Другая сторона - Милослав Князев

– Нет, это для гномов, – вынес вердикт Ив.

И чего им, собственно, не нравится? Нет, я не про луноходы, а про те варианты, которые предлагал раньше. Чем плохо, например, назвать Винни и Пух? Как по мне – самое то. Тем более что мелкие точно знают, кто такой самый правильный медведь в мире (советский, а не американский, разумеется).

Или обыграть слова «Инь» и «Янь», как сочетание белого и черного. Ведь мои дети одновременно и противоположности, и при этом их единение не вызывает сомнения. Значит, и на их ездовых единорогов данное обстоятельство вполне может, а вернее, просто обязано распространяться. Китайскую трактовку о взаимном противоречии и дополнении друг друга, думаю, можно опустить. Еще были забракованы варианты: Торнадо и Буря, Тьма и Свет, Призрак и Фантом, Смит и Вессон, Харлей и Дэвидсон…

– Папа, так нечестно! – возмутилась дочь. – Маминым Мигу и Ужасу ты настоящие длинные имена придумал. А нам короткие и непонятные слова предлагаешь.

– Скорее на гномьи ругательства похожие, – блеснул эрудицией сын.

Только длинные Мариэль сама же в первую очередь и забраковывала. Вот чем плохо для ее единорога имя: Светит Незнакомая Звезда? Или, если вспомнить Аэлиту и ее перевод с древнемарсианского: Видимый Последний Раз Свет Звезды? Звезда Пленительного Счастья? Топот, в смысле Шепот Далеких Звезд? В конце концов, Путеводная или Черная Звезда. Ведь Звездочка – распространенная кобылья кличка. Однако дочь упорно мотала головой, а ее единорог повторял это движение.

С сыном ситуация была похожей, с той разницей, что вариантов приходило в голову меньше. Лучший из них на мой взгляд: Гром Средь Ясного Неба. Или, например, Рог Магического Изобилия, Облака – Белогривые Лошадки, в конце концов…

Кстати об именах, в смысле названиях. В связи с этим вспомнил еще кое о чем и обратился к древней эльфийке:

– Ли, не скажешь, почему это название такое странное?

– И что в нем странного? – не поняла она.

– Темная Луна или Темная Сторона! – торжественно произнес я. – Вроде спутник нашей планеты вполне себе светлый. В полнолуние вообще иногда бывает видно не хуже, чем в иной пасмурный день. Находись курорт на противоположной стороне, тогда присутствовала бы еще какая-то логика, а так… Или она раньше была темной, а после войны кто-то додумался перекрасить?

От последних моих слов древняя даже на секунду зависла. Только потом поняла, что это шутка такая. Пожала плечами и начала объяснять:

– Дело вовсе не в цвете, а в особенностях магической аномалии, которую нашли в той полости. Очень редкий вид силы. И очень опасный. Смертельно. Даже сильнейшие маги могут находиться в подобных местах совсем недолго.

– Тогда почему…

– Потому что именно эта аномалия вместо того, чтобы убивать, – лечит. Никто так и не смог выяснить причину, но сам факт не вызывал сомнений. И вскоре на спутнике вырос целый курортный комплекс, да и никому не нужную до того планету заселили, предварительно сделав более пригодной для жизни, чем она была до этого.

– Значит, некоторые совмещали отдых с лечением, экономя на последнем, – сделал вывод я. – Отсюда и популярность курорта?

– Услуги самых лучших и дорогих магов жизни все равно обходились дешевле, чем отдых на Темной луне. И, за исключением случаев магического истощения, они лечили лучше.

– Тогда в чем причина?

– Кроме всего прочего, в престиже и моде. Побывать в аномалии и остаться в живых – это всегда считалось весьма и весьма желанным. А метка на ауре остается одинаковая, что от этой, что от смертельной. Ее нередко называли знаком счастливчика. В другой части Галактики существовал экстремальный вид отдыха в подобной магической зоне. Огромный туристический лайнер разгонялся до скорости, близкой к световой, и проскакивал опасное место. Большинство при этом испытывало неприятные ощущения и теряло сознание. Иногда кто-нибудь не выживал, но билеты все равно были проданы минимум на год вперед.

– Весело вы в свое время жили, насыщенно, – только и осталось прокомментировать мне. – А кто мешал отправить десяток или сотню лайнеров, чтобы удовлетворить спрос? Или его поддерживали искусственно?

– Никто, – пожала плечами Ли. – Но капитанов, способных управлять большим кораблем и при этом не потерять сознание при перелете через аномалию, было всего два. Количество лайнеров, регулярно совершающих такие полеты, соответственно, тоже.