеса» Флерова и уверенно вел машину. Вулеев сидел рядом и указывал дорогу. Они свернули с Минской улицы на подъездную дорогу и остановились возле будки охраны. Охранник, узнав машину Сергея, поднял шлагбаум, и она поехала вдоль высокого металлического забора по территории жилого комплекса. Жилой комплекс был небольшим и компактным, как, впрочем, большая часть таких же застроек, расположенных в Москве. Здесь было три монолитных многоэтажных дома и четыре коттеджа (рассчитанных на четырех хозяев, и, судя по величине зданий, не бедных). Машина подъехала к одному из них и припарковалась на площадке у входа.

– Флеров-старший занимает две квартиры, расположенные одна над другой, – говорил Вулеев, – твоя комната расположена на втором этаже справа от лестницы. Ты понимаешь, что такое у нас справа? Подними правую руку.

– У нас справа точно там же где и у вас, – сказал обиженно Фион.

– Прости, просто это важно, потому что хозяин не любит когда кто-либо, включая любимого сына, шастает по его половине.

Столовая, она же гостиная, не поражала своими размерами. Казалось, что для такого дома она могла бы быть попросторнее. Гостиная в модерновом стиле в основном была отделана такими материалами, как стекло, нержавейка и кожа. В центре, как и положено, стоял стол, который тоже был выполнен из стекла. Над ним висела суперсовременная люстра, похожая на легендарную голову медузы Горгоны. Только вместо змей с потолка свисали оптико-волоконные кабели и неоновые лампочки. Когда Фион и Вулеев зашли в гостиную, стол уже был сервирован. На нем стояли холодные закуски. Молодая женщина, выглядевшая года на три старше Олега, суетилась возле стола, отдавая распоряжения прислуге. Было видно, что она серьезно относится к этому мероприятию. Прислуга, а это была миловидная женщина лет сорока, была одета в темное закрытое платье и белоснежный фартук, впрочем, как и подобает прислуге. Она в точности исполняла все указания командовавшей, вплоть до мельчайшей прихоти, не произнося ни одного слова против.

– Зачем ты принесла розовые салфетки? Неужели не видишь, что здесь нужны белые?.. Салат поставь в центре!… Унеси белое вино и принеси красное, – слышались весьма неделикатные указания.

– Это молодая хозяйка, мачеха Сергея, – шепнул на ухо Фиону Олег, кивая в сторону распорядительницы ужина.

– Теперь я понимаю, почему хозяин не любит у себя на половине молодых посетителей мужского пола, – тихо ответил Фион.

Выглядела жена Флерова-старшего просто супер. Неплохую фигуру она получила от природы, а лицо подправила сама при помощи косметологов, парикмахеров и визажистов. Это была натуральная блондинка с сильно накрашенными глазами. Одета она была в дорогое короткое платье, украшенное люрексом, еле-еле прикрывавшее трусики. Хозяйка пригласила гостей за стол и сама заняла место напротив. Флерова-старшего не было, и Вулеев постоянно ловил себя на мысли, что его взгляд, от скуки блуждающий по комнате, все время притягивается к ножкам хозяйки, пронизывая прозрачный стол. Рядом с ней стояло еще два прибора.

Хозяин опоздал на десять минут. Он вошел не один, а в сопровождении своего вице-президента. Опоздавшие заняли свои места. Флеров-старший, чмокнув в щеку свою супругу, разместился справа от нее. Вице-президент занял свободное место возле хозяина.

– Прошу прощения за задержку ужина, но дела есть дела, – сказал он, усаживаясь за стол.

Оказавшись между женой, одетой в роскошное вечернее платье, и вице-президентом в строгом костюме с галстуком, Флеров-старший чувствовал себя вполне комфортно в футболке со швами наружу.

– Ты можешь снять свой пиджак, здесь все свои, – сказал он своему подчиненному.

– Может, мне тоже снять свое платье? – дерзко произнесла жена.

– Снимешь его, когда я скажу! – властно отрезал хозяин.

Она демонстративно надулась и больше не проронила ни единого слова до конца вечера.

«А жаль, сейчас бы оценили ее в стрингах», – пошутил про себя Вулеев. Он наклонился к Фиону и тихо шепнул ему: