Кластер Джерба. Второе правило крови - Алексей Калугин

– Я бы сказал, что ты не шутишь, а валяешь дурака.

– Зачем?

– Не знаю.

– Разговор ни о чем.

– Ну, иногда можно и ни о чем поговорить. Например, когда едешь ночью по пустой дороге.

– Ты обычно ездишь в пампу один?

– Да.

– С кем ты тогда разговариваешь?

Валтор негромко хмыкнул и коснулся пальцами края полей акубры.

– Тебе понравилась история Грира? – повернул он разговор в другую сторону.

– Он умеет рассказывать.

– Ну, а сама история, – Валтору не нужно было даже оборачиваться назад, чтобы убедиться в том, что Грир спит, он и без того слышал размеренный храп старого рамона. – Она не показалась тебе неправдоподобной?

– В моей базе данных есть информация о животяпах. Они не бывают такими огромными, как описал их Грир. Но от этого история ведь не стала хуже.

Слова Ионы уже не в первый раз заставили Валтора задуматься. Андроид как будто смотрел на привычные рамону вещи под другим, совершенно неожиданным углом. И как бы предлагал Валтору сделать то же самое. Поначалу рамона это раздражало, поскольку казалось, что андроид намеренно акцентирует внимание на несовпадении их точек зрения. Теперь, когда он лучше узнал Иону и более не ожидал от него подвохов, Валтору казалось любопытным попытаться увидеть мир как бы чужими глазами. Вот же, оказывается, история, рассказанная Гриром, интересна Ионе сама по себе, вне зависимости от того, насколько она достоверна.

Валтор покрутил эту мысль в голове, но так и не понял, какой прок от придуманной истории. Если бы Грир рассказал так, как все было на самом деле, это могло бы помочь Валтору, окажись он в подобной ситуации. Но если рассказчик что-то приврал, ну, или хотя бы малость преувеличил, то пользы от его истории никакой. Скорее даже наоборот – недостоверная информация может здорово подвести того, кто на нее понадеется.

Валтор хмыкнул – озадаченно, недоверчиво, непонимающе. Он попытался таким образом выразить свои ощущения хотя бы в самом общем виде.

– В чем дело? – верно уловил настроение спутника Иона.

– Какой прок от истории, в которой нет правды?

– История Грира по-своему правдива.

– По-своему – это как?

– Рассказ передает его впечатления от того, что с ним произошло. Он преувеличивает размеры гнавшихся за ним животяпов не потому, что хочет обмануть слушателей – в тот момент они действительно казались ему огромными. А со временем, скорее всего, стали еще больше.

– Но он же не проезжал на кваде между ног животяпа!

– Еще как проезжал.

Валтор и Иона одновременно посмотрели назад.

Грир перестал храпеть и поднял голову. В глазах его не было даже тени сна. Губы кривила усмешка, скорее снисходительная, нежели язвительная.

– Поверь мне, парень, все именно так и было, – кивнул он Прею.

– Ну, не знаю, – пожал плечами Валтор.

Ему не особенно хотелось спорить на эту тему, поскольку он и без того был уверен в собственной правоте.

Грир тоже не стал ничего говорить.

– А как же гигантский кабан? – напомнил Иона.

– Это было в Усопье.

– В Усопье – не на Луне.

– Я бы скорее поверил в лунных животяпов.

Грир наклонился и положил руку Валтору на плечо.

– Знаешь, в чем твоя проблема, парень? – спросил он. И, не дожидаясь, что скажет Прей, сам ответил: – У тебя нет воображения.

– А на фига оно мне? – недовольно буркнул Валтор.

Грир будто и не услышал его.

– А вот у него оно есть! – он пальцем ткнул в плечо Иону. – Он смог поверить в гигантских животяпов!

– И что с того?

– Что с того, – скривившись, передразнил Валтора Грир.

Прей ждал продолжения. Но Грир больше ничего не сказал.

Ну и ладно, подумал Прей.

Развернувшись плечом к спинке сиденья, Валтор поджал ноги, сунул руки под мышки, положил голову на другое плечо и закрыл глаза. Нужно было поспать, но из-за того, что все еще действовал остаточный эффект после приема стимулятора, заснуть было не просто. В голове будто густой туман стоял, и мыслям приходилось продираться сквозь него, чтобы обрести четкость и ясность. Так всегда бывает после приема стимулятора. В принципе, это неприятное ощущение легко можно было снять, приняв еще одну таблетку. Но Валтор не хотел основательно подсаживаться на стимулятор. Со стимулятором всегда так – сесть легко, а вот соскочить непросто. Впереди у них полтора дня пути – было время, чтобы прийти в себя.

Мысли становились все более неопределенными и путаными. Они толкались, цеплялись одна за другую, скручивались тугими жгутами, разлетались в разные стороны, точно бильярдные шары. Размытые, крайне неопределенные картины всплывали в подсознании, пытаясь обрести законченность и цвет. Но, не успев определиться, они сморщивались, съеживались, как будто невидимая рука сжимала их в комок, чтобы затем бросить в мусорную корзину. Звуки не были похожи на звуки. Они представляли собой изломанные линии, тянущиеся из бесконечности в никуда.

Валтору было хорошо знакомо такое состояние. Очень поверхностный, почти иллюзорный сон, когда ты вроде бы спишь, но при этом четко осознаешь, кто ты, где ты сейчас находишься, и даже понимаешь, что отчаянно пытаешься заснуть и у тебя это ну никак не получается. Состояние крайне неприятное. После него Валтор всегда просыпался с тяжелой, будто налитой свинцом головой. И ему требовалось, по крайней мере, полдня, чтобы прийти в себя.

Это был не сон, а лишь иллюзия сна. Мучительно растянутый во времени полубред.

Сквозь призрачную пелену до Валтора доносился рык мотора. Ровный, мерный, привычный звук. Успокаивающий и убаюкивающий. Звук мотора своего квада Валтор узнал бы из тысячи других. Прей сконцентрировал внимание на этом звуке, потому что только он казался надежным в хаотичном мерцании соскальзывающего куда-то вбок сознания. И только он мог обещать покой.

Валтор почти заснул. Не очень крепко, но по-настоящему.

Как вдруг мерный рокот мотора будто захлебнулся.

Раздался отрывистый, громкий вскрик.

Взвизгнули тормозные колодки.

Не успев толком проснуться, Валтор упал на приборную панель.