Изумрудный атлас. Огненная летопись - Джон Стивенс

– На место!

– Разве не нужно бежать…

– Нет!

– Но…

– Он примет тебя за еду.

Последний довод показался Майклу убедительным, и он еще глубже втиснулся в нишу, крепко прижимаясь плечом к Эмме. Он слышал, как чудище медленно – топ… топ… топ… – двигается по переулку, и от каждого его шага облачка пыли взлетают с каменных колонн галереи. Уверенность Майкла пошатнулась.

– Но вы уверены…

– Заткнись! – прошипела Эмма.

– Абсолютно, – ответил волшебник.

Прежде чем покинуть домик на вершине скалы в Испании, доктор Пим предупредил детей обо всех опасностях, подстерегающих их в Малпесе. «Помните, – сказал он, – Малпеса – это такой город, где обычные люди, не имеющие никакого отношения к магии, живут бок о бок с гномами, эльфами, ведьмами, колдунами, всякими морскими созданиями, а также частично прирученными троллями и…»

– Троллями? – перебил Майкл, стараясь не показывать своего ужаса. – Но разве тролли… не едят детей?

– Полагаю, мы можем признать, – витиевато ответил волшебник, – что тролли действительно питают определенное пристрастие к детям. Однако поскольку вероятность нашей встречи с троллями исчезающе мала, мне не следовало вовсе упоминать о них. Выбросьте их из головы!

«Исчезающе мала! – подумал Майкл, когда земля содрогнулась у него под ногами, а чудовище явилось во всей своей красе. – Ну да, конечно».

Тролль оказался размером с взрослого слона, с такой же мешковатой серой шкурой и шаркающей поступью, однако в его облике не было и следа присущей слонам мудрости. Напротив, Майкл впервые в жизни видел существо, производящее впечатление такой абсолютной и непрошибаемой тупости. Тролль с увлечением чистил свое огромное ухо садовой тяпкой, выскребая оттуда целые валуны спрессованной ушной серы, корки заплесневелого хлеба, треснутый фарфоровый чайник, отвратительного вида дохлую чайку…

– Нам еще повезло, – шепнул детям доктор Пим, когда мерзкое создание проковыляло мимо. – Этот по крайней мере одет.

К огромному огорчению детей, им пришлось целый день проторчать в домике на побережье Испании. Доктор Пим сказал им, что Малпеса наводнена соглядатаями Грозного Магнуса, поэтому было бы слишком рискованно появляться в городе до наступления темноты. Дети, разумеется, стали горячо уверять его, что презирают опасности и хотят как можно скорее разыскать Кейт и своих родителей.

– Будь все дело в опасности, я, возможно, с вами согласился бы, – сказал на это волшебник. – Но у меня есть свои причины дождаться темноты.

Рассказать об этих причинах он наотрез отказался, поэтому Майклу и Эмме ничего не оставалось, как сдаться и провести целый день за изучением окрестных скал и близлежащего пляжа, пока солнце с неумолимой медлительностью ползло по небу.

Вечером волшебник куда-то исчез и вернулся только с наступлением сумерек, нагруженный теплыми брюками, рубашками, свитерами, куртками, шерстяными носками и ботинками, которые, как ни странно, оказались детям как раз впору.

– В Южной Америке сейчас зима, – пояснил доктор Пим. – Нужно одеться по погоде.

Когда все оделись, волшебник вытащил свой золотой ключ, в последний раз наказал детям беспрекословно слушаться любых его приказаний, после чего вывел их через кухонную дверь в другой мир.

В котором они почти сразу же повстречали тролля.

Когда шаги чудовища стихли вдали, волшебник велел детям следовать за ним, а сам свернул в узкий переулок.

Майкл помедлил…

Солнце уже село, но золотые сумерки были светлы, и в этом свете пред Майклом предстал старый колониальный городок с мощеными улочками, застроенными трех-четырехэтажными домами под красными черепичными крышами и с широкими сводчатыми галереями на первых этажах. Над лабиринтом невысоких зданий в небо вздымались около полудюжины шпилей и башен. Слева от Майкла улица сбегала к порту, где на берегу лежали груды рыбачьих лодок. Неподалеку от лодок качалась на волнах пара гидросамолетов. С другой стороны город был окружен высокой стеной заснеженных гор, упиравшихся вершинами в тучи.

Майкл был очарован. Наверное, это было лучшее место на всем белом свете: изысканный старинный городок, великолепное расположение и, самое главное, здесь можно выйти из дома и нос к носу столкнуться с живым волшебником. Или даже гномом!

Он уже забыл ужас, который только что испытал при виде тролля.

«Я родился слишком поздно», – подумал Майкл, испустив философский вздох.

– Майкл! – донесся из переулка голос доктора Пима. – Пожалуйста, не отставай!

Волшебник вел детей через лабиринт петляющих улочек. На булыжниках тротуаров местами блестел лед; маленькая компания шла мимо лавок, ресторанов и кафе, мимо бакалейных рядов, магазинов одежды и цветочных киосков с закрытыми ставнями, которые можно встретить в любом городе мира, только здесь по соседству попадались таверны, зазывающие на «Гномий эль в розлив», и магазинчики, торгующие заклятиями для моряков – оберегами от утопления, заклинаниями на добрый ветер, а также зельями, позволяющими беседовать с китами. Самые обычные, тепло одетые мужчины и женщины заходили в лавки за покупками, а рядом, попыхивая глиняными трубочками, торчащими откуда-то из недр их пышных бород, прогуливались группки гномов в добротных темных куртках и шерстяных шляпах с длинными кисточками.

Они перешли через множество каналов – точно сказать, перешли по мостам, переброшенным через каналы, – в этом городке было столько мостов и каналов, что он казался выстроенным на воде, а не на земле. Ширина большинства каналов не превышала дюжины футов, однако один раз улочка привела детей на берег поистине величественного канала, по обеим сторонам которого высились помпезные здания с колоннами, золотой век большинства из которых явно остался в прошлом. Темнело, свет фонарей дрожал на темной воде, люди перекликались из своих узеньких черных лодок, их голоса эхом отражались от каменных мостов.

– Похоже на Венецию, – заметил волшебник, – только без туристов.

– Зато с троллями, – буркнула Эмма.

– Хм, если спрашивать меня, то я бы предпочел троллей.

– Доктор Пим, – спросил Майкл, – а куда мы идем?

– Скоро сам все увидишь, мой мальчик.

С этими словами волшебник вновь торопливо зашагал вперед.