Комбат Империи зла - Михаил Кисличкин

– Вина на мне, – Ллейда была бледна, но голос ее звучал твердо. – Я не организовала разведку должным образом и пропустила противника. Прошу отдать мне приказ о справедливом наказании.

– А мне его кто отдаст? – злобно ответил ей комбат, оглянувшись, чтобы убедиться, что их троих не подслушивают. – Может, Лене позвонить? Я тоже хорош, ломанулся сразу через лес, хотя меня предупреждали. Давайте сейчас все тут вскроемся, будет змеюкам что похавать… После разберемся, кто виноват. Давайте решать вопрос, что делать будем.

– Я за движение вперед, – неожиданно сказала Сфео. – Выполняем первоначальный план.

– После случившегося? Ты же была самой осторожной из нас, – решил уточнить Илья.

– Все, что мы узнали, так это то, что с Ковчегом шутки плохи. И никакой конкретики, – пожала плечами инопланетянка. – Вы вместе со мной видели головы этих тварей. Вот это, – Сфео потрясла маленькой емкостью с беловатым водянистым содержимым, похожим на жидкий студень, – мы извлекли из их мозга. Экспресс-анализ говорит, что это не органика, какие-то сложные микрочастицы, генерирующие внутреннюю энергию. Значит, или нанороботы, или коллоидные наносхемы, технологическим уровнем повыше уровня трех цивилизаций. Сложные неорганические микроволокна в мышцах тоже видели? А чешую на голове, от которой пули рикошетируют?

– Змеи киборги? – прямо спросила Ллейда.

– А кто же их знает? – ответила Сфео. – Но уж явно не продукт местной эволюции. Змеи в природе так себя не ведут, да и настолько хорошо спрятаться в засаде, что даже мастер-ножи чуть не прошли мимо, такой здоровенной твари надо суметь. Дело нечисто, а информацию могут дать лишь аборигены. Кроме того, батальон теряет подвижность, раненых и убитую надо нести. В селении же можно устроить базу, пристроить пострадавших, там много воды. Вызывать сейчас челноки – только плодить вопросы без ответов. Нас сюда не за этим госпожа Славя послала.

– Не только Славя, а все объединенное командование, – заметил комбат, удостоившись от Сфео удивленного взгляда. – Нам еще с аборигенами подраться не хватало, – продолжил бурчать Илья. Шапкозакидательское настроение при виде трупа ленааа с центуриона слетело быстро. Вчера еще он ей улыбался в столовой, а теперь перед ним изломанная кукла в крови. Не такие уж они тут короли, со своими автоматами и импульсниками.

– Я свое мнение высказала, – закончила Сфео. – Решать комбату, его приказы не обсуждаются.

– Дальше пойдем, – решился Илья. – Но осторожно. Боевой порядок меняем с цепи на клин. Ллейда, утрой внимание. Подтяните пару «улыбок» и «калькулятор» в первую линию, при малейшем подозрении останавливаемся и прожариваем лес по площадям. Выполнять.

К селению вышли без приключений, когда вечер только-только начинался. С опушки леса просматривались сложенные из бревен деревянные дома, какие-то дощатые сараи, пыльная улочка в тени раскидистых тополей. Илья взял бинокль и присмотрелся внимательнее. Нет, ну надо же! Живая лошадь, совсем как та, что катала маленького Илью с другими детьми на городской масленице лет десять тому назад. И телега при ней. У забора ходят куры, рядом с маленьким прудиком щиплют траву гуси. Красота… И где же у нас аборигены? А вот, сидят двое на лавочке, старый дед в чем-то балахонистом, серо-коричневом и молодой парень в синих штанах и красной рубахе, разговаривают о чем-то. Илья почувствовал себя приехавшим в деревню туристом, говорят, есть еще такие экопоселения по окраинам империи. Центурион чуть тронул сенсор, отвечавший за увеличение изображения, и принялся рассматривать лицо парня. Бр-рр… однако. Представьте себе совершенно типичную человеческую физиономию белого европейца, на которой какой-то хохмач поместил большие круглые глаза, а уши взял лисьи и переместил их на макушку.

Илья убрал бинокль и ненадолго задумался.

– Ллейда, что вокруг? – активировал связь с разведвзводом парень.

– Все чисто. Признаков засады нет. Один абориген собирает дрова на опушке. Взять?

– Да, но по возможности живым. – Центурион переключился на общую связь: – Вторая рота, окружить деревню со стороны леса. Первый взвод первой роты – оседлать дорогу из селения вдоль озера. Третья рота – разворачивайтесь здесь, будьте готовы на всякий случай прикрыть наше отступление «улыбками» и пулеметным огнем. Без нашего разрешения никто покинуть эту деревню не должен. По исполнении доложить. Остальные готовьтесь, скоро пойдем знакомиться.

Удивить местных бойцам его батальона удалось. Две женщины в длинных, домотканого вида платьях, разговаривавшие у калитки дома на околице, замерли с открытыми ртами и круглыми глазами. Их лисьи уши встали торчком и мелко подрагивали. Пасший гусей мальчик, завидев отряд, сел прямо на землю, выронив хворостину, а выбежавшая откуда-то собака тут же поджала хвост, не решившись даже залаять. Три взвода первой роты, почти сотня человек и славь с оружием наперевес, молча выбивали пыль из дороги казенными берцами, проходя по главной улице селения.

Илья сразу приметил богатый трехэтажный деревянный дом в центре деревни. Почти наверняка самый авторитетный абориген там. Вот и не будем размениваться по мелочам. Комбат подошел к украшенным затейливой резьбой воротам в заборе, ограждавшим обширное подворье, и вежливо постучался в них.

Открыли сразу. Навстречу центуриону вышел пожилой бородатый мужик в расшитом узорами зеленом кафтане и алых шароварах и двое помоложе, одетых попроще. Лисьи уши на голове и круглые глаза на их лицах смотрелись живо и естественно, хотя и вызывали оторопь самим фактом своего присутствия. Опа, а что это они держат в руках? Типичный огнестрел, только незнакомый, что-то вроде ружей с укороченным стволом или дробовиков. Выглядит оружие, кстати, неплохо. На вид новенькое, аккуратно сделанное, никаких следов кустарщины, как будто недавно с завода. Интересно…

Стао думала так же, поэтому ее импульсник тут же уперся в грудь одному из аборигенов. Второго уже держали под прицелом автоматов симпантки. Жест инопланетянки был короток и выразителен: отдай оружие.

Отдали, протянув прикладами вперед стоявшим рядом офицерам из отделения Ильи. Явно неохотно, но не медля и не пререкаясь. Подавляющее превосходство бойцов батальона было для них очевидно, и это радует. Бородатый разразился длинной речью на незнакомом языке, помогая себе активной жестикуляцией. Илья поощрительно улыбнулся – давай, дядя, болтай побольше, наговаривай материал. Сфео уже достала большой универсальный автопереводчик. Видеокамера отслеживает жесты и мимику, компьютер запоминает, анализирует и подбирает аналогии, используя языки и диалекты трех рас. Так, глядишь, на уровне «моя – твоя понимай» через пару-тройку часов можно будет общаться.

– Штаб устроим здесь, – распорядился комбат, проходя мимо аборигенов во двор и рассматривая крепкие постройки внимательным взглядом. – Сфео, разбей бойцов по отделениям, пусть осмотрят все дома. Оружие изъять, выставить посты. Поужинаем и заночуем в деревне.

– Одонат шагор! – вдруг вскричал пожилой мужик. – Одонат ирда зем! – показал он на одного из бойцов, тащившего прозрачный герметичный контейнер для проб, в котором была отрезанная часть головы гигантской змеи. Абориген сильно побледнел, губы его задрожали, было видно, что он очень испуган. Гораздо сильнее, чем при встрече с бойцами взвода. Он вновь начал что-то быстро говорить, размахивая руками. Теперь тараторили все трое местных, периодически показывая пальцами в сторону леса.