Новая Зона. Псы преисподней - Игорь Недозор

* * *

Боец ППС Михаил Дерюгин, двадцати двух лет, патрулировал улицу возле Петровского Пассажа.

Из головы почему-то не вылезала давешняя целительница с непонятным отчеством. Да, из паспорта, который он проверял, вывалилась визитка с золотым теснением. Надпись лаконично гласила: «Наталья Иноземцева. Магический салон «Лунное зеркало». Магистр Исконной Сибирской и Древней Русколанской Магии». И адрес с телефоном и сайтом.

Странно, никогда раньше он не видел вживую всех этих чародеек. А те, что мелькали по телевизору, были как на подбор тощими брюнетками с безумными глазами и дикого вида украшениями на шее и пальцах.

А эта совсем не такая – простецкого вида, хоть в дорогом прикиде, крепко сбитая, и руки хоть и ухоженные, но похожие на руки его матери Марьи Михайловны Дерюгиной – доярки из пригородного совхоза.

Этакая, блин, колхозница. Как только клиенты на такую клюют? Людей магией-шмагией обманывать – это хитрость нужна и этот, как его, имидж.

Занятно, колхозов третий десяток лет как нет, а колхозниками да колхозницами по-прежнему городские на них ругаются. Да, был бы он офицером, попробовал бы с дамочкой познакомиться. Одинокая, в самом соку, и видно, что жить без мужика тяжело. И не фифа какая гламурная, джип водит. И не «паркетник», самая пара для настоящего мужика…

Да, был бы он офицером, у него бы у самого такой джип был.

Пожав плечами, Михаил принялся высматривать двух подозрительных типов южной внешности, крутившихся возле выставленного на улице прилавка с сувенирами для интуристов. Определенно метят чего-то спереть.

А потом…

Странная тишина вдруг повисла вокруг. Замерли и подозрительные типы, и прохожие, и продавцы, увидев нечто невероятное…

– Блин, Миха… Это чё за муйня?.. – пробормотал напарник.

С недоумением сержант оглянулся в том направлении, куда указывал Петр.

Далеко, за домами, возносясь к низким облакам, вспухал огромный сине-золотистый пузырь. Он становился все больше и больше, пока не лопнул тучей ярких искр. Едва прикуренная сигарета выпала у Михаила изо рта.

Через десять секунд прогремел раскатистый переливистый гром. Как если бы кто-то сбросил на Питер с высоты огромную чугунную сковородку.

Вскрикнула и замолкла сирена гражданской обороны.

Накатила жуткая, сводящая с ума какофония самых разных звуков. Накатила и схлынула непомерная, давящая тяжесть…

Над крышами вздымались какие-то грибообразные колонны из дыма или тумана, по которому проходили перистальтические волны, как по вывернутым наружу кишкам невероятного небесного левиафана или щупальцам гигантского кракена, тянущимся к небу, чтоб разорвать его в клочья (Миша любил почитывать в редкие минуты досуга всякую фэнтезятину).

Первой мыслью Дерюгина стало простое и тривиальное: «Сраные террористы!!!» Он отчаянно пытался вспомнить, что за завод или склад в том направлении? Вроде ничего нет…

– Петруха, давай запрашивай базу…

Оглянулся. Напарника не было…

Михаил растерянно переминался с ноги на ногу, не зная, что делать, и глядя на бегающих вокруг людей, таких же растерянных и ничего не понимающих.

Из толпы взгляд его выделил замершего в прострации коллегу – прапорщика-вэвэшника со следом недавнего ожога на подбородке. Тот был не просто растерян, он был в ужасе.

– Бл… Бл… Бл… – бормотал прапор. – Да нах… этого быть же не может! Это же «янтарное цунами»!!!

И, развернувшись, побежал прочь.

Михаил тоже испытал острое желание удрать. Ребята, бывавшие в командировках на Периметре, про это «цунами» упоминали. Редкая и опасная аномалия – иногда отдача пересекает границу Зоны.

«Черт! Теперь и у нас, что ли?!»

* * *

Алиса Мячкова – профессиональная тусовщица и блондинка (во всех смыслах), поставила кофе на газовую плиту, помешивая его. Настоящий кофе варят не в машине, а в «турке». Это еще матушка ей объясняла, а та толк в кофе понимала.

Хотелось курить. Однако Алиса решила потерпеть, пока не вскипит кофе.

Она щелкнула пультом телевизора. Там появился Самур Кабагаев – новая восходящая поп-звезда из Махачкалы.

Блэндамэт, блэндамэт

На обэд сьэл Мамед… —

затянул он с залихватским подвыванием.

Она нажала кнопку пару раз. На другом канале пела еще одна восходящая звезда – Зета (Катерина Ржавина, бывшая стриптизерша). Костюм на ней мало отличался от того, в котором она выступала в прежние времена:

Опасно заточенный

Ударами точными,

Ты должен!

Всем должен!

Опасно повеситься

На лезвии месяца,

Ты должен

Ты должен…

Поморщившись – Зета ей активно не нравилась, ибо на одном корпоративе пыталась закадрить ее тогдашнего парня (кажется, Костика, старшего менеджера какого-то банка), – Алиса опять пощелкала пультом и налетела на сериал «Мясник».

Бывший спецназовец, волею судьбы ставший мясником на рынке в захолустном райцентре, с помощью своего верного топора побеждал очередных злодеев, покусившихся на магазинчик его возлюбленной, торговки женским бельем Клавдии. Шел уже второй сезон «мыла», и было удивительно, как в том городишке еще кто-то остался в живых.

Плюнув, она вырубила роскошный «Самсунг» – подарок Семена… Или Вити? Ладно, не важно.

Оглядела кухню. Взгляд задержался на забавной мягкой игрушке – то ли тушканчике, то ли цыпленке, покрытом желтым пухом в пятнышках, и со странной мордочкой – вместо пасти роговой клюв с зубами, как у динозавров из мультяшек. Видать, кто-то из вчерашних гостей оставил как сюрприз…

Почему-то ни к селу ни к городу вспомнилась давешняя ведьмочка, советовавшая уехать на время из Питера. Ну да! Нет, чтобы чего хорошего наврать, так пугает. И чего Светка говорила, что эта Иноземцева реально что-то может? Какое может быть колдовство в двадцать первом-то веке? Пять тысяч деревянных вот отдала. Как в туалет сходила. Татуировочки, правда, у магистерши прикольненькие. Надо бы узнать, где такие делают, и самой наколоть.

Кофе вскипел. Ну – теперь покурим… Алиса протянула руку к пачке «More», лежавшей на столе, и тут произошло нечто невероятное.

Тушканчиковидная игрушка издала громкий, истошный визг и в следующий миг клюв очень больно впился ей в ладонь, вырвав кусок кожи с мясом. Завизжав, Алиса отшвырнула непонятную гадость, и та запрыгала по столу, громко вереща.

И только потом Алиса поняла, что тварюшка самая настоящая. Живая!

Блондинка машинально метнулась к одному из кухонных шкафчиков, где хранилась аптечка. Надо чем-нибудь унять хлещущую из ладони кровь – вот уже алая дорожка поползла по дорогому ламинату. Открыла дверцу и опять завизжала, уже на два тона выше.