Пришествие необычайного - Василий Головачев

– Кто звонил?

– Наш вчерашний знакомый, – задумчиво ответил он.

– Это тот, с кем ты?..

– Он самый. Хороший мужик оказался. Давай-ка собираться.

– Что ты хочешь делать?

– Поедем в Кострому. Мне надо доделать кое-какие дела, похоронить Анну Игнатьевну, кое с кем повидаться и позвонить друзьям.

– А потом?

– Потом мы поедем с тобой к моим родичам в Архангельск. Или в Улан-Удэ. Будем жить там. Если ты, конечно, не возражаешь.

– И ты никуда после не уедешь?

– Как же я тебя брошу?

– Тогда я согласна.

Он обнял женщину, они постояли так недолгое время, ощущая биение сердца друг друга, и начали собираться. Через час, когда окончательно развиднелось, машина с единственной пассажиркой уже двигалась по заснеженной дороге на запад. Домики деревни Суконниково, почти засыпанные снегом, остались позади. Снегопад кончился, сквозь рваные тучи на мгновение выглянуло солнце, и поля вокруг заискрились мириадами алмазных игл.

В Управление внутренних дел Данилин не поехал.

Ничего хорошего встреча с майором Гариным не сулила. Поскольку машина Андрея действительно осталась на ипподроме, оправдаться ему или объяснить свое присутствие во время бандитской «стрелки» было трудно. Наскоро придуманный «угон машины» гарантий безопасности не давал. Поэтому он заехал сначала домой, то есть к Анне Игнатьевне, собрал вещи, свои и Млады, позвонил в гимназию и сообщил директору, что увольняется по собственному желанию. Затем договорился о встрече с Володей Кабановым, давним приятелем. Оставаться на квартире Анны Игнатьевны было опасно. Едва ли Буй-Тур шутил насчет возможного появления в городе второй группы ликвидаторов, работающих на неведомую службу ППП. А уехать из Костромы сразу Данилин не мог, для этого надо было хотя бы попытаться договориться с родственниками, предупредить их о приезде.

Понимая, что микроавтобус, принадлежащий местному отделению МЧС, уже может быть объявлен в розыск, Андрей все же рискнул доехать на нем до центра города, то есть до площади Революции, где он договорился встретиться с Володей, и оставил машину у торговых рядов, чтобы уже не возвращаться к ней.

Володя подъехал на новенькой «Хендэ Соната» серебристого цвета, напоминающей по форме не то «Мерседес», не то «Крайслер». Хотя, надо признаться, машина стоила того, чтобы относиться к ней с уважением: по параметрам она ни в чем не уступала знаменитым немецким маркам.

Володя Кабанов, плотный, круглоплечий, седой, темнолицый, был так похож на «лицо кавказской национальности» – хищным носом и щеточкой усов, что нередко жаловался на стражей правопорядка, останавливающих его машину для проверки документов. К «лицам кавказской национальности» он не имел никакого отношения и был человеком мягким, добрым и чрезвычайно обязательным. Познакомился с ним Андрей много лет назад – пригнал свою машину (тогда у него была «вазовская» «семерка») в мастерскую автосервиса, где в то время Володя работал мастером. С тех пор они дружили, хотя встречались нечасто.

– Привет, – потряс руку Андрею Кабанов, глянул на Младу. – Добрый день. И где с такими красивыми женщинами знакомятся?

– На улице, – усмехнулся Данилин.

– На улице таких не встретишь.

– Это моя жена, зовут Млада.

– Очень приятно. Володя.

Млада удивленно глянула на Андрея, подала руку его приятелю, и тот галантно поцеловал ее пальцы.

– Садитесь, в машине теплее. Сумки ваши? Кладите в багажник.

Они уместились в салоне «Сонаты».

– Куда вас отвезти? – обернулся к ним Володя. – Домой?

– Мы только оттуда. Вова, нам надо где-то перекантоваться пару ночей. Не спрашивай, в чем дело, я пока не могу объяснить тебе всего.

– Значит, вам нужна «крыша»? – улыбнулся Володя. – Это не проблема. Можете пожить пару дней у меня. Жена с дочкой и тещей улетела отдыхать на моря, так что я уже почти неделю живу один.

– Мы тебя не сильно стесним?

– Мои вернутся только через три дня, к Новому году, поэтому можете не переживать. Поехали.

Андрей и Млада переглянулись. Взгляд женщины сказал ему, о чем она думает.

– Все в порядке, – сказал он тихонько, погладив ее руку. – На него можно положиться.

Доехали до площади Мира, свернули на Сенную улицу, затем на Лавровскую.

– Все, доплыли, – оглянулся Кабанов, подмигивая Андрею.

Данилин хотел было пошутить, что в такой машине можно покататься еще, и в этот момент в зеркальце заднего вида заметил знакомую белую «десятку». Вспомнил номер той машины, на которой убийцы привезли на ипподром Младу. Без сомнения, это была та самая «десятка».

Кабанов показал левый поворот, собираясь заехать в арку девятиэтажного дома, в цокольном этаже которого располагался мебельный магазин, но Андрей быстро проговорил:

– Езжай прямо!

– Что? – не понял Володя.

– Не сворачивай! Возле светофора останови, я сяду за руль.

– Зачем?!

– Потом объясню. Делай, как я сказал.

Кабанов посмотрел на затвердевшее лицо приятеля с угрюмо вспыхнувшими глазами и повел машину мимо своего дома.

Млада сжала плечо Андрея, шепнула:

– Это… они?

– Не знаю, но лучше перестраховаться.

«Соната» остановилась у перекрестка. Андрей и Володя поменялись местами.

– Вы что-нибудь понимаете? – пробормотал растерянный Кабанов, обращаясь к Младе.

Та промолчала, кутаясь в воротник шубки.

– Держитесь!

Андрей дождался переключения светофора и с визгом шин пересек улицу на красный свет, прямо перед носом начавших двигаться автомобилей.

«Десятка» отстала, но вскоре показалась сзади, явно не собираясь сдаваться. Возможности «вазовских» уродцев, конечно, были намного ниже «хендэвских», но светофоры и скользкие зимние улицы не позволяли Андрею оторваться от преследователей, да и рисковать жизнью пассажиров не хотелось, и он принял другое решение. Прижал машину к тротуару напротив магазина «Одежда» на Депутатской улице, вылез.

– Садись за руль.

– А ты? – недоумевающий Володя занял место водителя.

– Как только я побегу – жми на газ!

– Ты объяснишь наконец, что происходит?!

– Не время. Извини, что заставляю суетиться, но у меня нет выбора. – Андрей боковым зрением отметил остановившуюся в полусотне метров «десятку». – Не останавливайся, что бы ни произошло!

– Дьявол! Ничего не понимаю! За вами гонятся, что ли?

– Все, начали.

– Где тебя потом подобрать?